Brimstone
18+ | ролевая работает в камерном режиме

Brimstone

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Brimstone » Недоигранные эпизоды » Ритуал на две трубки


Ритуал на две трубки

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Hermes Lovell, Ezekiel Barnett, Wester Moore
15 октября, вечер, Бримстоун

Гермес ищет вдохновения, Иезекииль — смысл, а профессор Мур — истину. И если все пойдет по плану, никто из них даже не умрет.

0

2

Гермес не хотел признаваться своему подопечному, что понятия не имеет, как и чему его учить. Поэтому он придумал витиеватый план с участием профессора оккультизма, призванный помочь ему заполнить пробелы. Почему бы не переложить обязанности по обучению на человека, который уже посвятил этому занятию всю сознательную жизнь? Однако они не могли явиться к профессору Муру, открыто заявив о своих намерениях. Им нужен был предлог. Таким предлогом стал последний незавершенный ритуал пера Изабель.
Пожалуй, позволять начинающему колдуну проводить ритуал, который, вполне вероятно, уже убил одну ведьму, было не самой светлой идеей Гермеса. Куда разумнее было бы попросить эксперта разложить ритуал по полочкам, а заодно и сделать его более безопасным. Неплохо, если бы эксперт еще и попутно рассказал, как ритуалы в принципе работают. Гермесу требовались идеи.
Согласно легенде, Иезекииль пытался разобраться в причинах гибели своей матери. Гермес составлял ему компанию в качестве платы за время почтенного профессора. Мотивы же самого Гермеса оставались тайной для всех остальных. Если встреча прошла бы удачно, все трое остались бы довольны и целы.
Так рассуждал Гермес, тоскуя у ограждения на опустевшей палубе. Пароход тащился через залив уже целую вечность даже по демоническим меркам. Несмотря на черепашью скорость, вихрящийся порывы ветра трепали волосы Гермеса и били ему в лицо. Если б не человеческий спутник, он мог бы давно уже быть в Бримстоуне. Но увы, вместо этого он скучал в плавании. И сожалел, что не догадался взять в дорогу книгу.
О том, насколько ему скучно, он извещал тяжелыми вздохами и заунывными стонами: недостаточно громкими, чтобы стать неприличными, но достаточно — чтобы остальные пассажиры вдруг решили найти себе дела в другой части парохода, подальше от демона. Гермес то и дело поднимал голову над перилами, высматривая землю, но та не спешила принести ему избавление.
— Что, счастлив снова увидеть Alma Mater? — сразу же уцепился за возможность поговорить он, как только Барнетт вновь оказался рядом. — Сколько ты уже здесь не был? Пять лет?

+2

3

Иезекиилю довелось наблюдать Гермеса вне его отличного расположения духа уже несколько раз: когда плеснул в него святой водой, когда их план по урегулированию дел с рабочими пошел совсем не так, как было задумано, и вот теперь у Барнетта появилась возможность лицезреть Демона Скучающего. Да, должно быть, существу, которое могло обходиться без транспорта вовсе, долгие путешествия казались (или были) пыткой.
Иезекииль бы ни за что не признался в этом Гермесу, но ему было забавно наблюдать демона таким. Никакого удовольствия от страданий Гермеса Барнетт, конечно же, не получал, но этот факт не отменял того, что страдал Гермес очаровательно.
– Как мне приятно, что ты плотно знаком с моей биографией, Гермес. Но “счастлив” – это немного не то слово, – с улыбкой произнес Иезекииль, когда оказался на палубе рядом с Гермесом. – Я скорее взволнован. Мне кажется, для чувства возвращения в место учебы, будучи взрослым, надо изобрести отдельное слово.
Барнетт аккуратно достал из кармана выписанный ритуал, внимательно взглянул на него и, аккуратно свернув, убрал обратно от греха и воды подальше. От этой поездки Барнетт ожидал многого. Во-первых, сегодня его обучение могло серьезно пойти вперед, и некоторые тайны могли быть раскрыты. И, во-вторых, ему было очень любопытно познакомиться с профессором Муром, с которым он, кажется, не пересекался во время учебы (хотя может, встреча с профессором могла разбудить в Барнетте забытое). Конечно же, все это помимо того, что у Барнетта появился шанс вновь посетить земли родного университета, как и заметил его спутник. От обилия такого потенциала Барнетт вновь улыбнулся Гермесу и миролюбиво произнес:
– Взбодрись. Мы уже скоро должны быть на месте.
Иезекииль не был уверен, что его слова помогли Гермесу легче перенести остаток путешествия, но, тем не менее, оно все-таки подошло к концу. Согласно их совместной договоренности, профессор Мур должен был встретить их с Гермесом на пристани, и поэтому, сходя с парохода, Иезекииль с любопытством рассматривал людей на земле.

+2

4

- Мистер Гастингс, я вам повторяю в седьмой раз, что работы сдаются во время семинара, на это специально отводится время. Ваш третий прогул за семестр говорит красноречивей ваших нынешних пламенных речей. Встретимся на следующей неделе, если вы, конечно, еще будете здесь числиться. Всего хорошего.
Профессор Мур совершенно бесстрастно и бесцеремонно обогнул назойливого студента, непонятно с чего решившего, что сдавать работ можно в любое удобное время. О нелюбви Вестера к несерьезным и безответственным студентам известно в университете чуть ли не каждой собаке, зато с прилежными и с жадными до знаний учениками мужчина был готов проводить часы напролет, невзирая на время дня и ночи. Но несмотря на все это сам он отчего-то периодически опаздывал (виной всему, конечно, обстоятельства, но никак не он сам). Поэтому до пристани пришлось буквально бежать, периодически кивая и здороваясь со всеми знакомыми лицами.
Несколько дней назад Вестер получил письмо от некоего Иезекииля Барнетта, текста там было немного, но весьма достаточно, чтобы заинтересовать ученого. Хватило упоминания некоего ритуала и вежливой просьбы помочь в нем разобраться. Обещать Мур, конечно, сразу же ничего не стал, предложил лишь встретиться и обсудить все более конкретно, на его взгляд любой ритуал должен быть достоин внимания, ведь из малого в последствии может вылиться нечто-то куда более масштабное и серьезное.
Судно уже причаливало, практически у края пристани собралась толпа студентов, желающая распрощаться с учебой и добраться до центра Лондона. Профессор встал чуть позади всех, придерживая покалеченную руку здоровой. Из-за все время меняющейся погоды плохо сросшиеся кости то и дело начинали ныть, причиняя дискомфорт. Отчасти порой это являлось причиной его плохого настроения и периодических бурчаний на всех и вся. Мистер Барнетт сказал, что будет не один, а профессор Мур упомянул, что среди всех собравшихся здесь людей, будет единственным, кому за тридцать.
И оба не обманули.
Только вот Вестер никак не ожидал, что одним из тех, кто желал с ним встречи, окажется демон. Интерес к происходящему возрос эдак раз в десять.
- Приветствую. – Он улыбнулся, поочередно глядя то на демона, то на человека, и аккуратно протянул правую руку для рукопожатия. – Вы успешно добрались? Я предлагаю проследовать в мой кабинет, там мы сможем все обсудить.

+2

5

"Взбодрись". Гермес скептически хмыкнул. У него не было ни единого повода для бодрости: несмотря на его пристальный, укоризненный взгляд, берег не торопился приближаться. Но все имело обыкновение заканчиваться. Наконец Гермес выпорхнул на пристань с ничуть не меньшим энтузиазмом, чем у студентов, в свою очередь спешивших подняться на борт.
Их с Иезекиилем действительно уже ожидали. Удивительно, но глаза профессора Мура засветились интересом, стоило ему заметить их в толпе. В целом, это было хорошим знаком. Однако Гермесу показалось, что интереса в них светилось слишком много.
Приближаясь к профессору сквозь поток студентов, Гермес думал, какое представление будет стратегически верным. "Я друг мистера Барнетта" сразу вызовет подозрения и бросит тень на Иезекииля. Увы, несмотря на старания Посольства, бытовало мнение, что демоны не способны на простую дружбу и что у них во всем есть корыстный интерес. То, что это было правдой, делу не помогало. "Я демон мистера Барнетта" звучало чудовищно и слишком неоднозначно. К тому же, в действительности все обстояло с точностью наоборот — Иезекииль был человеком Гермеса.
Но в тактических целях он решил этого не показывать и отступил на шаг назад, позволяя Иезекиилю выйти вперед и первым поздороваться с профессором.
— Давайте, — кивнул он, пожимая руку вторым, и выбрал свое классическое приветствие: — Я Гермес Ловелл из отдела по связям с общественностью Посольства.
В конце концов, профессор был своего рода общественным представителем. И они сейчас устанавливали с ним связь.

+2

6

Иезекииль с волнением сошел на пристань вместе с Гермесом; у него было много причин для того, чтобы быть взволнованным, с возвращением в Бримстоун, пусть и временным, и интригой, с которой он ждал новых знаний. И поэтому улыбка, с которой он пожал руку профессора Мура, была чуть более живой, чем он обычно себе позволял при встрече с уважаемыми людьми в месте их работы.
– Да, дорога была легкой, благодарю. Я очень рад с вами познакомиться, профессор Мур, – проговорил Иезекииль; он не мог не отметить про себя то, как профессор смотрел на Гермеса; все это могло обернуться либо бонусом для них, либо наоборот. Но показать могло только время. – Разумеется, профессор, пройдемте в ваш кабинет.
По дороге Иезекииль не мог не оглядываться по сторонам, обращая внимание на людей и обстановку кругом. И если кому-то бы пришлось заметить его интерес, он с улыбкой пояснил:
– По дороге сюда мы с мистером Ловеллом уже говорили о том, как удивительно возвращаться в родной университет. Начинаешь вновь ощущать себя студентом, хотя я уже давно не в том возрасте.

+1

7

Демон! Рядом с Вестером был самый настоящий демон! Сложно описать каких размеров куш сейчас оказался в руках у профессора, и воспользоваться им нужно с умом, постараться ничего не испортить. Муру никогда прежде не удавалось иметь близкого знакомства с демонами, хотя уже очень много лет он очень мечтает расспросить их буквально обо всем, начиная о том, как они чувствуют себя вдали от «дома», заканчивая деталями их контрактов с людьми. Не получалось это осуществить потому что Мур отчего- то заочно раздражал всех этих товарищей, то ли своей наукой, то ли своим желанием использовать все это на благо человечества и описать ритуалы с научной точки зрения… Вот этот вопрос Вестеру тоже очень хотелось бы выяснить, но! Всему свое время. Главное, не смотреть на господина Ловелла слишком часто и слишком долго.
- Позвольте угадаю, вы выпускник Брасс Холла? Не сочтите за грубость, но приверженцев этого колледжа я распознаю издалека. У Глита и Брасс Холла уже очень много лет, как бы это сказать, «особая» любовь друг к другу. Но я никогда не откажу в помощи всем, кто о ней просит. Прошу, сюда.
Мур провел людей в сторону нужного здания, специально выбрал тропинку, чтобы его гости смогли полюбоваться здешними видами, и чтобы толпа студентов не сбила никого из них в траву. На этом небольшом острове всегда была своя атмосфера, отличная от всего другого Лондона, не заметить это очень сложно. В преподавательскую он решил не идти, там могли быт другие профессора и преподаватели, а дело джентльменов могло не требовать посторонних ушей. Хорошо, что во второй половине дня было довольно много свободных аудиторий, в одну из них, лекционную, они и зашли. Сегодня Вестер читал здесь самую первую лекцию, и на боковой доске еще остались следы его записей.
- Я подумал, сидя за партой, вы еще сильнее сможете почувствовать себя юным студентом, мистер Барнетт. – Он улыбнулся, подошел к столу и облокотился на него. – А теперь, не будете ли вы так любезны рассказать мне о сути вашей проблемы подробней, в письме все было описано лишь в общих чертах.

+1

8

Иезекииль негромко рассмеялся на замечание профессора Мура:
– А я все гадал, написано ли у меня на лбу, что я – выпускник Брасс Холла. Очевидно, для таких внимательных людей, как вы, действительно написано. Но я тоже придерживаюсь тех взглядов, что все люди при желании могут найти общий язык, откуда бы они не выпустились.
Иезекииль успел переглянуться с Гермесом, прежде чем они оказались в лекционном зале. Барнетт давно не слышал столько тишины со стороны своего демона; как он полагал, все это было связано с блеском глаз профессора, стоило ему заприметить Гермеса. Что ж, Ловелл был большим мальчиком и сам мог позаботиться об излишнем внимании с чьей-либо стороны. Тем более, что профессор пока был деликатен. Но тем не менее, Иезекииль уже для себя решил, что готов прийти на посильную помощь Гермесу, если бы она ему понадобилась.
В зале, как профессор и обещал, Иезекииль вновь испытал наплыв ностальгии. Возраст или нет, в качестве преподавателя он в подобных аудиториях никогда не оказывался, и потому чувствовал себя в такой обстановке исключительно студентом. Однако приплыли он с Гермесом сюда не для этого.
Когда все заняли положенные места, а профессор дал добро на разговор, Барнетт чуть улыбнулся и заговорил:
– Видите ли, профессор, моя матушка, Изабель Барнетт, в свое время увлекалась тем, в чем вы, как я слышал, хорошо разбираетесь.
Иезекииль кивком указал в сторону записей на доске.
– Узнал я об этом лишь недавно, и с тех пор не очень хорошо сплю ночами, поскольку боюсь… Я боюсь, что ее занятия стали причиной того, что ее больше нет. Видите ли, я нашел ее неоконченные записи, которые были с ней в запертой комнате, где и произошло несчастье.
С этими словами Барнетт достал свернутый лист с выписанным ритуалом, но пока не спешил протягивать его профессору.
– Что вы скажете, профессор Мур? Возможно ли по одним записям понять, что пошло не так? 
Иезекииль уже догадывался, что можно, иначе Гермес не стал бы тратить время на поездку в Бримстоун. Но воспитание джентльмена не позволяло Иезекиилю кидаться с места в карьер.

+1

9

Вестер был заинтригован. Мало того, что перед его носом помаячили ритуалом, так еще и в одной комнате сейчас вместе с ним находился демон. В голове профессора сейчас роился десяток вопросов, но задавать он их не торопился, всему свое время все-таки, но шанса он своего ни за что не упустит. В руках мистер Барнетта появился сложенный лист бумаги, и если бы Мур был собакой, уши бы его сейчас навострились, а так он лишь чуть сильнее напрягся, в нетерпении сжав травмированную руку здоровой.
- Зависит от полноты записей, мистер Барнетт. Если там описана четкая последовательность ритуала, расписано все по шагам, то довольно просто предположить, где кроется тот или иной подводный камень. Но чем меньше информации будет указано, тем расплывчатей будут предположения, надеюсь, вы меня понимаете. Оккультизм требует огромной точности и любая оплошность и любой недочет могут привести к фатальным и в вашем случае к трагическим последствиям. Для начала у меня к вам только один встречный вопрос. – Вестер распрямился, пристально посмотрев сначала на демона, а потом переведя взгляд на человека. – Вы уверены, что матушка ваша занималась именно оккультизмом, а не была причастна к колдовству? Если вы думаете, что убил ее именно ритуал, боюсь, обычный оккультизм на такое не способен.

+1

10

Возможно, у Иезекииля и впрямь было написано на лбу, что тот — выпускник Брасс Холла. А возможно, на это намекало молчаливое присутствие демона рядом.
Гермес и впрямь непривычно долго молчал, тенью следуя за подопечным и профессором Муром. Он молчал, пока они шли от пристани. Он молча занял место в зале напротив стола. Но на упоминании колдовства он смолчать уже не мог.
…это было не по плану! Не для того Гермес тащился на треклятый остров, чтобы его маленькую затею вот так в два счета раскусили! Его затею и страшную тайну всея Посольства, между прочим!
— Колдовство? Вы, должно быть, шутите, — усмехнулся Гермес, спрыгивая со своего места и подбираясь поближе ко столу. — Вам ли не знать, профессор, что магии не существует. По крайней мере, в буквальном понимании. Можно говорить о магии музыки или магии слова, но вряд ли с их помощью можно взлететь птицей в небо или убить женщину. Как в этом случае, — он кивком головы указал на листок в руках Иезекииля.

+1

11

Как не любил Вестер ступать на неровную поверхность, особенно сходить на нее с более твердой почвы, на которой чувствует себя уверенно. Он никогда не связывался с колдовством, лишь собственные предположения и знания заставляли его думать, что оно имеет место быть, что где-то в Лондоне есть люди (и их не так уж и мало), способные колдовать именно так, как написано в детских книжках. Но встречался ли он сам когда-нибудь с этими людьми? Нет. Видел ли он пример колдовства? Нет. Да он сегодня впервые так тесно с демоном общается, и не может ничего противопоставить его доводам.
- Думаю, вам в этом плане виднее. – Мур посмотрел прямо в глаза господину Новеллу и улыбнулся уголком губ. Он знал, что существует такая вещь, как продажа души, за которую демоны способны дать человеку многое. Так почему бы не дать в руки волшебную палочку, условно говоря? Ох, как бы он хотел озвучить все свои вопросы вслух, как бы хотел подискутировать, поговорить! Ведь это же так интересно, так ново… ведь это можно будет использовать! В науке, в учебе, да в самой жизни! Знания никогда не бывают во вред. Но сейчас…  сейчас не самое подходящее время.
- Мы с вами живем в весьма необычном мире, не так давно люди считали, что не бывает демонов в том виде, в котором мы видим их сейчас, однако же вы стоите передо мной, поэтому я позволяю себе допускать мысль о существовании и других условно невозможных вещей. Однако же касаемо оккультизма ничего не меняется, ритуалы не оказывают влияния на оккультиста, это я вам по собственному опыту и практике говорю. Но, если мы предположим, что ритуал ваша матушка должна была проводить в сильную грозу или шторм и ее, например, ударила молния, то такое вполне может быть. Никто из нас не застрахован от несчастных случаев.

0

12

Гермес заинтригованно изогнул бровь. Этот профессор украл его аргумент. Ну что ж, тем было спокойнее.
— Если верить во все невозможное, профессор Мур, то недолго рехнуться, — заметил он, принимаясь вальяжно прохаживаться по залу. — И к вашему сведению, ни один демон не станет давать своему клиенту в руки волшебную палочку. Это плохо для дела.
Он остановился у доски, с интересом разглядывая меловые надписи. Гермес ничего не понял, но предпочел списать это на незнакомый почерк.
— Так что вы говорили насчет фатальных последствий? Помимо проведения ритуала в грозу? — переспросил он и одними глазами дал знак Иезекиилю, что тот может показать свой листок.

+1

13

Стоило уважаемому профессору заговорить про колдовство, как Иезекииль вежливо рассмеялся, откинувшись назад на своем сидении. Помимо вежливости в свой смех и взгляд Иезекииль постарался вложить целое сообщение, которое, по его задумке, означало, что с его образованием, очень земной профессией и вообще здравым смыслом было странно даже задумываться о колдовстве. Теперь оставалось только надеяться, что опыт профессора в поимке нерадивых студентов во лжи был слабее профессионального блефа Иезекииля.
Однако Гермес справился с делом куда расторопнее и красноречивее, так что Барнетту оставалось лишь ждать момента, когда можно было продолжать раскручивать их с Гермесом дело. Единственное, над чем ему пришлось потрудиться – спрятать усмешку на словах Гермеса о волшебных палочках для клиентов. Учитывая, как активно он пытался впихнуть свою палочку…
Но наконец ему вновь пришлось проявить активность. Верно истолковав взгляд спутника, Иезекииль вытащил аккуратно сложенный лист с выписанным ритуалом, поднялся с места и протянул его профессору.
– В подтверждение сказанного мистером Ловеллом, профессор, вы должны понимать, из какой семьи я происхожу. Мой отец – практикующий по сей день врач, человек науки. К тому же, он, все мои братья и будущие невестки регулярно посещают церковь. При всей теплоте, что царила в нашем доме, колдовство бы не поощрялось и не было бы понято. И это в том случае, если бы оно существовало. Мой отец бы что-то заметил, я уверен. Для матушки оккультизм, при всем уважении, я скорее рассматривал бы как хобби. Опасное хобби, как оказалось.
Иезекииль замолчал на несколько секунд, стараясь собраться с силами. И на этот раз это не было театральным маневром.
– Мы нашли ее в запертой комнате вместе с этими записями. Доктора определили разрыв сердца. Не знаю, важная ли это для вас информация...

+1

14

- К своему огромному сожалению, с вашими обычаями я знаком не очень хорошо. Может, когда-нибудь вы согласитесь просветить меня в них более подробно? – Вестеру, наконец, удалось ввернуть в разговор свое желание узнать как можно больше об этих таинственных мистических существах, но задерживаться на нем он не спешил, сразу же продолжив ответ. – Я говорю, что от несчастных случаев никто не застрахован никогда, и если оккультный ритуал требует для своего проведения опасное место и предметы, то для оккультиста существует вероятность причинить себе вред. К тому же стоит понимать, что далеко не все ритуалы можно проводить в одиночку, особо сильные и мощные требуют огромных затрат энергии и сил.
Вестер принял из рук мистера Барнетта аккуратно сложенные листы, раскрыл их и погрузился в раздумья примерно на несколько минут, внимательно вглядываясь в каждое написанное слово, в каждый небольшой неаккуратно начерченный рисунок.
- То есть, вы предполагаете, что она находилась в доме в момент наступления смерти? И скорее всего проводила ритуал? Не могли бы вы мне описать то время и чем подробней, тем лучше. В какой день это произошло, в какое время суток, погода. Что еще находилось в комнате, была ли начерчена пентаграмма, были ли на теле вашей матери какие-либо другие следы, способные указать на насильственную смерть. Прошу прощения, мистер Барнетт, я понимаю, что для вас это может быть тяжело, но, чтобы понять, что именно пошло не так и где могла быть ошибка, мне нужно знать все как можно лучше. Пока я могу предположить, что матушка ваша взяла на себя то, что было ей одной не по силам или увидела такое, что испугало ее до смерти.

+2


Вы здесь » Brimstone » Недоигранные эпизоды » Ритуал на две трубки