Brimstone
18+ | ролевая работает в камерном режиме

Brimstone

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Brimstone » Завершенные эпизоды » Ты вернёшься


Ты вернёшься

Сообщений 31 страница 39 из 39

31

Гейбл качнулся и сделал шаг. Один маленький качнувшийся шаг за центр круга.
Один единственный шаг.
И вокруг начался какой-то хаос.
Та невидимая сила, что выбивала воздух из груди Аленари взвилась вверх и вокруг, завертев видения и всё вокруг, подхватила капли крови с полозьев алтаря и брызнула принесённой жертвой. Звуки внешнего мира исчезли в тонкой визгливой ноте, и в разгарающимся торнадо, оке бури, они с Люком скрестились взглядами - гневно-безумным и льдисто-злым. Огненные отсветы пожара за пределами алтаря слились в чёрно-рыжее марево.
Аленари замахнулась, но мужчина перехватил её запястье сжав так, что рука почти онемела.
- Правда, не буду, - Гейбл от души пнул девушку ногой в живот и отступил на шаг перекидывая нож из одной руки в другую. Глаза его залило полностью чёрным, черты лица стали искажаться, а кожа - бледнеть. И он сделал рывок вперёд.
***
Огонь не утихнет, пока не сожжёт того, за кем пришёл. Он будет ползти по этой мёртвой пустоши, пытаясь гореть на всём, что ещё гореть может, пуская в небо столпы чёрного дыма, шипя на тухлой плоти сотен принесённых жертв. Он заберёт всех, раз уж его позвали.
Но почему он не может забрать того, за кем пришёл?
Алек с трудом делал шаги к каменному алтарю, будто бы в этом трансе он вообще не мог двигаться, но пытался, наперекор всему. Там в круге сестра дралась с Гейблом, несмотря на выпады и увороты - упорно проигрывая.
"Конечно проигрывая, здесь не помогут кулаки, всё решит огонь...", - крутилась в голове странная мания, странное, почти всепоглощающее упоение от той силы, что ластилась к рукам.
Пока ластилась...
Он сейчас придёт и всё поправит. Всё сделает.
Закончит всё, здесь...
И Алек делал шаги, вроде их надо всего парочка, но в каком же мареве всё происходит... в каком безумном странном мареве...
И как быстро на фоне этого мечутся фигуры в круге.
Аленари всё пыталась добраться до его лица, сердца, разрубить, расчленить! С каждым её выпадом он всё меньше был человеком, и всё больше - чудовищем. И в один раз он позволил рубануть себя палашом по плечу, от чего на алтарь полилась уже другая, чёрная как смола кровь, но он будто бы и не особо заметил травму. Осклабился острыми зубами и рванул её руку так, что та хрустнула. А потом швырнул на камни алтаря, и замахнулся кинжалом, намереваясь покончить уже.
"Не смей, сука!!", - Алек наконец нашёл в себе силы рвануть вперёд, он почти смог вскочить на алтарь, как Аленари рывком выбросила две ноги вперёд, возвращая Гейблу удар в живот.
Достаточно. Он качнулся сильнее, чем рассчитывал.
Он качнулся и упал за пределы круга, о который огонь бился в бессилии. Лицо Алека стало совершенно звериным, ликующим, одержимым!
Огонь, подвластный этой эмоции забрался на свою добычу, зашипев на чешуйчатой коже, будто бы смазанной для этого керосином.
Взревев, Гейбл понёсся уже на Сантара-старшего, с кинжалом, и одной своей тушей повалил его на каменную землю.
Мир почернел.
Мир стал горячим.
Обжигающим...

+2

32

Слова закончились быстро.
Они сцепились – и не было в этом ничего честного, ничего красивого и ничего людского. Гейбл очень быстро терял человеческий облик, но разве это могло волновать? Какая разница?
Есть ли разница кого убивать?
Или когда?
Или где?
От трупной гари, от запахов смерти было сладко на языке. Мир вокруг бился и вращался, а она крутилась, била, плясала вместе с ним.
Достать, подсечь, ранить, замедлить – а потом одним ударом…
Один удар!
Хохотал огонь, хохотали тени, хохотала кровь.
Били барабаны.
Боль… Боль была. Далекая и неважная, словно взятая взаймы.
Аленари проигрывала, но не понимала этого. В ее теперешнем мире не существовало проигрыша, в нем смерть не была ее врагом, не была концом. Она – цель. Смерть – единственное, ради чего в мир приходят такие как Аленари Сантар. Смерть – чужая или собственная.
Исчез страх. Исчезли мысли.
Ушло даже имя.
Исчезала память, ее пожирал барабанный бой – пожирал корабли и лица, нашивки и море, Индию и Лондон, победы и поражения, слова и голоса.
Когда Гейбл отлетел назад, в огонь, она подхватилась с алтаря – жуткая, черноглазая женщина с перекошенным лицом. В этот момент Аленари потеряла уже почти всё.
Почти.
Один якорь всё же остался: не любовь к мужчине и не дружба, не долг, не гордость, не мечты и даже не собственное благополучие. Много лет назад в индийском храме её остановил один-единственный взгляд.
Ее якорем были шейный платок, повязанный на собственных волосах, рахат-лукум, тайком пронесенный в шкатулке из-под масел, знакомая ухмылка и насмешливо-удивленное «Офицер, да вы женщина!», стоило ей лишь надеть платье.
Ее якорем всегда были…
- Алек!
В голове взорвались мириады натянутых струн.
Боль – теперь настоящая, реальная, собственная – ударила со всех сторон, да так, что из глаз брызнули слезы. Но на это не оставалось времени, пошатнувшись, припав на колено, она подхватила здоровой рукой палаш.
Рывок. Разворот. Замах.
В этот момент она не хотела убивать – только спасти Алека.
Клинок рухнул вниз, рухнул мощно, страшно, рухнул и вошел в зазор между шейной и плечевой пластиной. Палаш завяз, и Аленари оттолкнула его от себя, одновременно ударом ноги сбрасывая Гейбла с брата.
- Хватит! – На крик не хватало дыхания, не хватало голоса, жар выжирал весь кислород. – Стой! Хватит!
Огонь уже перекинулся.
Отчаяние и страх дают сил порой не меньше, чем ненависть – она рванула брата вверх и в сторону, рванула на себя и за собой.
- Давай же! – Хрипя, Аленари тащила его вбок, где меньше горело, где можно было сбить пламя. – Давай!

+2

33

В дурмане между ужасной реальностью и таким желанным забытьем, он не столько помогал сестре себя вытащить, сколько шёл по военной инерции туда, куда его тащили.
Ноги Сантара не сразу находили почву, раскалённую пожаром, шипящую под подошвами, но ещё хуже это тело находило сознание. Но сквозь это желание пробивалось чисто животное чувство, никогда не дававшее тебе забыть, на каком ты свете - боль. Огонь, порождённый яростью теперь горел на рубахе, руке и плече его породившего, лизнул руки тащившей его Аленари и так неохотно отпускал своих жертв. Аленари, крича, сбивала его, но сам Алек только спустя ещё мгновение понял кто он сейчас.
"В какой-то момент боль просто должна перестать действовать", - поприветствовал он первой мыслью привёдшую его в чувства боль. Везде. Он чувствовал едкую боль ожёга на руке, он чувствовал острую боль падения в затылке, он чувствовал, на фоне этого почти неосязаемую, боль в щеках, и он уже чувствовал тревожную боль в грудине и горле. От гари. От едкого дыма. От запаха горелых тел.
И меньше всего в этом треклятом, чёртовом мире, он сейчас хотел прийти в себя и увидеть то, что слышал - трещание огня вокруг.
Дьявол, где найти силы открыть глаза?
Сглотнуть и посмотреть на это?
Нашёл. Не потому что эти силы вообще ещё были, а потому что рядом кричала Аленари.
Вокруг всё было в огне. Местами пожарище, более не шедшее из сердца парня, слезло с непригодных для огня камней, голой земли или исполинских обелисков, но там, впереди, оно догорало на телах умерших, заполняя воздух запахом горелого мяса.
Алек открыл глаза шире, и несмотря на то, что их щипало от гари, он не мог перестать смотреть на это. На этот Ад.
На то, что он породил собственным даром.
Он опять услышал голос сестры сбоку, но не смог отреагировать.
Было мгновение "до". Их тащили рыболюди к алтарю, где Гейбл с флегматизмом неуязвимой гниды зарезал матроса. Потом потемнело...
Было мгновение "сейчас". И оно всё горело...
Алек, со смешанным чувством шалой надежды и звериного отчаяния повернул голову, сразу почувствовав острую боль в плече и шее, на которых углями осталась вмаянная в кожу рубаха, но это не так важно. Аленари цела? И Джордж?...
Он всё ещё не говорил.
Осматривался, с трудом вставал на ноги и всё крутил головой, и с каждой секундой на его лице появлялось всё больше такого чистого, животного отчаяния.
И наконец его взгляд остановился на груде тел перед алтарём, огонь на которых стал менее интенсивным, этот демон насытился.
Секунду смотрел.
А потом запустил обе руки - обожённую и здоровую в волосы и заорал громко и отчаянно, как попавший в медвежий капкан зверь.

Отредактировано Alec Santar (16 октября, 2019г. 16:15:38)

+2

34

- Давай!
Дым жёг и рвал горло, давил дыхание, от него слезились глаза и плыл мир.
- Давай… - слова выходили хрипом, по слогам, сливаясь в одно бессмысленное заклинание. – Давай.
В минуты вроде этих она действовала без мыслей, без эмоций, без оглядки – только действия, шаг за шагом. Вытащить их обоих из огня, от дыма, сбить пламя, отдышаться. Так они выживут.
Выжить – вот что снова стало важным.
Давай, давай, давай…
Они теперь стояли где почище, где побезопасней, и здесь Аленари оттерла воспаленные глаза.
- Алек?! – сейчас важно было увидеть его лицо, его взгляд. Важное понять, что это снова он.
Брат не обернулся.
- Алек!
Она глубоко вдохнула – после удушающего дыма даже этот тухлый воздух должен показаться живительным. Не показался. Вместо тухлятины теперь царила вонь горелого мяса и паленых волос. Желудок сжался, ее бы вывернуло, если б было чем.
Они оба замерли ненадолго – миг неверия и равновесия. А потом реальность рухнула обухом.
Аленари не издала ни звука – только сделала шаг назад и в сторону. Оступилась, пошатнулась. Устояла. Это напоминало удар под дых – оглушение, невозможность вдохнуть, полная беспомощность. Она замерла, чуть покачиваясь, прижимая здоровую руку к подреберью.
Слезы катились по губам, по подбородку, щекотали шею.
Только сейчас в полной мере Аленари догнало то, что она увидела стоя на коленях там, в кругу.
То, что это правда. И это навсегда. Насовсем.
Она смотрела, не отводя взгляда – впереди всё еще горело.
Что ж, план удался. С лихвой.
«…держите голову холодной… Ты вернёшься, Сантар! ...нам должна с десяток новых волос вместо седых! …вернёшься! …где море чище… да здравствует новый капитан!»
Ее вело, шатало, и будь Аленари одна, то все-таки сдалась бы. Упала.
Но она была не одна.
- Ал… - Язык заплетался, как у пьяной. – Алек. Не смотри. Пожалуйста. Не надо.
Она продиралась сквозь онемение и боль, как через густой подлесок. Буквально толкнула себя вперед, став у брата на пути.
- Алек!
Как же несёт горелым. Как здесь душно, как давит…
- Смотри на меня! Слышишь, Алек?! Смотри на меня! Надо уходить, - Аленари вцепилась в здоровое плечо брата. – Уходить отсюда. Сейчас! Только…
Не выдержав, она все же обернулась, посмотрела туда, где видела Джорджа в последний раз. Обернулась и не сумела сдержать грудной стон-всхлип.

+2

35

Эта музыка должна быть на трагичных моментах на этом острове

Будь он проклят, проклят, проклят!
А разве не уже?
И даже дьявол морской не знает, за что...
За что, за что, какого хера это со мной?!
Ты должен был сдержаться.
Ты должен был найти другой путь.
Ты должен был унять сестру ещё раньше.
Должен был...
– Алек. Не смотри. Пожалуйста. Не надо.
Должен был раньше взять командование, решить этот вопрос, что угодно...
Ты мог, мог, черти тебя дери, не говори мне, что не мог, человек может больше, чем сам в себе верит, да?!
Сестра заслонила горящее тело, но оно не исчезло из мысленного взора. Оно теперь там, клеймом по коже, не тату, не зарубка на память, не выцарапаешь.
Смотри, что наделал, а?! Смотри, нравится?!
А следующей была бы она, следующим БУДУТ они. Кого тебе прожаренным до хруста, Вальдена, Лили?
Ты ДОЛЖЕН был...
"Можно мне забвение, пожалуйста?", - секундная слабость пробилась то  ли восклицанием, то ли просьбой к вечно хер на них клавшему небу. Она вонзилась среди парализующих каждую мышцу мысленных оров, где - "ты должен" - звучало голосом отца, а вопросы, голосом шестилетнего Алека. Другой потерялся. Парализованный, оглушённый, растерянный, он просто не знал, что сейчас делать. ЧТО, мать его, сейчас делать?!
Аленари всё говорила над ним. Что-то, такое правильное, но банальное. Да-да, им надо уйти... Уйти?
Алек нехотя прогнал кислоту слюны по горлу и поднял на сестру тяжёлый, мутный взгляд.
- Куда? - хрипло спросил он, и это был не вопрос о направлении. В голосе звучали странные нотки, - Куда мы отсюда пойдём без него? Оставим Джорджа гнить в обнимку с Гейблом? Куда мы пойдём, здесь грёбанная пустота, - нервный смешок некрасиво исказил губы, -  Куда, чёрт возьми, мы там, куда мы всё это время шли, не так ли, а?! Я сделал всё, что ты хотела? Теперь мы куда? - рокот нарастающего ора пересиливал треск пламени. Алек взмахнул руками, он был готов плескать свою ярость, будто бы она ещё осталась, будто бы так в чаше станет меньше, будто бы так из горла пропадёт ком. Иногда работало, иногда... - Мы должны были!... - на резкой ноте он запнулся о бледное, искажённое, со следами слёз лицо Аленари. Замолчал. Шатнулся и обнял её, тяжело выдохнув в пропахшие гарью и потом волосы: "Прости", - и стоял так прижимая её к себе и неотрывно смотря на остатки тела за её плечом.
Он смог выпустить сестру только когда щемень в горле перестала мешать дышать. Давно научился так плакать, оставляя глаза сухими, а лицо неизменным, будто бы чувств в нём нет. Лучше бы не было... порой лучше бы не было....
- Ты тут была. Как ты вышла с этого места прошлый раз? - другим, собранным и ровным тоном проговорил Алек, - Мы найдём по пути что-нибудь, на чём потом вынесем тело Джорджа к морю. И отдадим ему. Так будет правильно.

+2

36

У него был чужой мутный взгляд, чужой странный тон. Аленари знала, что сейчас брат скажет или сделает что-то… плохое. Для нее плохое. Что-то окончательное. И это что-то ляжет как тавро.
«Не надо. Пожалуйста, не надо. Пожалуйста»
Куда, куда, куда…
Каждый вопрос ложился, как удар. И в глубине души она действительно предпочла, чтобы он ударил.
Я сделал всё, что ты хотела?
Я не…
Я…
Сейчас бы собраться, разозлиться, крикнуть – нет, нет, черт возьми, не этого! Не этого хотела! Но… это ведь будет только часть правды, верно?
Она так давно сюда шла. Так упорно и уверенно. Так цеплялась за всё произошедшее – за ненависть, за унижение, за себя стоящую на коленях, за умирающего Росса Манро, за каждую свою неудачу, за каждый промах. Что ее вело? Офицерская честь? Справедливость? Приказ? Да нахер! Нахер всё это! Самое главное, что в итоге должна победить она, Аленари Сантар.
И в полный рост останется стоять она. Только она. Дочь графа Бэкнгема, гребаная вице-принцесса, хренов офицер.
Она осталась стоять.
Она победила. И как же чадила, как же смердела эта победа…
Когда брат привлек к себе, Аленари не подумала сопротивляться, она вцепилась в него, вжалась лбом в грудь, чувствуя, как спазмы выкручивают горло. Слёзы всё бежали и бежали.
«Верните, - билось в голове. – Верните, верните, верните, я всё сделаю не так, как угодно, но не так, не так! Верните…»
Шли минуты, всё слабее трещал затухающий огонь. А больше ничего не менялось.
Спустя время они расцепили руки, отступили друг от друга. Голос Алека помог собраться.
- Вверх. Выберемся из этой ямы. Там будет лес. – Она оттерла лицо, воспаленные глаза, пересохшие солёные губы. – Бухта недалеко. Я смогу… смогу найти. Может там есть другая шлюпка. Не по дну же эти… ходят.
А может и по дну. А может нет там никакой шлюпки. А может они застряли тут всерьез. Чертовски всерьез. А может…
Ей очень хотелось найти лодку. Очень. Чтобы оставить Джорджа подальше, там, где море чище.
Сколько раз придется ей еще это делать?
Пошатываясь, Аленари двинулась вверх, в поисках брошенного оружия. Подняла «винчестер» Алека - брат-близнец ее собственной винтовки. Следом подтянула за ремень вторую – и замерла. То было оружие Ройса, и сейчас она должна была перебросить ему его. Возможно, с какой-то колкой фразочкой. Она бросит – он поймает. Так, вроде, просто!
Невозможность сделать это отупляла, и Аленари осталась стоять, будто не совсем понимая, что делать дальше.

+1

37

Опустошение наконец пришло. Фрустрация от эмоций, что выжгли его самого в ноль, спасибо... Спасибо, что сейчас их нет. Он может сделать то, что должен... Хоть что-то. Вывести сестру, например.
Алек молчал, собираясь в этой вонючей, тягучей тишине, всё ещё чувствуя что-то странное в жутком котловане, но чувствуя как сквозь вату. Злоба, пропитавшая здесь каждый камень, везла в этой броне глухого безразличия. Была только цель - выйти, направление - туда, куда сказала сестра. И больше ничего... Пепел...
Алек, поправив винтовку, повернулся на застывшую Аленари. Глянул ей под ноги, на тело, а потом, так же молча, взял за ладонь и повёл к месту, где должен был быть выход. Выбирая место для шага, он с ужаснувшим бы других безразличием отталкивал носком сапога тела и останки, местами сильно подгоревшие. Все они стали неудачными куклами из сгоревшей детской мастерской, а не людьми. Здесь больше не было людей. Только он и сестра, чью руку он держал уверенно, утягивая её в верх.
Они шли...
Взбирались, по стенам котлована, что не хотели давать волю попавшим в пасть монстра жертвам.
Он не знал, откуда эта мысль.
Просто чувствовал.
От колонн вздымавшихся чёрными обелисками вверх, от почвы, такой неестественной, от алтаря, что смотрел им в спину.
Сжав зубы до белых скул, Алек упорно шёл наверх, то и дело помогая себе второй рукой и выволакивая Аленари за собой. Они должны выйти.
Должны...
На почти вертикальном подъёме, что был у вершины котлована Сантар оступился и едва не полетел вниз, за камешками, в гору "сожжённых кукол", прямо под откос. Эта секунда потерянного равновесия... И вот его локоть крепко держат. Потому что они всегда рядом. И, наверное, никто другой не поймает так удачно его за локоть.
Он не сказал Аленари "спасибо", а просто кивнул, выравниваясь.
Не потому что было жалко слов, а потому, что слова всё ещё были бессмысленны и мертвы.
Подсаживая друг друга они взобрались на верх котлована. И глянули вниз...

Музычки

Там уже не было деревьев.
Камней, валунов.
Весь берег, абсолютно серый и уходивший от котлована вниз, был завален мёртвыми морскими животными, щепками других судов, от мала до велика, местами - даже останками тех, кто был убит до алтаря. По линии горизонта скалились "рёбрами" те суда, кто когда-то давно "пропадал в Атлантике". Алек даже разобрал название на прибившейся к берегу обшивке - мелькало в газетной сводке пару месяцев назад.
Пропадавшие сначала редко. Потом всё чаще. Пропадавшие последние несколько лет. Местами сгнившие, будто бы лежали на дне все эти годы, и только ушедшей водой их вынесло сюда. Местами будто бы раздавленные чем-то... огромным.
"Как кракен"...
Огромное кладбище кораблей...
И где-то там, вдали, всё ещё на якоре, стоял крейсер "Силвер Датчес".

+1

38

«Там будет лес» - сказала она ранее.
Не нашлось там леса. Неведомая сила расчистила остров, как смогла, а потом завалила падалью. И это всё, что ждало их с Алеком впереди – мёртвые тела, мёртвые корабли и мёртвое море.
Взгляд скользил по остовам суден и по торчащим шпангоутам, скользил, скользил, а потом остановился. Несколько секунд Аленари рассматривала «Сильвер Датчес» - свой приз. Свой реванш. Она всё это время где-то на подкорке считала «герцогиню» своей, представляла, как вернёт крейсер и докажет… что-то. Профессиональную пригодность, наверное. Кому? Адмиралтейству. Отцу ещё, вроде… Всем. 
От гари по-прежнему было горько во рту, жгло глаза. От гари ли?
Взгляд пошёл дальше.
Не было ещё ни страха, ни безнадежности, их выдавили боль и осознание уже пережитого. Не было шока от увиденного. Была злость – слабенькая, далёкая, какая-то чужая. Так злятся на дурака и мерзавца, который натворил беды. Ничего личного, просто тебе теперь это расхлёбывать.
Переборов свинцовую тяжесть, Аленари заговорила:
- Тот корабль - «Сильвер датчес». Я видела её, прежде чем на нас насел кракен, значит, земля не так далеко. Может, у неё есть шлюпка на борту. Нужно только добраться… 
Внизу расстилалось побережье и гниль, гниль, гниль, куда не посмотри.
Впереди, в отравленном море жила здоровенная тварь.
Над головой висело чертово небо без солнца и звезд, а значит, без малейшего намёка куда двигаться.
Начало потихоньку просачиваться осознание того, что они заперты, что это один большой вонючий тупик, однако, Аленари отбросила эту мысль. Оглядеться вокруг, ужаснуться и просто пустить себе пулю в башку от безнадеги – удел меланхоличных нытиков. Это не для них с братом, нет, они другой породы. Им с Алеком нужно что-то делать, нужно двигаться вперёд. И держаться вместе.
Да, они будут вместе и не станут опускать рук. Это работало двадцать семь лет – сработает и тут.
Сработает же?
- Пойдем.

+1

39

- Пойдём, - почти эхом повторил Алек, и они успели сделать один шаг.
Шаг за пределы котлована полного гниющих мертвецов и мертвецов сожжённых, шаг за круг из исполинских обелисков, бросающих на алтарь очень тусклые скрещенные тени. С одного кладбища на другое. Живые в мире мертвецов.
А потом накрыло.
Треск, грохот, земля под ногами заходила ходуном, а гнетущее и устрашающее, что свербило лопатки, сменилось гневным и сминающим. Алек успел только судорожно оглянуться, и увидеть, как исполинские колонны трещат и рушатся, с брызгом каменной крошки сыпятся вниз, в котлован. Успел подумать: "Это не надгробие для Джорджа...", - и почти на инстинкте броситься было назад, как следующая секунда смяла уже их.
Что-то вонзилось в виски Алека и Аленари болью и ненавистью, гневом и... разочарованием. И это было настолько большим, сильным и всеобъемлющим, что уставший разум близнецов не выдержал. Они потеряли сознание, с осыпающимся песком упав к обнажённым рёбрам убитых кораблей.
***
Демон появился тут через четверть часа, осмотрев безрадостный пейзаж глазами цвета лавы. Гул от разрушенных колон уже таял в море, а само море постепенно и неумолимо наползало на остров, надеясь проглотить его и всю падаль, навсегда упокоив это на дне, где даже гнилым доскам найдётся применение. Оказавшись у самого края алтаря, он с величайшим отвращением глянул на треснувший, под одним из обелисков, рисунок. Тот ещё хранил эхо произошедшего здесь, точнее не произошедшего, и что-то внутри демона сжалось, торопя выполнить задание. Время для триумфа найдётся в большом кабинете демонического посольства....
Обгоревший труп г-не Ройса нашёля тут же. В остатках его одежды ещё блестел золотом маячок, пару месяцев назад "подаренный" ему мисс Китти. Никакой огонь не расплавил ведьминских рун, прошедших с этим смертным корабль, африканские города и джунгли, и исправно говоривший сэру Говарду о местонахождении группы, отправленной на войну с Древними, пусть и сама группа этого не знала.
Тут всё сложилось удачно.
Хотя бы тут.
Со второй половиной причастных разберёться мистер Фламерс, если он действительно хочет прощения.
А вот там где дела пошли совсем не гладко, нужна была взятка перемирия. Эдакий жест доброй воли, которой у демонов было больше, ведь они бессмертны, верно? И вовсе не было никакого конфликта с семьёй Сантар где-то там, на туманном материке. В доказательство, сэр Говард готов вернуть Роланду его бесценных детей.
Перед новой партией счета будут чистыми...
Демон ловко и невозмутимо прошёл по тонущему острову, давя обгоревшие кости мертвецов.
***
- Лейтенант Сантар. Настало время прийти в себя, лейтенант, вам не понравится быть кормом для акул, хотя они оценят такое блюдо больше местной падали, - тянучий, какой-то издевательски вежливый голос вонзался в уши. Алек знал, что открывал глаза, но перед ними то и дело плыло и качалось, и было странно... очень странно. Где... чёрт возьми?
Фокус нашёл себя. Над ним склонился остролицый демон с какими-то жуткими, красно-рыжими глазами и клыками в ряде белых зубов.
- Здравствуй Ад? - прохрипел Сантар, стараясь почувствовать тело. Демон усмехнулся.
- Мой дом поуютнее этой гнили, лейтенант Сантар, и я очень скучаю по этому уюту. Вам же обоим повезло гораздо больше, поскольку ваш дом с моей помощью станет ближе.
Алек приподнялся на локтях оглядевшись в поисках Аленари. Также неохотно и вяло, она пыталась остаться в мире бессознательного, более радушного к произошедшему. Но демон был неумолим. И его настойчивость была требовательной, а эта требовательность ощущалась кожей. Откуда-то пришла странная мысль - он не будет ждать, пока они смиряться с произошедшим.
Тошнило, голова кружилось, в зыбкой ауре демона всё вообще казалось чертовски нереальным, но Алек всё-таки встал, окинув взглядом остров. Тот... тонул.
И в пяти метрах от уже новой линии берега на волнах мерно покачивалась прекрасная парусная лодка. Её точно не было здесь раньше...
- Вы что... на ней? - тупые вопросы, всё что приходило в голову в этой фантасмагории.
- Среди всего возможного перечня вопросов, люди всегда спросят самый глупый, а среди всех выдуманных ими же правил, они всегда выберут их нарушить. Прекрасный оксюморон, не правда ли?
Дикими красными глазами Алек посмотрел на это противоестественное пятно в этой картине мира. Он был одет с иголочки. Чуть кудрявые волосы уложены по последней моде, а улыбка будто из салона в Лондоне. Только за ним крысился ломанными краями обломок колонны, и под ногами близнецов ещё были выброшенные рыбы и киты. Алек подхватил локоть сестры, не только чтобы помочь ей встать, но ещё и желая удостовериться, что всё это не галлюцинация или сон. А может и они?...
- Кто вы, мать вашу?...
- В данном контексте я ваш спаситель, лейтенант Сантар, - глаза демона блеснули странным весельем, - лодка под парусом, "Сильвер датчес" имеет фонарь для подачи сигнала СОС и через час тут рядом будет судно, готовое принять сигнал. Не упустите этот шанс, а то нам придётся встретиться снова. Поверьте, я не привык так часто общаться с людьми, не заканчивая всё ужином, - развернувшись, демон двинулся назад, к котловану, исчезая из вида. Его тяжёлая аура настолько будоражила Алека, что тот смог двигаться и говорить только тогда, когда та вдруг резко исчезла. Как по щелчку.
- Ушёл.
Тишина.
За спиной слышно, как о борт лодки бьётся волна, и как эта же волна ползёт на берег.
- Пойдём, заберём Джорджа... Если это сон, то пусть хоть здесь всё будет как надо.

Они всё успели до того, как море проглотило остров а с ним и сотни всех жертв. Оно не проглотило только память об этих событиях.

+1


Вы здесь » Brimstone » Завершенные эпизоды » Ты вернёшься