Brimstone
18+ | ролевая работает в камерном режиме

Brimstone

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Brimstone » Воспоминания » Ты вернёшься


Ты вернёшься

Сообщений 1 страница 30 из 33

1

Джордж Ройс, Алек и Аленари Сантары
18 декабря 1886 года, африканские джунгли, храм Осквернителя

Эта история началась для каждого по-своему, и привела она сюда каждого по-своему - кого-то вели непомерные амбиции, кого-то - ненависть, кого-то - приказ и долг, кого-то - любопытство. Тут, в обиталище нового бога, она и закончится.
Для каждого по-своему.

Отредактировано Alenarie Santar (30 августа, 2019г. 15:13:11)

+1

2

Трудно представить место более противное нормальности, чем вот это вот. Джордж, обычно открытый ко всему новому и необычному, испытывал перманентное состояние отвращение, чуждости и ксенофобии, пропитавшей это место. Ему было отвратительно ступать по этой странной земле, отвратительно серое небо и отвратительны жуткие обелиски, будто бы метящие в надгробные плиты всем пришедшим сюда. Но, конечно, больше всего его раздражало отсутствие слаженности и дисциплины. Видимость выполнения приказов здесь стала совсем хлипкой. Профессора вообще его не слушали, а моряки лишь использовали команды "идти/стоять" как оправдание того, что они вообще торчат среди кривых корней давно умерших деревьев.
Они были готовы сорваться бежать обратно, даже если подскользнуться на пятидесяти ступенях и свернут себе шею.
А Сантары готовы были сорваться вперёд, даже если за углом будет стрелок, что пробьёт их горячие головы.
- Алек! - который раз зло рыкнул Джордж, ещё на середине пути потерявший всю свою весёлость, - Стой тут, и дождись группы.
Во встречном взгляде Джордж едва узнал вечного друга и собутыльника, столько там было подавленной ярости. Прожигать взглядом уже практически вошло у них в привычку, да? Чёртовы джунгли и треклятое назначение! Очень сложно было удержать узду в руке, когда твой собственный офицер всё время будто бы ставит авторитет под сомнение. Они так и стояли в тени полуразрушенного строения, смотря друг на друга и не произнося не слова, пока группа подтягивалась к ним. В недвижимом воздухе даже москитов не летало, здесь всё было дохлым, будто бы они по ошибке переплыли Стикс.
- Чем медленнее мы плетёмся, тем больше у него шансов подготовить ловушку, -тихо проговорил Алек, будто бы надеясь перехватить узду у Джорджа если не прямо, то хотя бы уговорами.
Этот разговор на полутонах слышала только Аленари, но вот их взгляды видели все, и Ройс, с клокочущей внутри злобой, пытался достучаться до индюка, что решил разладить военный порядок на подступах к врагу.
- Ну да, а вовсе не ждёт, что мы кинемся к нему опрометью, не проверяя тылы.
Ещё секунда, и Сантар отвёл взгляд, но желвак на его скуле не дал обмануться. Да морской же Дьявол!
Джордж перевёл глаза на Аленари, что тоже вела себя всё более взволнованно в этом месте, и он бы уже не удивился, выкинь она тоже какое коленца. А чтоб нет то?! Это же у них семейное!
- Мы проверяем по квадаратам, это всё подсобные помещения, судя по всему, и при обнаружении входа не ломимся туда сразу, пока не проверим отсутствие засады и ловушек, ясно? - чеканным голосом напомнил Ройс, сильно сомневавшийся, что его друзья ставят его в авторитет. Они оба были как одержимые.
Трудно винить хоть кого-то, кто решит что тронулся кукушкой в этом гнилом месте, трое внизу вон вообще с цепи сорвались, шатая и без того сомнительный авторитет Ройса. Он видел, пока поднимался по лестнице, как моряки иногда бросали на него взгляды и, вполне возможно, там было что-то вроде: "говорили мы, что застрелить их надо было!".
А сейчас стрелять было некого. Храм, охраняемый на подступах, сейчас был пуст и абсолютно безжизненен. Груда камней, от которых веяло странной жутью, и вечные взгляды в спину, которых не было. Ройс повёл плечами. Ну нет, он не может сейчас...
- Разделимся на две группы, - сказал он, - ходим в зонах видимости друг друга. Мистер Фолет, запоминайте условные знаки, это будет значить - стрелка...
Главное давать им указания. Джордж уже понял, что это вообще единственный способ что-то контролировать тут - без конца говорить им что делать, как-будто ты действительно знаешь - что. Херня собачья - не знал. Он и сам надеялся, что это будет в духе старого доброго захвата форта, но противники были неизвестно где, и не спешили делать артелерийский обстрел наступления. Ничего не разрывало эту вязкую тишину.
И ещё минут пятнадцать не разрывало, покуда они обследовали смотрящие им в души провалы окон и дверей, пока в другом конце не раздался и не потух вскрик и какой-то звук, как камень тёрся бы о камень. Аленари, точно учуявшая след гончая, собиралась уже рвануть в ту сторону, так что Джордж едва успел впиться ей в локоть.
- Стоять, лейтенант! - "мать твою!", - Может быть ловушка.

+2

3

Мертвый остров и черная яма усеянная обелисками снились ей десятки раз, так и не отпустив, не дав себя забыть. Поэтому Аленари думала, что готова лучше всех остальных, что знает куда идет, что будет так же.
Она ошиблась. Тогда чужеродная тварь была лишь на пороге, здесь и сейчас она уже хозяйничала, пропитала, отравила всё вокруг. Когда Арон впервые назвал ее «Осквернителем» это прозвище показалось каким-то излишне патетичным, что ли? Теперь, поднимаясь по ступеням, она втягивала липкий, гнилостный воздух, и больше не считала имечко странным. 
Шаг – выдох, шаг – выдох. Не оглядываться, не думать о тех, кто остался внизу. Шаг – выдох.
Наверху их, к ее облегчению и одновременно разочарованию, никто не ждал. И тут бы воспользоваться отступлением вражеского отряда, перехватить инициативу, одним броском продвинуться вперед, но нет. Джорджа словно подменили.
«Какие к черту тылы! Оглянись вокруг! Тут неделю можно блуждать! Да ему рота нужна, чтобы подкараулить именно там, куда решим пойти…»
Сцепив зубы, она молчала, но даже это молчание было весьма красноречиво. Аленари чувствовала злость брата, разделяла ее; гнев резонировал между ними, как натянутая струна, объединяя против всего и всех остальных.
«Мы теряем время».
- Мы проверяем по квадратам…
«Мы теряем долбанное время!»
Она смотрела только вперед. Не по сторонам, не на людей, которых в том числе должна была контролировать, не на Джорджа в ожидании приказа. Только вперед.
Наконец-то сдвинулись с места, но медленно, как же медленно! Тут никого нет на этом вонючем могильнике, никого, черт побери! Гейбл там, впереди, и возможно именно сейчас, когда они заглядывают под каждый камень, он готовит очередной удар.
Тишина и отсутствие какого-либо результата действовали на нервы похлеще шквального огня.
Как и было велено, Аленари «открывала» отведенные ей участки, но внутри с каждым шагом закипало что-то темное и душное. Они теряют время. Джордж медлит и ошибается. Какого черта вообще командует именно он? Это она выжила в черном котловане! Она знает Гейбла! Она видела это всё, она!
Чужой вскрик сработал, как команда для гончей, и Аленари сорвалась бы вперед, если бы Ройс не осадил. На этот раз – вполне физически. 
Когда лейтенант Сантар обернулась к другу и сослуживцу, в ее глазах полыхала злость.
- А если наши? Будем тут торчать?!
Рывком она отдернула локоть и вскинула винтовку к плечу.

+2

4

Они продирались сквозь чёртово болото, только вместо грязи вязли в заячьей осторожности! "К чему поджимать хвост, Джордж, а?!", - спрашивал Алек друга взглядом. Где его, кракен дери, подменили? Откуда эта чёртова трусость? Перебежками от места к месту, всё как они делали херовы сотни раз! Вот как следовало преодолевать это прокажённое место, от которого буквально шла кругом голова. Алек уже не чувствовал страха, ни больного, ни здорового, только отчаянную злобу, которой не давали выхода. Она горела и билась о глаза друга напротив, но потом пришлось её задавить.
Он проглотил, он уже вырос из момента, когда спорит с недалёким начальством, верно?
Только мельком глянул в глаза сестре, видя там поддержку и отражение своего отчаянного желания. Пойти и закончить это.
Они оба смолчали, пусть Ройс раздаёт указания.
В первый момент слабая надежда вспорхнула в Сантаре, когда он услышал, что они деляться на группы, но потом сразу потухла. Походу Ройс решил быть им с Аленари нянькой, блядь.
Очередной желвак прошёл и исчез на скулах, он всё ещё держал себя в руках.
Они шли сквозь эти руины, весь вид которых говорил о болезни и смерти, но при том ни одного тела, ни живого, ни мёртвого. Сантар был бы рад любому. У него по спине уже катился пот - то ли сынок местной духоты, то ли выкидыш задохнувшегося в ярости страха - а они, казалось, даже на шаг не приближались к цели.
И тут тишину пронзил вскрик, разбудив рефлексы быстрее мозгов. Алек стоял уже с винтовкой на изготовку, но в стороне звука было пусто, а сбоку собачились на официальном уровне сестра и Джордж.
- ..если наши? Будем тут торчать?! - вспричала Аленари, вырываясь и как и брат хватая винтовку.
- Лейтенанты Сантар, не отделяйтесь от группы, - голос Джорджа прозвучал чеканно, будто удар молота о металл, и так же высекал в Алеке искры, не опуская оружия он едва повернул голову к Ройсу, будто тот был помешанный. И впервые, пожалуй, увидел у него какой-то буквально стальной взгляд, - Это приказ. Иначе вас вернут вниз силой, за нарушение дисциплины.
- Что по-твоему, блядь, крик, Джордж?! Птичка воскликнула?! - тихо зарычал Алек.
- Это точно не повод будто псине нестись на первый же звук, Алек. Аленари. Аленари! Не облегчайте им задачу, разбегаясь тут в стороны.
- Мы должны проверить, что это было, - упрямо повторил Алек и его челюсть двинулась чуть вперёд. За их спинами группа моряков, один профессор, что, кажется, сейчас обосрётся от страха, и чёрная подружка Ферро, все видели эту сцену, но в кои то веки, спустя лет, наверное, восемь, Сантару было плевать, что подчинённые думают о ссоре начальства.
Но тут чернявая ртутью просочилась мимо всех, гланув на троицу.
- Осквернитель будет рад любой ссоре, - проговорила она с режущим уши акцентом, а после положила руку на локоть Алека, - постарайтесь сохранить головы холодными.
- Тебя вообще не спрашивали! - рявкнул Алек, дёрнув руку и едва удержавшись от того, чтобы врезать.
Мунаш осталась невозмутимой, а потом перевела взгляд на давно затихшую постройку, за которой раздался крик.
- Я могу сходить проверить.
И не дожидаясь ответа, она пошла вперёд.
Здесь было такое мёртвое место, что её шаги вообще были не слышны, как и лёгкое шуршание тканей, покашливания и вздохи. Будто бы всё глохло и обесцвечивалось в этом мареве, превращаясь в призраков... И все стояли и ждали, пока Мунаш преодолеет расстояние в пятнадцать метров и глянут за угол. Женщина наклонилась, подняла что-то с пола и пошла обратно. В руках у неё был ремешок с сумки кого-то из профессоров, это у них были такие кожанные лямки.
- Там никого не было, только это, - протянула она лямку на открытых ладонях.

+2

5

Голос Джорджа полоснул металлом, напомнив – внезапно! – об отце, и это сдержало. Правда, ненадолго, потому что откуда не возьмись выскочила шаманка, причем с таким деловитым видом, будто она здесь вообще самая главная и знающая, а они тут так - эскорт.
Аленари сжала челюсти.
Какого дьявола черная сучка везде лезет?! Вилась возле Арона, теперь тянет руки к ее брату! Они у нее лишние, что ли?
Алек огрызнулся, будто подхватив ее собственные мысли, и Аленари испытала отголосок мрачного удовлетворения.
- Какого черта мы вообще ей верим? – тихо процедила она, глядя в спину мулатке.
«Она хороший человек» - сказал Арон, но Арон далеко, и он в тот вечер еще кое-что сказал. Два дня в этом проклятом месте переплавили его слова в колючую неприязнь к чернявой девке, и теперь лейтенант Сантар провожала Мунаш по-настоящему волчьим взглядом.   
Где-то в глубине души она знала, что возможно несправедлива, что возможно перебарщивает, но… до глубины души далеко. Злоба же кипела на поверхности.
- И это, блять, всё? Какого… - Увидев, что осталось от второй группы, Аленари резко обернулась к Ройсу. 
- Джордж, мы теряем время. – Она старалась звучать как можно убедительней, спокойней, старалась не повышать голоса, хотя тишина здесь казалась такой густой, что заори во всю глотку – никто не услышит, это место просто сомнет крик. – И, черт возьми, людей. Сажать здесь засаду нет смысла – они просто не знают, как мы пойдем. Гейбл, там впереди! Нужно проскочить это дерьмо как можно скорее!

+2

6

Когда его бывшие друзья стали такими отврательно безмозглыми? Он не испытывал такого желания съездить Алеку по челюсти с того момента, как они впервые познакомились. Сейчас они с сестрицей делали всё, чтобы подорвать едва державшуюся дисциплину их маленького отряда. Они кричали, они спорили, они кидались на каждое его решения, как некормленные псы на человека, несущего кости.
Он не должен был идти на их поводу, черти дери, он вообще не должен был брать их сюда!
Блядь, да Джордж впервые в жизни остро чувствовал необходимость и важность дисциплины.
Они были здесь, и это странное здесь приветствовало их слишком спокойно с учётом всего, что произошло до этого!
Он сделал глубокий вздох, подавляя свой гнев, отчего крылья его носа широко раскрывались, а по щекам плясали красные пятна. Вкрадчиво, как наредкость тупому ребёнку, он стал втолковывать Аленари такие очевидные для него вещи, что пришлось даже жестами рук обрисовывать всё это:
- Аленари, мы на вражеской территории. Гейбл не такой идиот, каким ты, видимо, его считаешь, он не будет сидеть на бочке и курить, в ожидании пока полоумная девица вывалиться на него и застрелит...
Алек среагировал почти успешно и почти моментально. Почти, потому что Джордж ожидал этого удара, и, наверное, самое горькое было именно в факте того, что он его ожидал. Потому смог поймать руку за запястье и сжать с силой, не уступавшей Сантару. Они снова скрестили взгляды, который раз за день, и где-то тут Джордж понял, что перед ним уже и не друг вовсе, а какой-то одержимый бесами.
- Попридержи язык, Ройс, - прошипел Алек.
- Соблюдайте тогда субординацию, лейтенанты Сантар. Или для вас это стало невозможно? - также зло и холодно проговорил Ройс. Где-то здесь трещала дружба, но что хуже - трещало настроение всего отряда, наблюдавшего эту сцену от и до.
Мунаш, кожей чувствуя неприязнь Аленари, да и многих других тут, подала голос очень робко.
- Осквернитель может влиять на наши умы. Ваша злость не ваша, а его. А это место - ложь, здесь всё не так... Как-будто блуждаешь по кругу в чаще, где всё знакомо и всё чужое...
- Постойте, вы хотите сказать, что профессор Морриган пропала? - звучало откуда-то сзади, с тревожно-паническими нотками, - Мы же расстались буквально пять минут назад.
Шу-шу-шу... высказался один и за ним зажжужали все, Ройс буквально чувствовал, как теряет едва полученный контроль.

+2

7

Наверное, в ином месте и в иное время, она бы на «полоумную девицу» оскорбилась. Обиделась бы. Возможно, даже попыталась двинуть сама.
Но не сейчас.
Аленари отстранилась от Джорджа, будто замахнулся он сам. В момент закончились ее попытки убедить, истаяли последние клочки какого-то единства. 
Чернокожая девка говорила, будто это место выкручивает мозги? Что ж, видать, правда. Ройс – настоящий Ройс, тот, с которым они в четыре руки снесли грот-мачту – не стал бы прятать за субординацию свою нерешительность.
- Оставь. – Она перевела взгляд на брата. – Не стоит.
Голос звучал негромко и очень-очень спокойно. Аленари закинула на плечо ремень винтовки, и только побелевшие костяшки выдавали то, что она чувствует на самом деле.
Вокруг шелестели тревожные голоса, но ей было плевать. Честно говоря, сейчас ей было плевать на всех – присутствующих и исчезнувших вместе взятых. Единственное, что вызывало легкую досаду – это потеря людей, которые умели неплохо стрелять.
- Вы правы, лейтенант. Гейбл отнюдь не дурак. И сейчас он готовится.
Аленари замерла, прямая и высокая, стоящая перед Джорджей едва ли не навытяжку. Будто бы взявшая себя в руки, будто бы вспомнившая о субординации, будто бы готовая выполнять приказ командира. 
Будто бы.
На деле она уже поняла, что ничего хорошего из такого командования не выйдет. И не за горами момент, когда придется брать всё в свои руки.

+1

8

Джордж сдела вид, что поверил им, ради дисциплины наверное. Дисциплины, ха! Среди кого?! Дикарки, профессоров, едва не наложивших в штаны, и горстки моряков? Разброд и шатание, даже больше - балласт. Они с сестрой давно бы сделали всё правильно и сами. Раньше в этот список входили Джордж, но друг сломался.
И вот опять были только они - он и Аленари, понимавшие друг друга без слов. Надо пройти быстро. Пройти, убить и вернуться. А пока они подыграют спектаклю Ройса с его мнимой дисциплиной и осторожностью. Переглянувшись с сестрой, Алек просто убрал руку и дёрнул подбородком. Не впервой...
Ройс таки потратил время на изучение того места, где слышали крик и нашли лямку сумки, но там не было ничего. На оклики никто не отозвался, и только после этих мучительных десяти минут они двинулись дальше.
Алек шёл, глухой и слепой до других, он шёл, как натренированный зверь - осматриваясь, не выпуская винтовки, так что уже немного ныли мышцы. За каждым поворотом осмотр, проверка, выжыдание пары секунд и дальше...
Брат и сестра делали это слаженно и чётко, то и дело порываясь уйти вперёд, дальше, отделиться от группы и, возможно, пойти бегом. Останавливало только одно - они тоже не знали - куда. Вся эта территория, частично вдолбленная в скалы, частично разбросанная по ним, так хаотично, будто бы это делал непутёвый ребёнок, была чужда нормальной архитектурной логике. Пару раз терзало смутное чувство, что они ходят по кругу...
И всё ещё никого...
Страна мёртвых, смотрящая на них мёртвыми глазами ото всюду и неоткуда.
- Сюда, - первое прозвучавшее за долгое время слово буквально резануло по ушам. Алек обернулся - чёрная шаманка шла вбок, весьма уверенно, огибая выступ скалы. Подавив какую-то иррациональную паранойю, Алек пошёл за ней, ощущая, что что-то действительно изменилось...
- Вонь, - недовольно и удивлённо проговорил он, потяну носом, - Тут смердит сильнее.
Завернув за угол он увидел проход вырубленный в скале, косяк которого венчали жутковатые рисунки тварей, весьма далёких от людей. Шаманка стояла на пороге, зябко обнимая худые руки. Алек не спешил заходить, проглотив едкое: "Дамы вперёд", и его обогнал Джордж, подошедший к Мунаш и негромко спросивший:
- Уверена?
- Да, там вход в настоящий храм... - она поёжилась ещё раз, - отсюда ползёт скверна...
Алек сделал два широких шага, отодвинул девицу и заглянул в проход, и едва освещённое вырубленной в скале дыркой помещение. Внутри было достаточно темно, чтобы не увидеть там засаду, но они были слишком близко, чтобы тормозить.
- Факел, - коротко бросил Алек, протянув руку к идущим позади.
Кто-то во всё той же тишине и вязком мёртвом спокойствии взял и достал заготовленный факел, зажёг его, передал...
И по прежнему, никого.
Никто не стреляет в рассеянных, не собранных, разномастных гостей.
Что ты задумал, Гейбл, гнида?..
Алек заглянул в черноту прохода. Он никогда не боялся темноты. Но в этой было что-то неестественное, слишком густая и слишком контрастная. "Как и всё тут...". Всё тут не правильно...
- Вот, - кто-то передал ему факел, и Сантар сразу направил его на черноту прохода, как-будто на самом деле надеялся её проткнуть. Та неохотно отступила от порога, отступила лениво чуть глубже, с пренебрежением и брезгливостью отступая со своего законного места. А свет факела просто тонул. Он не отражался от дул пушек или чьих-то глаз, не подсвечивал чужую бляху или кольца. Он тонул, не давая нормально рассмотреть, есть ли что там. Будто не они смотрели в темноту, а она в них...
Зябкий страх неприятно кольнул сердце, и Сантар, в свойственной ему манере, разозлился на эту никчёмную и непрошеную слабость, решительно делая несколько шагов внутрь.
Это случилось почти одновременно - он почувствовал, что сапог не становится твёрдо, сзади воскликнула шаманка, раздался шорох - кто-то впился в его руку - факел от рывка выпал вниз. И упал. И падал... падал... падал...
Он оранжевой полосой освещал бесконечную лестницу, ярусами по квадрату уходящую куда-то в глубину. В бездну.
И когда точка стала совсем маленькой - он упал. Эхо падения прошлось по всем ярусам квадратной лестницы и дошло до Алека и державшего его локоть Джорджа.
Сантар молча сделал шаг назад от пропасти, в которую только что чуть не ухнул.
Повернулся к другу и хотел было пошутить на этот счёт, как тот ледяным тоном процедил:
- И засады бы не потребовалось, - разом разбив мимолётное чувство общности.
- Зажигаем факелы. Судя по всему нас ждёт долгий спуск. Впереди идущие проверяют перед собой, средние - низ, замыкающие, не забывайте про тылы...
Пока Джордж раздавал указания, Алек повернулся к сестре. Он хотел сказать, что ему всё это не нравится. Но промолчал.
Они начали спуск по этой бесконечной лестнице, вытянувшись в шеренгу в одного человека. Тень над их головами сомкнула пасть.

+2

9

Стоило лишь решить, что мерзостнее это место быть не может, как они пришли. И оказалось – может.
Во-первых, тухлятиной тут воняло сильнее.
Во-вторых…
Аленари ненавидела темноту. Ненавидела с детства, не сумев перерасти этот страх, избавиться от него. Она не боялась ночей под крышей или в лесу – такие ночи никогда не бывают абсолютно черными, – но стоило лишь спуститься в подвал, ступить под каменный свод пещеры или шахты, да хоть в трюм заглянуть, как изнутри обдавало тошнотворным холодом.
Черный провал впереди – это не ночь. Темнота там не закончится. Она будет постоянно, она будет ждать и смотреть, будет наблюдать, как ты идешь – уязвимый и неуклюжий человечек, окруженный со всех сторон. Смотреть и ждать. Чего? Удобного случая.
Аленари остановилась у самого входа в «настоящий храм» - проверила обойму, прошлась пальцами по патронташу на ремне. Тянула время, пусть и безотчетно.
И едва не пропустила момент, когда Алек шагнул в пропасть.
Она лишь молча дернулась вперед – без заминки, без вскрика, без причитаний. Конечно, опоздала бы, если бы не Джордж, но тот успел, успел так вовремя, что на мгновение показалось – их снова трое.
Потом Ройс заговорил, и стало ясно – нет, двое.
Их командир двинулся дальше, раздавая приказы, но Аленари так и осталась возле брата. Просто стояла и глядела на него неестественно черными глазами с расползшимся на всю радужку зрачком. Стояла, всё еще чувствуя боль от того, как екнуло, оборвалось сердце минутой ранее.
Будь им лет на двадцать поменьше – вцепилась бы в рукав брата. Просто чтобы удостовериться – он по-прежнему здесь. С ней.
Но им не по семь.
- Держимся вместе. – Вряд ли это услышал кто-то кроме, собственно, Алека. И уж совсем вряд ли это понял кто-то кроме, собственно, Алека. «Мы близко. А там, внизу, полагаться придется лишь друг на друга. И, будь, черт побери, осторожней!» - вот что подразумевали эти два коротеньких слова.
Горели факелы плохо. Или это ей так казалось? Может быть, темнота здешняя гуще, плотнее, чем обычно?
Они шли, шли и шли. Спускались и спускались. Запах горелой смолы и ткани смешивался с гнилой вонью, тишину нарушал лишь звук шагов и приглушенный бубнеж за спиной – кто-то из матросов молился.
Вниз, вниз, вниз.
На очередной площадке Аленари поняла, что сбилась со счета и не знает какой это «этаж».
«Слишком долго. Слишком много ступеней. Слишком глубоко…»
Показалась очередная арка прохода: разинутая пасть, полная тьмы. Слабый дерганый свет не смог разогнать ее и на десяток шагов. Ощущение враждебного присутствия было таким реальным, что Аленари чувствовала как поднимаются волоски на тыльной стороне предплечий.
«Это неправильно. Нереально. Сколько мы уже прошли? Как глубоко спустились? Никто не может вырыть такой колодец. Невозможно…»
Теперь молитву бормотали и спереди. Кого-то поминание Пресвятой Девы вместе с Иисусом может и успокаивало, но вот лейтенанта Сантар взвинчивало еще больше. В этом месте христианские святые казались такими же бесполезными, как игрушечный меч в реальном бою.

+1

10

саунд

Ступени-ступени-ступени... Джордж старался запомнить какие-то приметы этих булыжников сменявших друг друга под ногами - выщерблены или трещины, может мох или пятно? Но они просто уходили вниз, похожие друг на друга, как подменыши, сменялись короткими квадратами пролётов, сужались, приближаясь друг к другу.
"Логично", - со странным отупением думал он, - "Такие лестницы всегда приходят к узкому горлу...".
Но обычно они кончаются.
А сейчас лестница продолжала ввинчиваться вниз, как-будто надеялась пробурить землю насквозь. Постоянный подсвет факелами не давал желанного отблеска - темнота проглатывала свет и смыкалась за ними и над ними. Они должны были видеть тусклый свет прохода, наверху лестницы, когда поднимали голову, но там не было ничего. Отметив это однажды, Джордж далее не поднимал голову, просто продолжая идти. На каждой площадке группа осторожно заглядывала в чёрные провалы арок, иногда, для разнообразия этого монотонного действа Джордж устраивал мини осмотр. Но там была всего-лишь пустая квадратная комната, также лишённая облика и также похожая на предыдущую...
"Лестница сужается". - повторял он себе, - "при должном прыжке я смогу даже перепрыгнуть на другую сторону, просто в этом нет необходимости. И вонь нарастает... к чему бы мы не шли, оно продолжает смердеть...".
Спёртый воздух действительно был таким плотным, что от него уже почти кружилась голова. Мунаш, шедшая буквально за Джорджем в какой-то момент стала касаться старых каменных стен. Начинало казаться, что каждый пустоглазый провал арок смотрел в их испуганные души, выискивая тьму поглубже, чем собственная.
- Джордж, давай одна группа сделает марш-бросок вперёд, - хрипловатым и раздражённым голосом сказал Алек за спиной. Ройсу даже не хотелось на него оборачиваться. Он будто знал, что сейчас выхватит факел - раздражённое заострившееся лицо, такое же потное и с тенью испуга, как и на его, Джорджа, собственном...
- Нет смысла.
- Как и идти по чёртовой лестнице целую вечность. Мы банально устанем.
- Хорошо, давай сделаем привал, - почти иронично предложил Джордж, прекрасно зная ответ.
- Думаешь это, блядь, смешно?!
- Думаю, что это слишком серьёзно... - почти горько сказал Ройс, но тут их прервало восклицание канонира Купера.
- Мистер Уотерс... замыкающий пропал.
Все разом повернулись в хвост процессии. Их было на одного человека меньше. Пару секунд в потрескивании факелов все всмотрели друг на друга, будто бы надеясь, что мистер Уотерс просто отстал, что кто-то видел, как он тихо сел на ступени позади всей процессии, что просто погас его факел, а сбившееся от вечного спуска дыхание не позволяет ему ответить сразу. Джордж прогнал по сухом рту кислую слюну.
- Надо понять где пропал мистер Уотерс...
- Надо двигаться быстрее! - раздражённо заворчал Алек.
- Вода... - тихо застонала Мунаш, стекая по стене, на которую опиралась, - Я слышу глубокую воду...
Ройс направил на неё факел и чертыхнулся - все губы шаманки были залиты кровью из носа, что она сейчас неловко размазывала по лицу ещё больше.
- Купер! Медленно и так, чтобы мы вас видели, поднимитесь на один пролёт, проверьте, может мистер Уотерс просто отстал!
Ройс передал свой факел сзади стоящему, подхватил Мунаш, и хотя отощавшая туземка едва ли весила половину дамы в платье, мышцы заныли от этого бесконечного шествия в бездну. Спустившись к очередному квадратному пролёту с очередным провалом двери он опустил её на пол, посматривая на поднимающийся вверх факел Купера.
- Вода... Прибывает... - еле говорила шаманка.
- Дайте, - "этой самой чёртовой", - воды. Джина. Что угодно. Надо привести её в чувство.
Аленари чуть оттеснили к проходу и её факел скользнул рыжим светом внутрь. Впервые за весь этот долгий спуск огонь нашёл какое-то отражение. Он скользнул по половинке профиля молодого остролицого мужчины, в расхлябано надетой военной формой, кулоном на шее и скользнувшей по лицу росчерком ухмылочкой. Гейбл посмотрел на секунду ей в глаза и шагнул назад, в глубину прохода, утопающего в черноте.

+1

11

За двадцать семь лет Аленари Сантар немало учили. И она неплохо училась.
Умела, например, «открывать» потенциально опасные помещения с оружием в руках.
Пусто. Пусто. Пусто. Что это за храм, вообще? Даже святилище полоумных культистов Кали на фоне этого казалось понятным и нормальным. Господи, в каком же они дерьме, если храм Кали кажется нормальным?
Вниз, вниз, вниз. По лестнице без начала и конца.
Аленари шла, меряя дыхание сквозь сжатые зубы.
Она умела давить усталость, жажду и общую паршивость состояния. Но как же это непросто! Везде была липкая, вязкая темнота – грязная, ощутимая, такая, что пласталась по шее и спине вместе с потом.
«Дыра, какая же дыра… Это не храм, нет. Это логово. Лежка. Вонючее гнездо» 
Смердело действительно адски.
Но Аленари умела отбрасывать брезгливость.
Их ход застопорился как-то неожиданно и по-дурацки. Мистер Уотерс? Да вот же он был, в конце отряда, буквально только что попался на глаза… Затем дурно стало туземке, и в горле запершило от раздражения. Как же хотелось рявкнуть, заорать на каждого слабака или идиота, который не может идти вперед или умудрился потеряться на долбанной лестнице!
Но нет. Ее хорошо учили. И Аленари умела отодвигать в сторону личную неприязнь.
Она замешкалась. Потянулась было к фляге, отступила к проему, опустила факел.
И увидела.
Он снился ей тысячу раз, иногда чудовищем, но чаще человеком. С вот этой своей кривоватой ухмылочкой. Много-много ночей.
И вот смешно – Аленари его едва узнала. А когда все-таки узнала…
Есть вещи, которым невозможно научить, хоть за двадцать семь лет, хоть за двадцать семь веков. Люди всегда одни и те же. Чувства всегда одни и те же. Ненависть всегда одинакова.
- Стой!
Без раздумий, без оглядки она бросилась вперед, в темноту, на ходу уже отбросив полу колета и выдергивая из кобуры кольт.

+1

12

погнали

Алеку ненавидел влажную духоту. Он мог перенести сухой жар, холод, даже английскую сырость, в отличие от батюшки, он вполне сносно выносил. Но вот это... этот вонючий грот, со спёртым воздухом и полной непоколебимостью, будто бы они уже в могиле. Хотя нет, в могиле итого приятнее пахло бы - сырой землёй. А не этим...
Как же от всего тошнило. От собственного бессилия - в особенности. Он жаждал всё тут сжечь к чертям собачьим и в искрах этого пламени найти какой-то странный душевный покой. Но единственным огнём был факел в его руке. Такой же неизменный, как и всё здесь.
Удушающе.
Он пытался заставить Джорджа шевелиться, хоть немного, хоть чуть-чуть!
Неужели тот не видит - они все тут поедут кукухой! Неужели он не видит - как это всё выматывает?!
Он пытался поймать взгляд сестры, но та, будто бы призрак себя, просто шла за ним, с одеревеневшим лицом и чёрными глазами.
"Аленари всегда боялась темноты", - пробилось где-то сквозь собственное раздражение и утонуло в черноте. Как и всё тут...
"Мистер Уотерс пропал!"
И это было первым толчком куда-то. Всё, хватит спать, хватит тормозить! Они как сонные мухи, они - как чёртовы овцы на убой, они спят!! Они должны идти вперёд!
И Аленари пошла вперёд. Помчалась. Рванула.
Всё произошло так быстро, что ни Джордж, ни Ройс не поняли сразу.
"Стой" - только и успел крикнуть глава отряда.
"Аленари?!" - её факел выхватил сектор длинного коридора, не комнаты, куда она метнулась, будто бы ей Дьявол в уши орал.
- Алек, блядь! - "а чего ты ждал, что я буду стоять?", - с досадой подумал Сантар, метнувшись вслед за сестрой, несмотря на окрики Джорджа и лепет шаманки: "Нельзя... прилив, вода прибывает...".
Он бежал за спиной сестры, но коридор то и дело поворачивал, и рука Алека хватала воздух вместо её локтя.
- Аленари, что за нах?!
***
- Что такое, Сантар, ноги подводят? - она бежала, а он просто шёл. Спиной назад, руки в карманы, всё та же ухмылочка. Он просто шёл и временами темнота слизывала его, и он снова оказывался в конце коридора, за поворотом. Кулон то и дело блестел в свете факела, как путеводная звёздочка или фонарик удильщика Джонсона, - Или глаза? - Люк наклонил голову, придирчиво рассматривая её, - Шляпу потеряла? - казалось по прямой... но выстрел проглотила тьма, а в ушах прозвучал издевательский смешок.
***
Джордж долго напряжённо смотрел в темноту прохода, куда рванули Сантары. Сверху спускался Купер - мистера Уотерса нигде не было. Их стало меньше... ещё меньше...
- Нельзя... - шептала Мунаш. - Мы почти...
Джордж стиснул зубы, чувствуя, как по скуле течёт пот.
Там его друзья...
- Купер, - сухо бросил он, - в отсутствии других офицеров, примите на себя командование. Я заберу лейтенантов Сантар и догоню вас.
- Сэр...
- Идите вниз, донесите до туда Мунаш, она, вроде, единственная, кто знает, что тут творится, - голос с хриплого начинал звенеть.
- Сэр...
- Идти осталось не далеко, - Джордж поднялся, резким движением махнув факелом вокруг - Противоположная стена уже в четырёх метрах от нас, значит через десять пролётов это всё закончится. Считайте, Купер, не сбейтесь.
***
- Да стой ты! - Алек поймал сестру за плечи с тяжёлым хриплым вздохом прижав к себе, - Стой... черти морские... Ты что по стенам палишь?!
Они замерли посреди очередной кишки прохода, два факела, образовавшие рыжий островок в мазутной темноте вокруг. И тишине. Глухой пустой тишине.
Алек стоял, обнимая сестру за плечи и тяжело дыша от гонки. Давненько в салочки не играли, да? Он нервно хмыкнул. Рука на плечах Аленари будто бы сама не хотела разжиматься. Он просто держал её и держал, чувствуя что это единственное родное тепло - всё что есть противопоставить липкому холоду, пускавшему щупальца под кожу.
- Давай, выдохни, выдохни...

+1

13

Кто-то окликнул ее вслед? Возможно. Неважно.
Она закончит всё это здесь и сейчас. Сама. Без блужданий по храму, без проволочек, которые стали так милы Джорджу, без лишних глаз. Не будет никакого вздергивания на сук. Не будет даже подобия суда. Ни к чему. Это их дело, их двоих, и закончить они его должны вдовеем.
Только бы он остановился на мгновение. Дал прицелиться. 
- Что такое, Сантар, ноги подводят?
Почему он не приближается ни на шаг?
Где-то на задворках разума, словно колокольчик звякнул «Неправильно, неправильно, всё тут неправильно». Но звон этот казался слабыми, таким слабым…
Порой на поворотах, ей чудилось, будто рядом был кто-то еще.
Был ли? Возможно. Неважно. Сейчас значение имел только человек впереди, проблеск проклятого медальона и знакомая ухмылка.
Крыса. Трусливая блядская крыса, забился в это вонючую нору и скалится оттуда. Но ничего. Ничего. Дай только подобраться поближе, дай прицелиться получше, дай…
Почему он не приближается?
- Шляпу потеряла?
- Сука!
Она выстрелила на бегу, где-то в глубине души зная, что промажет. Взвизгнула пуля, уходя рикошетом во тьму. Гейбл внезапно пропал, и Аленари приостановилась.
А в следующую секунду, когда чужая рука перехватила за плечи, она не ударила только потому, что узнала голос. Единственный голос, который имел шанс пробиться через пелену горячки.
- Алек? Как ты... – Аленари замерла в растерянности и замешательстве, не совсем еще понимая, что он тут делает и куда, черт побери, делся бывший третий лейтенант.
Спустя мгновение она все же вывернулась из-под мужской руки.
- Гейбл! Он был здесь! Видел его? – Выражение лица брата отдалось неприятным холодком внутри.
Всё громче звенел колокольчик «Неправильно, неправильно, неправильно…»
- Он только что… Он не мог уйти далеко! – Факел метнулся в сторону, освещая стены; дальше клубилась чернота без единого намека на кого-то третьего.
- Он был здесь.
Был ли?

+1

14

- Как я? Я малость херово, спасибо, что спросила, сис, - с сарказмом бросил Сантар и даже сам не улыбнулся этой куцей шутке, настолько гадко было на душе. - Я нёсся за тобой по пятам с самого начала, не было там никакого Гейбла.
Аленари была не согласна. Её рассеянный и в тоже время одержимый взгляд вглядывался в эту абсолютно глухую темноту, пытаясь найти в ней знакомый силуэт. Конечно же нихера там не было.
Алек со странным выражением рассматривал мечущееся между выражениями лицо сестры в свете собственного факела.
Разумно было бы сказать, что младшей пора на воздух, подышать. Глупо отрицать, что её мания до Гейбла опасна, для неё самой, Кракен побери. Каждый следующий такой раз и она просто свернёт шею… Он должен был бы сказать ей что-то такое, папаша или Кристофер бы точно сказали, но Алек не смог.
Она то ему воздухом не предлагала подышать каждый раз, когда он был на грани срыва. Ей просто надо прострелить одни перебродивший мозги, а он проследит, чтобы сестра не умерла в процессе, всё просто, как всегда. Только так это и работает.
Ощутимо стиснув плечо сестры свободной от факела рукой, он пытливо заглянул ей в глаза. Хер его знает, насколько в его собственных было здраво, но он старался, чёрт возьми.
- Это место давит на мозги, да сестрица? Не у тебя одной, так что это нормально. Но мы не будем ему поддаваться. Мы Сантары, не забывай. Так что в следующий раз предупредительно стреляй ему в башку, а уже потом беги, славно?
Шаги раздались практически ответом на это ультимативное предложение, так что стоит ли удивляться, что собственная винтовка перекочевала с плеча в ладони моментально, а факел упал под ноги.
- Алек, Аленари, - голос Джорджа раздался до самого Джорджа. Сантар чуть-чуть опустил винтовку. В свете факела сестры появилось бледное лицо лейтенанта с запавшими серыми глазами. Призрак себя. Он остановился в десяти метрах, странно глянув на обоих.
- Может опустишь винтовку? - наконец спросил Ройс.
Пришлось опустить ружьё и самым жутким было запоздалое осознание, что делал он это крайне нехотя. Ройс сделал ещё пару шагов к ним и кивнул себе за спину.
- Пойдёмте назад, пока я не сбился со счёта поворотов. Это грёбанный лабиринт, и если потом свернёт не туда - заплутаем. Никаких опозновательных…
Последние дни Ройс только так и говорил, рублено, сухо, будто бы цедя из себя каждое слово. Алек сам не знал почему, но его бесило даже это. Где, чёрт возьми, его многословный весёлый друг? Его подменили ещё раньше?!

+1

15

Она же видела его! Видела! Она не сумасшедшая, не истеричка, не дура!
Были в мире тысячи тысяч людей, которым Аленари просто рявкнула бы в лицо «Не держи меня за идиотку, вон с дороги!».
А был Алек.
Он смотрел на нее, и свет факелов делал их глаза антрацитово-черными, почти нелюдскими, а черты лиц заострившимися до гротеска.  Но это был Алек, ее Алек с их общим заклинанием «Мы Сантары».
Он никогда ее ни в чем не упрекал, ни раньше, ни теперь: это место давит на мозги, это нормально, это бывает. Мол, выдохнули и пошли дальше. Мы – Сантары.
Аленари только и успела кивнуть, глядя в антрацитово-черные глаза.
В следующую же секунду они с братом сработали машинально: не разбираясь долго, кто там идет, один вскинул к плечу винтовку, вторая отступила в сторону, чтобы не слепить Алека, но осветить новоприбывших.
Была жутковатая доля секунды, когда воображение дорисовало и кривую усмешку, и звездочку медальона на груди.
Но нет. Джордж. 
Почему он один? Он ли это, черт возьми?
Они напоминали диких зверей, столкнувшихся на прогалине: явной угрозы нет, но чувство опасности колет загривок. Наконец Алек опустил винтовку, сама она сунула револьвер в кобуру.
- Я видела Гейбла. Думала, что видела. – Раздражение мешало смотреть Ройсу в лицо. Раздражение и стыд. – Дерьмо. Пойдем.
Он сейчас стоял совсем близко, и ей ужасно хотелось коснуться, удостовериться, что он тут, он – настоящий. Месяц – да что там, пару недель назад! – так бы и сделала. Джордж бы потом выдал десяток-другой шуточек, и за некоторые даже был бы награжден подзатыльником.
Теперь всё это казалось какой-то дикостью.

+1

16

"Ты уже не можешь им доверять", - этот червь вгрызался в голову всё глубже, он проникал и пронизывал всё нутро, в этой темноте, где были только их факелы, их глаза и дуло винтовок, - "Они нестабильны, они опасны себе и другим, надо отправить их наверх. Для их же блага. Для твоего же блага". Как трудно, подумать только, повернуть спину Алеку и Аленари. В жизни никогда прежде не было так сложно сделать это. Потому Джордж сначала повернулся боком, молча кивнул головой, но сделавший пару шагов Алек подождал, пока "командир" пойдёт первым.
"Командир, тоже мне. Последнее, что эти ребята будут делать, так это слушать мои команды...", - кривую усмешку лейтенанта увидела уже темнота. И чёрт побери, Ройс был уверен, что она - зрячая. Был бы он чуть-чуть более расшатан, наверное бы тоже что-то увидел, как и Аленари...
"Просто считай повороты, мать же шь твою! Кто-то в этом бедламе должен всё держать под контролем", - помогло... минут на десять, наверное. Ройс шёл и методично, как мантру, повторял про себя повороты, а Сантары, на его маленькое счастье, молчали и шли позади. Он даже не хотел лишний раз оборачиваться. Бледные маски с колкими чёрными глазами не внушали ему прежней симпатии и уверенности. За последнюю вообще сейчас приходилось бороться, как за воду в пустыне.
Особенно когда за очередным поворотом не оказалась лестница...
Ройс встал, как вкопанный и осветил факелом распутье из трёх дорог.
- Что такое? - раздражённо рыкнул за спиной Алек.
- Я не помню этого места... - проговорил Ройс, до рези в глазах всматриваясь в черноту вокруг. Лихорадочно в голове пробежала скороговорка из поворотов, и всё было правильно!...
Вроде бы...
ЧЁРТ!
- Ты издеваешься?! - резковато зазвенел голос Алека, - Мы что, блядь, заблудились?!
Скрипнув зубами Роус повернулся к Сантарам.
- Я шёл тем же путём, каким нагонял вас.
- И привёл нас в херов тупик!
- Лейтенант Сантар...
- Да харе уже делать вид, что ты тут главный, Ройс! - По бледным скулам Алека уже катались желваки, здесь, вдали от прочих моряков он явно решил повыяснять отношения. Нашёл, блядь, время! - Ты уже давно ничего не контролируешь, и слепо полагался на чёрную подружку Арона, который, между прочим, одержим! Да его надо было вообще не брать! А лучше прирезать ещё там, на складах!
Голос Алека эхом разносился по тёмным коридорам, и исчезал где-то там. Никто не отзывался на эти вопли. Ройс устало потёр лоб.
- Да ты сам сейчас всё равно, что маньяк, тебе лишь бы всех сжечь, - досадно буркнул Джордж.
На этот раз к удару Сантара он оказался не готов. Тот просто налетел на него, сходу повалив на землю. Факел Ройса отлетел в сторону.

+1

17

«Драть весь этот храм, - думала Аленари, глядя на разошедшийся в три стороны ход. – Драть этот храм, и Осквернителя, и Гейбла, и…» 
Самое паршивое, что где-то глубоко-глубоко в душе, на подкорке, чутьем, доставшимся от далеких-предалеких предков, она чего-то похожего ждала. Ждала и боялась.
В момент ее захлестнули такое отчаяние пополам с ненавистью, что рука вновь дернулась к кобуре. Блесни сейчас в одном из проходов искорка медальона, и она выпустила бы по ней всю обойму. До последнего, мать его, патрона. Но нет. Темнота оставалась насмешливо терпеливой.
Вспомнить бы сейчас, что помогло выбраться из храма тугов – собранность, выдержка, сила воли. Способность думать и планировать. Вспомнить бы, но…
- Да ты сам сейчас всё равно, что маньяк…
«Ну какого же хера?»
- Алек, нет!
Она дернулась вперед, но опоздала – опять опоздала.
Теперь на землю полетел факел собственный, Аленари бросилась к брату, схватила его за плечи и рванула назад, наплевав на то, что если получится – уже они кубарем покатятся по полу.
- Хватит! Хватит, черт возьми! – куда только делась командирская твердость голоса? Она дала петуха, и темнота с удовольствием пожрала визгливые, почти истеричные нотки. – Хватит!
Ощущение любопытного, злобного взгляда щекотало шею, и будь Аленари поспокойнее, она могла поставить месячное жалование на то, что кого-то они втроем сейчас весьма забавляют.

+1

18

Ярость была слепой.
Удары - такими-же, лишь бы бить...
Он и слышал то только шум в собственных ушах, оглушающий и без того зыбкую темноту. Голос сестры доносился откуда-то издалека, и бессмысленно. Джордж врезал по рёбрам, боль скользнула внутрь и исчезла, впиталась губкой, подавленная звериным отчаянием. Алек просто хотел стереть это пустое выражение с его лица...
- Придурок... -хрипел Джордж, - Ты совсем поехал, вам обоим пора наверх!
Должен был быть новый удар, но не случился.
Аленари впилась в плечи Алека, тот инстинктивно попытался сопротивляться и они рухнули на пол.
Один из факелов, Джорджа, чихнул на полу, задохнулся пылью и погас, второй факел - Аленари, нервно дрожал, искривляя пляшущие тени в жутковатых монстров. Джордж перекатился на четвереньки и поднялся, тяжело дыша.
Факел Алека тоже погас, и когда единственным светом остался нервный огонёк закатившийся в угол, замерли все трое.
Алек сделал вдох... потом выдох...
Будто бы в такт ему, факел чуть потух, потом разгорелся. Неуверенный и слабый. Джордж, покачнувшись, поднялся и подошёл к нему, взяв в руку.
Сантар сделал ещё один вздох в руках сестры, посмотрел на кровоточащую губу друга, вздохнул ещё раз. Отвёл глаза к трём развилкам, что равнодушно поджидали развязки.
- Да что с вами с обоими?! - вдруг досадно воскликнул Джордж и Алек снова повернулся к нему.
"Что со мной? Это с тобой, блядь, что такое?!".
  - Посмотрите на себя! Вам на всех и всё плевать, на других, на нашу команду, на гражданских. На меня, я смотрю, в общем-то тоже. Вы думали, Фалькот бы пустил вас сюда, вниз, в таком состоянии?! - голос Ройса повышался.
- В каком состоянии?!
- Да вы одержимы! Оба! - Джордж сплюнул, подошёл к одному из потухших факелов, - Ведёте себя так, будто бы мы здесь не ради одной цели.
- Это всё потому что ты трусишь, - досадно рыкнул Алек, беря руку сестры и меняя положение. Он не ринулся на Ройса. Хватит, достал. Он просто скользнул в бок и сел, прислонившись к стене, и откинув голову так, чтобы ударило по затылку. И что-то там, внутри утихомирилось.
- Я пытаюсь оставить десятки людей, что привёл сюда, живыми. А ты? Аленари, вот что делаешь ты всё это чёртово время, а?!

+1

19

Свет дрожал, гас, таял, а она никак не могла отпустить брата, хотя Алек не особо-то и пытался вырваться.
И всё же, за столько лет Аленари научилась при должном старании читать его эмоции, ловить их и ощущать, почти как свои собственные; сейчас она чувствовала его гнев – тот пульсировал в такт биению сердца, в унисон общему дыханию. Вдох-выдох. Вдох-выдох.
Руки она разомкнула крайне неохотно.
Трепетал огонь. 
А Джордж тем временем всё говорил, говорил, говорил. Почему она никогда раньше не замечала, как много он вообще говорит? Почему это никогда так не раздражало?
Мимолетом вспомнился Арон и то, как споро занялась на нём рубаха…
«Не еби мозги, Ройс. Во имя всех святых, не еби мозги!»
Огонь креп. Успокаивался.
Сцепив зубы – падать пришлось на бок и теперь стреляло от локтя до плеча – Аленари встала на ноги. Слушать, как Джордж отчитывает их, будто сопливых щенков желания не было. Объяснять на пальцах, что они не сопливы и не щенки – тоже.   
Она подняла третий, потухший факел. Молча. Подошла к Ройсу, и не глядя тому в лицо, протянула факел к огню, чтобы пропитанная тряпка снова занялась. Рука предательски подрагивала.
«У меня нет на это всё времени. У нас нет на это времени…» 
Если свежеиспеченному коммандеру хочется патетики пополам с истерикой, хочется поискать правых и виноватых – это его дело. Его право. Но она в этом балагане участвовать не собиралась. Им с Алеком было чем заняться.
Факел будто нехотя, но все же занялся и Аленари отступила от Джорджа тут же.
- Я скажу, чего НЕ собираюсь делать. Выяснять с тобой отношения.
Она шагнула навстречу трем черным провалам. Ни единого намека на сквозняк…
- Торчать тут без толку. Можем, конечно, вернуться. Попробовать пройти весь путь снова. Я же предлагаю идти вперед. Пусть будет средний. Раз уж все равно не понимаем куда идти.
Безотрывно она смотрела в темноту, не понимая, что боится и в то же время надеется, желает увидеть там проблеск. Или бледное, худое лицо.
От беспомощности Аленари выкручивало всё внутри. Делать что-то, двигаться вперед сейчас казалось почти физической необходимостью, без этого она потонет, сдохнет как чертова акула.

+1

20

Вот и всё. Джордж понял, что одержимость стала для Аленари важнее, а глаза Алека вполне себе конкретно говорили, что для него важнее сестра, даже если этой треклятой поддержкой он её сам в могилу загонит, идиот! Украдкой сплюнув на ответ девушки, он решил, что здесь, в общем-то, действительно всё сказано. И ему, чёрт возьми, действительно стоило оставить их с Ароном у подножия храма. Нет... лучше ещё в Береге слоновой кости. Или с Фалькотом, в Фритауне? Когда вообще в Сантарах всё перемкнуло?
"А имеет ли значение?", - меланхолично спросил себя Ройс, испытывая, наверное впервые в жизни, какую-то глухую, подавленную тоску. "Им уже ни до чего нет дела".
И действительно не было. Не дождавшись ответа Аленари пошла по проходу, и рыжий свет факела высвечивал его стены и две фигуры - Алек шёл за ней следом. Подкатило злостное, глупое, вредное желание пойти назад, пойти куда-угодно в сторону, в другой конец! Совершенно бессмысленное и мальчишеское, но удушающе сильное. Джордж всё стоял и смотрел вслед этим двоим, как они медленно и осторожно удалялись, не оглядываясь.
"Меня там ждёт отряд..." - как-то эхом, запоздало, издали сказал голос разума. Ройс никогда не был тем, кто таскается за другими. Заводила и лихач, он мог только идти вровень. Не следом.
И он развернулся на каблуках, удаляясь от Сантаров в другую сторону.
Просто выполнить чёртов долг.

+1

21

Алек оберунулся на шаги. Где-то в глубине души он был совершенно уверен, что Джордж пойдёт за ними. Как всегда. Просто его чёртово упрямство не к месту сыграло. Но надо было показать, что ты настроен серьёзно и он двинется следом. Но нет. Шаги так и не раздавались, потом раздались, и только через несколько секунд стало понятно, что они удаляются. Проглотить гордость - ещё секунд десять и Алек обернулся.
- Ройс!
Джордж шёл в обратную сторону.
Блядь!
Аленари тоже остановилась, явно колебаясь в минутном решении.
Действительно, кто из них сейчас в чем был уверен?
Алек буквально схватился за шею, шумно выдохнув.
- Хер с ним! Хер с ним, пошли! - он дёрнул локоть Аленари и они нагнали эту деланную примадонну!
Они громко и чеканно пошли назад, стёртые каблуки сапог звучали и пропадали в темноте.
- Ладно, ты знаешь куда идти, да?! - раздражённо спросил Алек, нагнав старого друга.
- Я НЕ знаю куда идти, - ответил Джордж, получив в ответ презрительное фырканье, - Как и вы. Мы тут на чужой территории и я более чем уверен, что наши враги её знают лучше нас. Потому даже не чешутся.
- И поэтому ты решил - разделиться - шикарная идея!
- Нет, так решили вы, - всё также сухо ответил Ройс.
- Да что, блядь, с тобой?! Ты на себя не похож!
Джордж криво и болезненно усмехнулся, чуть притормозив и посмотрев Алеку в глаза.
- А вы на себя похожи?
Всё замолчали на мгновение, продолжив путь.
Алек чувствовал что-то скребущееся внутри на эту фразу. Что-то отозвавшееся и замолкшее под новым натиском раздражения.
Сглотнув внутри это что-то неуютное, Алек тряхнул головой.
"Надо просто убить Гейбла. И когда это место перестанет быть проклятым всё наладится".
Всё наладится...
Они прошли в молчании ещё сколько-то... Дьявол его знает, наверное минут. Здесь было невозможно ориентироваться. От постоянного душного запаха и абсолютной темноты. Просто шли и шли, по удивительно прямому коридору, он ни разу не свернул. И наверное именно поэтому Алека стали грызть сомнения. Он поймал Джорджа за руку
- Стой, Ройс, тут что-то не так. Мы с тобой точно неколько раз поворачивали.
Джордж медленно кивнул.
- Да. Я тоже помню.
- А сейчас мы премся почти километр.
- Или около того.
- Значит я ещё не сошел с ума.
- Или мы все разом. Уникальный случай для наших медиков! - криво и невесело усмехнулся Ройс. Но всё лучше этого постного божьего хлеба, вместо лица.
- Не такой уж и уникальный. У Ферро вроде вся команда его дяди…
Алек не стал заканчивать. Шутка подобралась к самому краю, за которым было страшно.
Аленари за спиной молчала, будто бы потеряв завод с того момента, как перестала грезить Гейблом.
И тут откуда-то спереди дунуло. Совсем легко, но полностью мокрые от пота лица, сразу почувствовали, дрогнул свет практически догоревшего факела. Всё трое повернули голову в ту сторону и увидели где-то там, в самом-самом конце крохотный квадратик серого света.
Почему они не заметили его раньше?
Просто устали...
Алек, одуревший от этой жуткой тёмной неизменности, глянул на Джорджа и решительно пошёл вперёд. Сомнения, что грызли его минуту назад прошли, он просто шёл, потому что там было что-то другое. Потому что там было светлее. Да, он помнил, что тут могут быть враги, потому винтовка легла ему в руку, а глаз выслеживал движение там, в конце этого прохода, в конце этого лабиринта, высасывающего нервы. Ройс почти зеркалил его с другого бока, придерживая винтовку одной рукой, а факел - другой. И квадрат света всё рос, он приобретал форму. Ровный квадратный проём, вроде тех, в который Аленари метнулась первый раз.
"Мы вышли?"
Лицо друга было напряжённым, явно не встреча долгожданного выхода.
Свет потихоньку резал отвыкшие от него глаза. Хотя любой другой человек назвал бы его тусклым и мрачным, пасмурным, для промаринованных густой тьмой Алека, Джорджа и Аленари он был почти ослепляющим. Но главное - там был другой воздух. Проход наполнялся им, по мере того, как они приближались к выходу. Он всё также вонял этой непередаваемой смесью падали и смерти, которые достигали какого-то слёзовыжимательного апогея, но тот воздух был не стоячий. По мере приближения к проходу Алек заметил там облезлый мёртвый ландшафт, вроде того, что был у самого храма.
"Чёрт! Мы что. вышли наружу?!", - досада всколыхнула почти угасшую злобу. Скрипнув зубами, он стал идти твёрже, но медленнее. Подойдя почти вплотную к проёму, Алек встал вне зоны видимости, проверил винтовку и только после аккуратно выглянул наружу.
- Что там, - Джордж отложил факел.
- Что за... - внутри всё оборвалось и замолчало. Алек давно перестал бояться мёртвых. И множества мёртвых. И казней и вражеских лагерей, и странных мест. Ему казалось, что он давно перестал бояться, что выпотрошенные тела, что не закопанные уроды и трупы, что сожжённые деревни или раскуроченный ядрами форт - это жуткая, но данность. Это последствия, а не угроза. Но как же его пробрало. Страх, а за ним злость, а за ним опять страх...
Он видел много мёртвых.
Но не столько.
Мёртвый пейзаж, говорите? Пейзаж из трупов. Чёртов ковёр трупов аборигенов разной степени паршивости, над которыми не роились мухи, по которым не лазили крысы, которые просто тихо гнили друг на друге, спускаясь от исполинских колон к котловану-плато. Огромный, прямо выбитый на камне ритуальный круг. Колоны взирали на него со всей своей чудовищной высоты, бросая тень, как рисунок. Алек, стоявший обомлев от этого жуткого зрелища, только сейчас понял - они вышли из ещё одной точно такой же.
В страну мёртвых.
Где они вообще?
Аленари знала.
Аленари видела это место раньше. Тогда, 1 августа этого года, команду "Сильвер датчес" притащили сюда умирать. Тогда, на этом острове…
В центре круга стояло десять рыбоподобных монстров, и один - человек.
Нет…
Ещё больший монстр.
Он повернулся и безошибочно глянул на колону, в проходе которой готовили ружья трое друзей.
- А, вот ты и вернулась, Сантар, - громко крикнул он приглашающим жестом раскрыв руки.

+1

22

Как же ей хотелось хоть что-то контролировать. Знать, где они оказались. Знать куда идти. Знать, как поступить.
Знать, чем это всё закончится.
Аленари не знала. Она делала вид, она рвалась вперед, она шла чеканя шаг, но настоящей уверенности не испытывали ни на унцию, а когда поняла, что Джордж не идет следом – остановилась. Внутри который раз провернулся горячий клубок раздражения, но она остановилась.
За целью, за необходимостью делать, за – что уж таить? – страхом лежало более глубокое и настоящее. Дружба? Каждый вкладывает в это слово своё. Привязанность, сложенная из сотен событий – важных и неважных, маленьких и больших, из слов и целых фраз, из полузабытых глупостей – она дернула назад, как рука хозяина за ошейник.
Аленари такие моменты не любила. Мысленно даже огрызалась.
Но уже шла обратно.   
Алек с Джорджем теперь шагали впереди, препирались сперва, потом обсуждали, замечая странности вокруг. Алек с Джорджем были, безусловно, правы. Странностей хватало.
Аленари же молчала: она не сомневалась, что получасом ранее Ройс верно запомнил каждый поворот, и что ощущение взгляда в спину не было просто ощущением, и что место это не обычное скопище крысиных ходов. А еще она не сомневалась, что если остановится, как следует это всё обдумает, то, наверное, свихнется.
Потом по лицу и шее мазнула прохлада.
Глаза расширились.
Свет. Выход?
«Мы слишком глубоко. Не может быть…»
Привычным движением, она скинула ремень, крутанула винтовку вокруг плеча.
Свет приближался, резал глаза; такой белый и яркий, что казался почти ненастоящим. Но он был настоящим. И то, что открылось взгляду, тоже было настоящим.
Самым что ни на есть настоящим.
Аленари уже давно дышала ртом, и сейчас втянула воздух сквозь сжатые зубы – как от боли. 
А потом…
- А, вот ты и вернулась, Сантар!
Потом ей стало очень-очень спокойно. Почти хорошо. Такая вот точка полной неподвижности, состояние пружины, которой больше некуда сжиматься и которая просто ждет нужного момента.
Минутой назад она ушла в сторону вслед за братом – под прикрытие стены. А теперь сделала шаг назад. Прятаться без толку. С тупым онемением, Аленари смотрела на серое небо, на высеченный ритуальный круг, на каменные колонны.
На десятерых внизу.
На десятерых и одного.
Машинально, бездумно она проверила магазин винтовки. Дернула рычаг взвода.
«Нас слишком мало»
Пальцы скользнули по кобуре сбоку, по рукояти короткого палаша. По патронташу. Всё на месте. Всё готово.
«Нас слишком мало, а подкрепление он сюда просто не пустит».
Где-то там, в этой груде гниющего мяса, были моряки ее корабля. Те, кто не сумел выбраться из этой ямы. Где-то там.
- Это не Африка. – Сказала Аленари голосом мирным, чистым и совершенно искусственным. – Это место, где всё началось. Тогда. После «Сильвер датчес».
Прикинула расстояние.
«Далеко».
Она смотрела на плато, на гниющие тела людей – людей, которые такими грудами перестали на людей походить, и впервые за долгое время ощущала уверенность. Простую, как пении.
«Я не должна была отсюда уходить. Вообще»
Хмурилось серое небо, внизу ждали десятеро и один. Аленари моргнула, вспомнив, как сидели они с Люком Гейблом за одним столом офицерской кают компании. Как смеялись над чем-то. Какой паршивенький тогда был портвейн.
Пружина внутри шевельнулась.
«Нельзя было бежать. Надо было остаться. Добить. Хоть попробовать. Может тогда…»
- Слишком далеко.
Хоть кого-то обманывает ее тон? Вряд ли.
Ну и плевать.
- Оружия не видно. Я выйду. Попытаюсь подманить поближе. Он ждал меня. Может получиться. Тогда стреляем наверняка. Главное – Гейбл.
Аленари не поняла, что сказала последнее вслух. Что наконец-то сказала это вслух.

+1

23

Джордж надавил на уголки глаз. Проморгался. Нет, этот бред так легко не отступал. Этот бред просто набирал обороты, и частью бреда стала сама Аленари. Может он уже просто упал? Ударился, заснул? Такая фантасмогория в здравом уме не привидится. Всё было будто вывернуто наизнанку, и лежащие вповалку трупы, и говорившая как робот Аленари, и этот Гейбл с кучей монстров вокруг, и то, что они тут оказались.
Потому он был благодарен тому, что Алек сделал дальше, впервые за долгие дни снова чувствуя солидарность со старым другом. Сантар без церемоний схватил сестру за руки, затащил её назад в обелиск, пользуясь тем, что она всё ещё была слабее, и как женщина, и как человек недавно отошедший от болезни, и приложил спиной к стене, нависнув над ней.
- Ты что сбрендила, героиня романчика? - с тихим рыком спросил Алек, а Ройс передёрнул затвор, стоя на входе в обелиск. Никто из врагов не двинулся в эту минуту с места. Гейбл, которого Ройс видел впервые, стоял с насмешливой улыбочкой, безошибочно смотря в их сторону. А ведь здесь метров пятьдесят.
- Нас порвут на части, всех трёх, идиотка, - рычал за спиной Алек сестре. - Всё из-за одного подросткового героизма.
- Вам не смысла торчать там, - опять донёсся голос Гейбла. В стоячем воздухе он раздавался абсолютно отчётливо. - Вы не уйдёте отсюда, храм вас просто не послушает.
- Я начинаю понимать, за что ты хотела его убить, но предлагаю сделать это хотя бы с шансом на выживание, - проговорил Джордж. Честно говоря, где-то внутри звучала странная уверенность, что они хера лысого выживут. И самое забавное - перспектива умереть, нежели находиться здесь странным образом казалась лучшим выходом. Но энергетика бушующего Алека будила что-то почти задохнувшееся в этой вони. И это что-то слабо говорило - им нужен план. Им нужен безумный план...
Джордж заметил какое-то движение сбоку и чуть-чуть перегруппировался. Из колонны напротив них с криками выбежали два их моряка, из тех, кто исчез вместе с Морриган и Эваном. Крича они вылетели на тела, споткнулись и рухнули вниз, а когда поняли на ЧТО они упали, - снова заорали и подскочили, практически безумные от ужаса.
По пустому платно разнёсся весёлый смех Гейбла.

+1

24

Это было настолько же неожиданно, насколько неуместно. Совсем неуместно. Аленари действительно верила в призрачный, но шанс, действительно готова была спуститься в черный котлован, она решилась, она почти зашагала туда, вперед, но…
Алек. 
Алек решил иначе. Алек поступил по-своему. Он частенько решал иначе и поступал по-своему, порой вызывая у своей сестры скрежет зубовный или острое желание зарядить хорошую затрещину. Однако сейчас она не могла даже толком разозлиться на брата, не могла обидеться на эту «героиню романчика», не могла рявкнуть в ответ. Всё место внутри заняла та самая пружина. 
Прижатая к каменной стене, Аленари просто смотрела снизу вверх.
«Злишься… - мысли казались тяжелыми и чужими. – Злишься, Алек. Того и гляди, полыхнет…»
И вот тут впервые шевельнулась – нет, не мыслишка даже, – так, намеренье, смутная идейка. Бесформенная и верткая. Гадкая и мерзкая.
- Есть другой план? – в пику рычанию брата ее собственный голос звучал так же ровно и бесцветно. – Он прав. Отступать нам некуда. Пули их отсюда не возьмут. Устраиваемся зимовать?
Она освободилась – без порывистой злости, но веско.
Смех Гейбла гулял над плато, под сводами коридора, внутри Аленари, будто сама она превратилась в полый сосуд, и теперь о стенки бьется, бьется, бьется эхо.
В конспирации смысла не было, и то ли чтобы заткнуть ублюдка, то ли чтоб отвлечь его от матросов, она крикнула:
- Так превращайся в жабу, как дружки, и иди сюда! – Даже насмешка звучала как-то неестественно.   
Она замерла рядом с Джорджем, глядя на людей внизу – те были слишком далеко. Как там Ройс сказал? Хотя бы с шансом на выживание? Он у них вообще есть, шанс этот? Против одиннадцати тварей?
И тут мыслишка сложилась.
А ведь есть. Есть среди них тот, кто мог бы закончить всё махом. Тот, кому не нужно стрелять, чтобы убить – пуля-то в брюхо Люка Гейбла не прикончила. А как насчет огня?
В другое время она бы и возможности такой не допустила – не ради выблядка Гейбла, нет, но потому что знала: «дар» свой брат не контролирует. За последствия не отвечает.
Вот только мысли сейчас были как чужие.
Аленари смотрела вперед и глаза ее сузились. 
Алек. Алек может тут все закончить. Только ему понадобится чертовски хороший повод – получше, чем с Ароном.

+1

25

Как же хотелось на неё наорать! Дурная ослица, да ей в голодовку не только тела, мозгов съело! Говорит одно, а творить собирается совсем другое!
Давненько он так не злился на сестру. Не хотел просто трясти её, пока не вытрясет весь этот бред!
Наверное почувствовала-  сбросила его руки, плюнула очередную херь.
- О да, спасибо, бесспорно в таких условиях умереть быстрее и по-геройски выглядит лучше!- раздражённо бросил Алек, всплеснув руками. - Умнее, находчивее!
- Нужно подманить их. Если у тебя есть другая идея - умная, находчивая, - то для нее самое время, Алек. Если же нет... - Аленари вскинула к плечу винтовку, примериваясь.
Алек закатил глаза, ещё больше повышая голос. Непреходящее все дни раздражение плескалось о борты.
- Да, надо приманить, именно поэтому мы останемся здесь, в более выгодной позиции, и если мы им так нужны, пусть подходят.  Не тупи!...
- Ребят... - бросил Джордж, стоявший с винтовкой у входа. Алек повернулся и дальнейшие слова уже не потребовались. Итак всё, сука, как на ладони, поскольку на этом мёртвом плато даже камней то не было!
К двум выскочившим с противоположного монолита морякам грузно шли трое рыболюдей. Они не спешили. Эдакая усталая ленность мясников, топающих к свиньям в загоне. Один испуганно пустился на утёк, падая на склизких трупах, второй без разбора палил перед собой, пара пуль вошли, с чавканием, под кожу урода, но он продолжал грузно идти, надовольно воя и рыча. Как чёртов африканский слон, лишь разозлённый выстрелом винтовки, а не убитый им...
Сбоку оглушающе грохнул ещё один выстрел. Аленари. Пальнула на удачу, попала одному в руку, но не более... Он вяло повернул безшеею бошку, где половину занимала зубастая пасть, и посмотрел на них рыбьими глазами. Где внутри холодок, прошёл, скользнул, ушёл... Оно отвернулось.
Сука... Да им плевать! Им плевать на чёртовы ружья!!
- В глаз, - вдруг хрипло сказал Ройс рядом, тоже стоящий с винтовкой и целящийся, - О'Коннор убил эту тварь, прострелив ей глаз...
- Далеко... - слишком далеко, кишки их на вертел!! Ужасно далеко, ужасно медленно, ужасно беспомощно наблюдать отсюда, как эта тварь хватает одного из моряков и тащит, будто бы игрушку на плече. Бессилие... Сука, Аленари, да я знаю что такое бессилие! Но не могут же они...
Зрачки двигались вслед за тварью, тащившей бьющегося в истерике человека.
Они так точно погибнут...
Гейбл не двигался с места. Он просто стоял в самом центре круга алтаря, скрестив руки, широко расставив ноги и с ухмылкой смотря... на них. Он впервые видел этого ублюдка, он ненавидел его заочно, но сейчас - особенно. И всё же... Они же не могут? Они просто умрут, бессмысленно, бесполезно, без всякого смысла!!
Алек не знал, кто из них троих не выдержал первым. Вроде Аленари. Может Джордж. Они стояли с пушками на изготовку, им достаточно было сделать просто шаг, прицелиться, выстрелить!
Алеку потребовались дополнительные пять секунд.
Он уже кричал про себя, что они тупо вышли на открытую местность, что у них под ногами.. Он не хотел даже опускать глаза. Но нутропросило запаха пороха, палёного, чего угодно, только не этой гнилистой вони!
И выстрелы раздались.
И увязли, утонули в этом неподвижном воздухе, ушли. Они попали по паре монстров, что стояли вокруг Гейбла, и те недовольно клокоча повернулись к ним. И только. И ТОЛЬКО!
- Подождёте, пока у вас закончаться патроны, пока закончится вода или мозги? - иронично спросил Гейбл, с чувством полной уверенности и превосходство стоя на месте.
Моряка бросили на камень алтаря, и он расцепил руки, снимая с пояса нож.

+1

26

У малого над большим есть совершенно особая власть.
Капля переполняет сосуд. В ответ на неосторожное слово сходит лавина. Сбитый камешек ведет за собой камнепад. Такая вот закономерность: порой, чтобы все покатилось к чертям не надо много.
Алек и Джордж были, безусловно, правы: позиция сейчас выгодна, они занимают высоту, и если люди – твари? – Гейбла решатся наступать, то можно бить наверняка. Например, в глаз. Например.
Как же хорошо, как правильно это звучало бы за столом какого-то кабинета! Как мало в этом было смысла здесь, когда от гнилой вони кружилась голова, когда внизу кричали люди, когда там топали эти рыбоподобные уроды. 
Аленари стреляла не потому что надеялась кого-то там убить; она стреляла, потому что не могла не стрелять. Опустей магазин – просто зажимала бы спусковой крючок.
Она стреляла, но всё ещё стояла на месте.
А потом Гейбл достал нож – быстро, буднично, просто. И вот эта простота всё сломала
В этот момент он не походил на безумца, на мясника, на кровожадного культиста, нет. Он выглядел как человек, он улыбался и был очень-очень спокоен. Сколько тут всего тел? Сколько раз он доставал нож, стоя перед этим алтарем?
Аленари опустила винтовку.
Моргнула.
Она бежала, она отступала, она делала вид, что всё это тактика и даже стратегия. Она опаздывала, она проигрывала, она постоянно теряла. А Люк Гейбл забирал и забирал. Легко и просто.
Нет смысла в выгодной позиции, нет смысла в плане, нет смысла чего-то ждать. Какой смысл вообще был отступать, тогда, в августе, если всё закончилось так?
Нож в чужой руке и кривоватая улыбка стали каплей, стали камешком, стали неосторожным словом – и что-то внутри закончилось.
Рванула белая калёная ярость.
Всё! Хватит!
Без угроз и предупреждений Аленари просто сиганула вперед и вниз. Под ногами было мягко, склизко, неверно, да и плевать! Не стало брезгливости, в клочки разлетелась последняя осторожность.
Она не пыталась остановиться. Не пыталась занять позицию для стрельбы где-то посреди склона.
Ближе. Надо ближе.
Нужно бить наверняка. Прострелить выблядку башку, размозжить ухмылку, увидеть, как вылетят его мозги, и тогда, да, тогда всё по-настоящему закончится. Только тогда.
Аленари не шла и не бежала, она спускалась прыжками, оскальзываясь, но всё же держась на ногах.
Ближе. Быстрее. Вот, почти…
И она действительно спустилась быстро. Но когда до черных камней оставалось совсем ничего, скорость эта вместе с инерцией сыграли дурную шутку – для стрельбы нужно равновесие. Аленари его вовремя найти не сумела.
Рыболюдские уроды оказались слишком близко.
Она вскинула винтовку, целясь прикладом в рыло, но мощная когтистая лапа перехватила оружие и рванула прочь с совершенно не людской силой.
Потянулась было к кольту у бока, но мгновение и обе руки оказались скручены за спиной – так жестко и крепко, что вот-вот затрещат суставы.
Когтистая пятерня вцепилась в волосы, заставляя откинуть голову – Аленари рыкнула, выгнулась, рванула в сторону, безуспешно пытаясь избавиться от стальной хватки.

+1

27

И представляем немног ов слоу мо))

Что-то безумное, отчаянное и быстрое. Только такое и сработает, всегда же только такое и работало. Джордж уже не знал, сколько инерции в том, что он рванул за Аленари, сколько отчаяния или, может настоящего помешательства. Просто он понимал, что Сантар не останется тут, Алек не останется, потому что он всегда с сестрой, что нет никакого смысла сидеть в арке, когда ловят и пытаются резать людей, которых он сюда привёл. И в осторожности нет смысла.
Значит надо просто сделать что-то безумное и отчаянное.
И стрелять в глаз, хотя с этим ничего не получилось, чёртовы нервы и чёртова скорость!
Он ещё успел отмахнуться от первого рыболюда, круто и со всей силы ударив его прикладом винтовки, и тот по инерции ушёл с пути. Но потом этот марш-бросок до врага захлебнулся в болоте противодействия. Первой скрутили Аленари, как котёнка. Джордж успел сделать первый уклон, но чёртов рост, будь он не ладен! Кулаки у этих чешуйчатых тварей как пара булыжников, бьют так, что выходит не только дух, но и всякое сознание. Джордж осознал себя только уже щекой на каком-то трупе, когда его тащили к алтарю, сбоку также - Алека.
И он понял что безумное, отчаянное и быстрое провалилось.
Их не особо задерживали. Их всю дорогу не особо ловили. Травили, порой, наблюдали. Следили, чтобы не слишком много дошло, чтобы моряки на том самом отчаянии не сорвали великих планов. А потом расшвыряли, как котят, чтобы спокойно и размеренно убивать. Без нервов...
Джордж вывернул шею, с ненавистью смотря на мужчину в центре алтаря, моряк там был уже мёртв, и его тело рыболюди, послушные марионетки, просто скинули мешком к другим, а кровь заливала борозды. И что-то... что-то было теперь тут. Что-то было... тут... у алтаря. Как аура мисс Китти в доке, где стоял корабль... Нет, там она была почти приятной.
Здесь - жуткой. Жуткой, дурманящей, заставлявшей глохнуть и цепенеть.
Мир будто бы дроожал тут, как воздух в пустыне от жары, и всё дальше шло через призму одуряющих звериных чувств, заполонивших разум.
Он уже давно не был собой...
Он уже давно так не боялся...
Гейбл раскинул руки будто бы с небес на него лилась манна, рассмеялся, качнулся было, но оборвал себя, не дав шагнуть за центр.
Центр...
Любой ритуал.
В демонологии, нельзя чтобы демон покидал центр круга.. а если наоборот? А что если наоборот?
Одно отчаянное рвение...
- Что, представляешь себя королём трупов? - бросил Ройс, что есть силы крутясь в руках.
Гейбл наклонил к нему голову, с противным выражением человека, снисходящего до убогого.
- Не будет королей. Только Он и его Предвестники. Избранные. Без всей этой человеческой маяты, видишь ли, - он достал платок и практически любовно вытирал нож.
Удивительно тихий Алек с тёмным взглядом гонял желваки по скулам. Чёрт, Сантар! Как надо, чтобы ты подыграл!
- Фортуна любит нас. Потому что у этой фортуны есть имя, - растягивая слова проговорил он. Осклабился и перевёл взгляд на Аленари, - Кого из них первым, а кого на десерт? Выбирай, капитан Сантар!
И тут это началось.
"Долго же он держался..." - невесёлой иронией подумал Джордж. Началось, не как раньше, как те два раза, что видел Джордж. Не с тихого огонёчка, не с загоревшейся рубашки, не с вспыхнувших волос Гейбла. Нет, этот сукин сын так и стоял в центре алтаря, удивлённо вскинув брови, когда от Алека просто волной полыхнул огонь. Он будто на керосине пролился по державшему его глубоководному, заставив того завизжать на странной ноте, по трупам, по другим тварям, по земле. Глаза друга были абсолютно неадекватно чёрные, а лицо белое, перекошенное смесью лютого гнева и мрачного торжества.
Но Ройс не успел порадоваться этому почти чуду, тому что заплясавший на тварях, державших его и Аленари, огонь заставил их метаться, как живые факелы.
Потому что пламя живым зверем потекло на него. И он заорал от боли.
________________
P.S. ни алтарь, ни Гейбл не горят.

+3

28

Всё повторялось.
Гибли люди, бежала по черным камням кровь, густел, сжимался, дрожал маревом воздух. Чужеродное присутствие пробирало до кончиков пальцев, забиралось под кожу, выволакивало на поверхность самый темный, самый первобытный страх.
Всё повторялось.
Всё – кроме нее самой.
Эта Аленари не прорабатывала план, не искала пути спасения. Она знала, что от такого кошмара не проснется в холодном поту, знала, что больше не побежит и не отступит, знала, что нужно вперед, туда, в круг. Сейчас! 
Кроме этого ничего знать не требовалось.
Страх, который будила призванная Гейблом сила, стал топливом для ярости – Аленари билась и извивалась, как бешенное животное, наплевав на боль, на насмешки, на тщетность собственных усилий. Она рвалась, рычала, огрызалась, и боролась, боролась, боролась, будто зная: вот еще немного, еще совсем чуть-чуть, вот-вот…
И наконец-то мир полыхнул.
Люк Гейбл не знал что происходит.
Аленари Сантар – знала. Даже не глядя толком.
В секунду ее наполнило такое злобное, такое бешеное ликование, что сохрани дыхание – расхохоталась бы. Но вместо этого она рванулась вперед, и удалось, удалось, черт возьми! Освободилась, по чистой случайности удержавшись на ногах.   
Кажется, кто-то закричал за спиной. Кажется. Аленари мало что слышала из-за шума крови в ушах, голове, горле.
В два прыжка она влетела в круг.
И…
Сколько раз ей виделась это встреча?
Сколько всего – злого, хлесткого, уничтожающего – должна была сказать, прежде чем прикончить Гейбла?
Здесь и сейчас, выхватывая кольт, она хрипло и солоно выдохнула. Слов не нашлось. Всё, что имело значение это пуля, всаженная в башку бывшему третьему лейтенанту.

+3

29

А теперь в голос

Гори!
Запах палёного наполняет ноздри, прожаренного мяса вместо тухлятины, чистого пламени и пепла, рыжий и красный вместо серого и чёрного!
Полыхай!
Пусть всё это сгорит, всё дотла, до последнего камня, всё это закончится, он всё это закончит, здесь и сейчас, сможет наконец выпустить удушающий гнев, давящий его грудь все эти дни , недели.
Дотла!
Почему он ещё жив? Этот должен сгореть первым...
И огонь ползёт и растекается, он забирается на тела и камни, он догоняет матроса, он успевает лизнуть сапоги Аленари, он забирается по телу кричащего Джоржа и мечущихся тварей. Он беснуется, он почти ластиться к рукам не чувствующего жара и сейчас не горящего Алека, но подбираясь к алтарю он бессильно, как перед морем отступал.
Лицо этого сначала было удивлённым, потом злым... а потом торжествующе злым.
И он перестал смотреть в чёрные глаза Алека. Он посмотрел вбок, на вскочившую на алтарь Аленари.
***
Она не успела сказать ничего.
Первая секунда тут - и воздух ещё был, а вторая, и дышать стало ужасно сложно. На неё будто бы резко ухнула буря, вбившая выдох в глотку, но не пошевелившая волос. И она увидела всё... С алтаря она увидела всё. Коридоры, комнаты, древние стены, алтарь, - всё, весь храм. Всё что там и всё, что тут. Морриган, стрелявшую в стену, Эвана, метнувшегося к Генри, бегущего по коридору и раздирающего себе лицо профессора, Мунаш, прячущуюся за камнями и читающую молитвы, пока из её глаз текла кровь, и всех-всех-всех...
И чужую волю, которая давила на неё всем своим естеством, и конечно Гейбла. Он не ушёл с центра.
- Знаешь... я наверное буду скучать, - он поднял нож, пока тело связывала и подавляла, тянула к земле какая-то огромная, великая, невероятная Воля. Чужая. Не её... Ни даже его...
Над головой было не человеческое небо, чёрная бездна. Чёрная пустота, как та, что сомкнулась над ними на лестнице, пока они шли вниз-вниз-вниз...
"Там внизу настоящий храм... вода прибывает..."
Гейбл повернулся и просто взял её за плечо, разворачивая её удобнее для удара ножом.
И она увидела безумное пламя, охватившее всё вокруг алтаря.
И Алека, с его перекошенным лицом в центре этого пламени.
И Джорджа... он уже не кричал. Он упал.
Затих.
«…я могу делать это тысячи раз»
«…я могу делать это тысячи лет»
«…я могу».
Бейте барабаны! Громче! Быстрее! Шибче! Бейте, кричите, пляшите!

Это действительно была не та Аленари.
Когда-то давно, Кали приняла свою жертву.
Отдай ей душу ещё один последний раз...
И Аленари почувствовала силу в море бессилия. Звериную, отчаянную, наперекор и как в последний раз.

+3

30

Говорят, в конце мы всегда вспоминаем начало.
Где же оно?
Началось ли с бунта команды «Сильвер датчес»?
Или с того, что лейтенант Гейбл – неплохой, в общем-то, парень, только не очень удачливый и перспективный, решил поискать счастья на дне океана?
Может быть еще раньше, когда дочерей генерал-губернатора привели в храм на заклание?
А возможно, всё началось давным-давно, на другом краю земли, где люди верили в черно-синюю богиню, пляшущую по полям из трупов?
Стоя на коленях, давясь собственным дыханием, у Аленари было несколько секунд, чтобы вспомнить начало.
Несколько секунд, чтобы увидеть, как падает ее друг.
«…не, Сантар, тебя слишком резкой даже тёмные силы посчитали»
Он был с ней там, на ночной палубе, он провел этот глупый ритуал, просто чтобы успокоить. Что увидел там? Она уже не спросит. Ни о чем не спросит. Никогда.
Аленари успела увидеть, как с рёвом беснуется пламя.
Увидеть лицо брата. Увидеть и понять, что он не уйдет оттуда. Тоже никогда.
Осознать, на что обречены все, кто пришел сюда.   
Несколько секунд. Несколько секунд отделяло её саму от момента, когда чернота рухнет сверху, сомнет, перемелет, выжжет, сломает хребет, уничтожит маленького хрупкого человечка.
Несколько секунд. Мало? Оказалось – довольно.
Сквозь давящую тяжесть, сквозь бессилие вновь пришел гнев – но не металлический, бездушный и безликий, а другой, человеческий, тот, который идет вслед за болью.
И на гнев этот что-то отозвалось.
Она, Аленари Сантар, никогда такого не просила. Никогда не звала никого с той стороны. Никогда не молилась черной женщине. Никогда. Но… иногда силу выбираешь не ты. Иногда выбирают тебя.
Бейте барабаны!
Закричала, взвыла кровь: вставай, вставай, вставай! Сейчас! 
Она со свистом втянула воздух – горячий и соленый, с особым железистым привкусом.
Поднимайся!
Аленари словно бы снова стала собой: не уставшей, запутанной, загнанной, а настоящей собой. Голова сделалась легкой-легкой и очень ясной. Это она казалась себе маленькой и ничтожной? Она? Хватка, которая сомкнулась на руке с ножом, была железной. Вот так они замерли на мгновение, просто глядя друг на друга. Два человека – осквернитель и разрушительница.
- Не будешь. – Аленари ощерилась. И рванула руку в сторону, надеясь лишить мужчину равновесия.
Она поднялась, доставая палаш. Где-то там, под ногами валялся оброненный кольт, но сейчас револьвер почему-то перестал казаться привычным. Так, глупая, механическая игрушка.
Бейте барабаны!
Шибче! Жарче! Ваше время!
Моё время!
Гейбл был все еще слишком близко для хорошего замаха. К черту! Бой захлебнулся, слился в одно безумное крещендо, когда она «вошла», целясь массивной рукоятью противнику в лицо.

+3


Вы здесь » Brimstone » Воспоминания » Ты вернёшься