Brimstone
18+ | ролевая работает в камерном режиме

Brimstone

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Brimstone » Недоигранные эпизоды » C легкой руки


C легкой руки

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://s7.uploads.ru/t/xIZOw.gifhttp://s8.uploads.ru/t/VIsQw.gifhttp://s5.uploads.ru/t/zOsmP.gif

Evan O'Connor, Ailyn Gilmore
Лондон, 1883 год

Капитан О`Коннор возвращается в Лондон после очередного плавания и привозит заказ одной высокопоставленной особе, просто потому, что она заплатила больше, чем его конкурент. Он догадывается, что это может ему выйти боком, но он не думал, что это будет именно так.

Отредактировано Evan O'Connor (16 февраля, 2019г. 21:15:47)

+1

2

Лондон Эван не любил по многим причинам, во главе которых были сами люди, его населявшие, а также чертова погода и вечный смог. Иногда ему казалось, что туман над городом никогда не рассеивается. А постоянная сырость и дожди тоже не добавляли положительных черт в облик столицы. Впрочем, его семье тут нравилось, а на все его комментарии сестра Уна только отмахивалась и уверенно заявляла, что он просто слишком привык болтаться в море возле чужих берегов, поэтому ему так не нравится мирная, размеренная жизнь Лондона. Может так оно, конечно, и было. Но в этот вечер, сидя в трактире со своим старпомом Рупертом Льюисом, он думал о совсем других вещах, нежели погода.
- Эван, я серьезно, - покачал головой мужчина средних лет, поглаживая окладистую черную бороду и утирая эль с усов. – Посланник графа приперся к тебе не просто так…ведь он четко дал понять, что этот … - он обернулся, словно желая удостовериться, что тут нет никого, кто мог донести и продолжил.
– Он это так не оставит, я тебе тогда еще сказал, что это плохая идея, пусть Карлайлы заплатили вдвое больше, но им нет никакого дела, что будет с тобой, эти  focail sasanach* , мстительные твари, сам знаешь…
О`Коннор слушал старого друга и верного соратника внимательно, что не мешало ему опрокинуть еще один стакан виски, и только усмехнулся привычно. Он не боялся. Да, ситуация вышла не совсем удобная, но в конечном итоге, деньги они выручили хорошие, а что там эти дворяне между собой не поделили, это не его забота.
- Брось,  Руперт… чего мне бояться, уж на дуэль он меня точно не вызовет, я для него обладаю статусом ниже, чем вошь на его собаке… Давай еще по одной и по домам, я обещал домашним, что буду не поздно…
Льюис только снова фыркнул, чокаясь с ним, прекрасно понимая, что взвывать к осторожности тут бессмысленно. Спустя полчаса оба вышли на улицу, где начал накрапывать дождь.
- Возьми экипаж, ливанет же скоро! – посоветовал старпом, который сам жил на постоялом дворе через улицу.
- Ничего, тут всего пара кварталов, подышу воздухом! – отмахнулся ирландец, поправляя камзол, и пожал на прощание руку помощнику. Больше уговаривать его старпом не стал, однако с сомнением проводив фигуру капитана, которая почти сразу скрылась за поворотом.
Руперт был прав, не прошел мужчина и пятьдесят ярдов, как дождь хлынул стеной. Подняв воротник повыше, Эван прибавил шаг, на ходу вспоминая, где бы срезать. За шумом дождя он не сразу услышал шаги, следующего за ним по пятам от самого трактира.
Заметив подворотню впереди, ирландец нырнул туда, понимая, что успел промокнуть до нитки и вытащил трубку, надеясь, что табак не успел отсыреть. Рядом шевельнулся нищий, но видимо поняв, что прогонять его не будут, только снял засаленную шляпу и поздоровался.
- Добрый вечер, сэр! Чудесная погода, не так ли?
- Ха! Чудеснее не бывает, старик…. – усмехнулся О`Коннор про себя отмечая, что обычно этой фразой тут начинали все беседы. Нищий, похоже, снова решил закопаться в свое тряпье, засопев. В этот момент мимо ирландца прошли двое мужчин, один из которых был мертвецки пьян, похоже.
«Англичане совершенно не умеют пить» успел подумать Эван, закуривая, как вдруг секунду назад висящий на плече приятеля забулдыга, резко выпрямился и в его руке появился револьвер. Жизнь приучила капитана никогда не расслабляться, и сейчас в очередной раз он возблагодарил Всевышнего. Прежде чем палец нажал спусковой курок, ирландец  ухватил нежданного нападавшего за запястье, и вывернул до хруста, рванув на себя, так что тот приложился об стену.
- Не у того решили кошелек подрезать, недоноски! – рыкнул ирландец, предчувствуя хорошую драку и понимая, что скорее всего немного задержится.
- Оставь свои деньги себе, ты их много получил, но воспользоваться не успеешь! – отозвался нападавший, поднимаясь, и потянулся к ножу на поясе.
«Наемники…все таки прав ты был, Руперт, самому не захотелось марать руки – прислал замену… ну ладно»
- Ну- ну… это мы поглядим ! – Эван приготовился, резко уходя от удара клинком, замечая, что второй наемник тоже потянулся за оружием и, перехватив первого, просто закрылся им, как щитом, когда грянул выстрел. Не мешкая ни секунды, он поднял пистолет мертвеца и выстрелил не целясь. Пуля угодила в грудь и, судя по звуку, пробила легкое. Наемник взмахнул руками и как веревочная кукла, лишившаяся поддержки кукловода, рухнул на землю.
Ирландец выругался, утирая влагу с лица, убирая оружие в карман и с сожалением отметил, что порвал рукав. До трупов ему не было дела. Была, конечно, мысль лично заявиться к графу и уточнить, где он нашел таких дурней, но Эван отбросил ее, как бесполезную. Нищий снова пошуршал за его спиной и О`Коннор поспешил его успокоить, осматривая тело первого.
- Папаша, ты бы поискал другое место для ночлега, вот тебе пару шиллингов на….. – он не успел договорить, ощутив за спиной слишком резкое движение, а потом острую обжигающую боль, которая ужалила его раскаленной иглой в поясницу. Его попытались схватить за горло, но ирландец даже раненный не потерял концентрации и резко ударил затылком, круто разворачиваясь и зажимая рану рукой, ощущая, как между пальцев бежит горячая кровь.
Недавний нищий расправил плечи, держа в руке стилет и довольно усмехнулся. Теперь стало ясно, что это просто маскарад и перед ним вовсе не старик.
- Его Светлость никогда не прощает оскорблений… - он убрал оружие, отступая под дождь, уверенный справедливо, что он свою работу исполнил.
- Сас! **– прошипел ирландец, чувствуя во рту медный привкус. Он слишком хорошо знал, что удар нанесен профессионально, и жить ему без помощи осталось недолго. Ругая себя за идиотизм и потерю бдительности, О`Коннор сделал шаг вперед, скрипнув зубами, затем еще один и еще. Впереди горели окна какой-то лавочки, откуда тянуло выпечкой.  Капитан протянул свободную руку, ухватившись за перила, и тяжело осел на крыльце, понимая, что стоит попытать счастье, пока не отключился и стукнул кулаком в дверь, затем еще раз, но куда слабее.




* «e***ые англичане»- гаэльск.
** - «дерьмо» - гаэльск.

Отредактировано Evan O'Connor (17 февраля, 2019г. 19:52:52)

+1

3

- … Конечно, миссис Робертс. Помнится, вы говорили, что мистер Робертс пристрастился пить чай с лимоном, а эти тарталетки с ванильным кремом  прекрасно раскроют тонкий цитрусовый оттенок. – Стоя за прилавком, Эйлин тепло улыбнулась старушке в капоре, которая в некотором замешательстве рассматривала выставленную на витрине выпечку, явно затрудняясь с выбором. – Испекли буквально три часа назад. Попробуете?
- Так и быть, деточка. – Старушка вздохнула и махнула рукой. – Дай мне четыре штуки. Да еще твоего хлеба с тыквой – уж больно внучка его любит.
- Отличный выбор, миссис Робертс. – Молодая женщина сноровисто завернула покупки в тонкую коричневую бумагу и придвинула сверток посетительнице. – С вас как всегда два шиллинга и пять пенсов.
- Но эти пирожные стоят больше, - запротестовала старушка, выкладывая на прилавок кучку монет. – Я не хочу, чтобы ты была в убытке, дорогая.
- Вечерняя распродажа, - лукаво подмигнула ей Эйлин. – После шести все цены на выпечку снижаются. Так что два шиллинга пять пенсов, и ни пении больше.
- Благослови тебя Господь, деточка, - миссис Робертс погрузила покупки в корзину и щербато, но искренне улыбнулась. – У тебя доброе сердце.
Проводив старушку, женщина закрыла за ней дверь лавки и повернула ключ в замке.
- Эбби, закрываемся! – крикнула она. Из глубины пекарни вынырнула дородная краснолицая женщина в белом переднике и неодобрительно посмотрела в сторону кассы.
- Опять небось этой старой карге продали товар вдвое дешевле, - проворчала она, закрывая ставни на окнах.
Эйлин легко пожала плечами, подошла к прилавку и выдвинула ящичек кассы, принявшись пересчитывать выручку за день.
- Даже если и так – что с того? Я в своем праве.
Эбби развернулась к ней и с решительным видом уперла руки в бока.
- А то, мадам, что коль вы будете продолжать в том же духе, мы скоро по миру с сумой пойдем! В этих тарталетках одно ванильной эссенции на четыре шиллинга!
В ответ на возмущенную отповедь молодая женщина только слегка приподняла брови, пряча улыбку в уголках губ. Эбгейл Макдугал работала в лавке уже шесть лет, исполняя роль одновременно экономки и кухарки, и ее с полным правом можно было назвать сердцем «Яблочного пая». Она обожала свою работу и «мадам», как называла Эйлин на французский манер. Гроза всех поставщиков, она до хрипоты торговалась за каждый пении, и сердце шотландки обливалось кровью каждый раз, когда она видела, что хозяйка продает товар ниже указанной на ценниках стоимости.
- У миссис Робертс сейчас трудные времена. Корабль, который вез товары ее сына, затонул у берегов Индии. Об этом писали в газетах. И если я могу хоть немного помочь ее семье, сделав хорошую скидку – так тому и быть.
- Ну да, трудные времена.., - проворчала Эбби, убирая оставшийся на прилавке хлеб в большой бумажный пакет. – Таким ходом они и у нас скоро настанут.
- Не настанут. – Эйлин вышла из-за прилавка, приобняла женщину за плечи и чмокнула в испачканную мукой щеку. – Ты – моя скала, на которой «Яблочный пай» выстоит перед любой бурей.
- Все шутите, мадам, - Эбби покраснела еще больше, сравнявшись цветом с геранью в горшках на подоконнике.
- Ничуть, - совершенно серьезно ответила молодая женщина, но в глубине светло-голубых глаз танцевали искорки смеха. – Ступай домой, я сама тут все приберу.
Еще немного поворчав для виду, Эбигейл ушла. Эйлан оглядела аккуратные прилавки, смахнула с одного видимые лишь ей пару крошек, достала метлу и принялась подметать пол, мурлыча себе под нос песню без слов и поглядывая в окно, за которым сгущался ранний вечер. На улицы опустился легкий туман, в котором зажженные газовые фонари мерцали теплыми круглыми пятнами. По навесу над входом мерно зашуршал дождь, постепенно все усиливаясь.
Закончив с уборкой, женщина проверила, прочно ли заперты ставни и входная дверь. Не то, чтобы она не доверяла Эбби – просто предпочитала убедиться, что все в порядке, прежде чем отправиться к себе наверх. Сняв белоснежный накрахмаленный фартук, она начала аккуратно складывать его, но неожиданная возня у входной двери и раздавшийся следом стук заставили ее замереть. Кому-то приспичило булочек на ночь глядя?
- Простите, но мы уже закрыты! – крикнула она и снова замерла, прислушиваясь. За дверью царила тишина, а затем стук повторился, на тот раз гораздо слабее.
- И кого там черти несут на ночь глядя? – проворчала Эйлин, осторожно отодвинув плотную ткань, закрывавшую стекло входной двери, и выглядывая наружу. Дождь пошел сильнее, улица тонула в туманной дымке. Возле входа никого не было, но на крыльце как будто темнело что-то большое и бесформенное.
Эйлин отодвинула щеколду, потянула было дверь на себя, но та сама распахнулась, словно на нее напирали снаружи, и сидевший на крыльце растянулся на полу у ног вовремя отскочившей женщины.
- Мистер? Эй, мистер? Вам нехорошо? – она взволнованно склонилась над мужчиной, и в нос ударил крепкий запах виски и табака. – Вы пьяны?
На светлом полу, натертом мастикой, растекалась лужа воды, постепенно окрашиваясь в красный.
- Вы ранены! – ахнула Эйлин. Человек был в полубессознательном состоянии, но чертовски тяжелым, и ей пришлось повозиться, прежде чем затащить его в лавку. По полу за ним тянулся густо-алый след.
Захлопнув дверь и снова закрыв щеколду, она опустилась рядом с ним на колени.
- Мистер! Эй, не вздумайте терять сознание! – она легонько похлопала его по щекам, дождалась, пока взгляд обретет некую осмысленность, и принялась стаскивать с него мокрый камзол. – Как вас зовут? Кто на вас напал?
Рубашка под камзолом, тоже мокрая насквозь, была густо окрашена кровью. Поняв, что рана находится на спине, Эйлин попыталась перевернуть мужчину на живот, но лишь вызвала возмущенный рык боли.
- Послушайте, вам нужно подняться и дойти до стола. Это в соседней комнате. Рану надо обработать. Ну, давайте же!
Наклонившись, она подхватила его за верх спины, закинув его руку себе на плечо.
- На раз, два, три!

Отредактировано Ailyn Gilmore (17 февраля, 2019г. 19:35:32)

+1

4

О`Коннор прикрыл глаза, делая вдох и собираясь все же подняться, понимая, что здесь ему, скорее всего не помогут. Час был поздний, мало кого принесла нелегкая по такой погоде. Однако встать он не успел, опора под спиной исчезла слишком резко и он не удержался, ввалившись в внутрь лавки, как следует приложившись затылком об деревянный пол. Перед глазами все слегка расплылось, а где-то над головой раздался женский голос, что-то у него вопрошающий. Усилием воли Эван заставил себя сосредоточиться, особенно когда его попытались перевернуть. Боль как будто затихшая, снова вгрызлась в тело.
Наконец мягкая женская ладошка ощутимо похлопала по щекам и из мрака в неярком свете, вдруг выплыло красивое лицо в обрамлении черных волос.
- Рано меня оплакивать, беан ши… - на гаэльском выдохнул мужчина, сперва приняв ни в чем не виноватую владелицу лавки за мистическое существо родных мест. Когда же его попытались поставить на ноги, он все же пришел в себя, соображая, что шанс еще пожить у него есть.
- Три… - выдохнул он, ощутив ее поддержку, вставая при ее помощи и тут же стараясь перенести вес, поскольку прекрасно ощущал, как незнакомке тяжело. – Ведите, добрая хозяйка... – он старался ступать ровно, оставляя на полу мокрые следы, кое как все же добредя до комнаты и упираясь в стол рукой, чувствуя неприятную слабость в коленях.
Голова начала кружиться и все с помощью той же незнакомки, он опустился на стол, поворачиваясь на здоровый бок. Колотая рана всего на пару сантиметров не достигла почек, пройдя выше, но от этого была не менее болезненной.
- Капитан Эван О`Коннор…мем…извините за поздний визит…кстати, где я? – на столе в теплой комнате в сон потянуло еще сильнее, но ирландец упрямо фыркнул, ощущая как мокрую рубашку подтягивают наверх.
- Не обижайтесь, что я назвал вас беан ши…это не ругательство, это значит «Женшина из сидов»… Духов холмов… - про себя капитан подумал, что со стороны, наверное, кажется, что он несет полный бред, но сейчас это было не особо важно.
- Надеюсь, у Вас не ревнивый муж…- поморщился он, когда руки женщины коснулись раны. Ему сейчас и в голову не пришло, что она не знает, что делает. Что она вообще не лекарь, если на то пошло. Не зря же вокруг витает дух выпечки.

0

5

Услышав бормотание незваного ночного гостя, Эйлин хмыкнула. Волосы мужчины были темными от дождя, но она готова была биться о заклад, что, высохнув, они скорее всего окажутся рыжими.
- Вы ирландец. - Она не спрашивала, а утверждала. - Пожалуй, вас и впрямь рано оплакивать. Раз вы сумели добраться до моей лавки, значит, помирать пока не собираетесь.
Кое-как доковыляв вместе с ним до задней комнаты, где обычно на ночь ставили подниматься тесто, она помогла мужчине опуститься на стол. Проворные пальцы быстро стянули с него мокрые от дождя и крови сюртук с жилетом и подняли окровавленную рубашку. Рана была совсем небольшой, но глубокой. Тонкий ручеек крови, который не переставая сочился из нее, ярко алел на светлой коже.
- Хорошая новость, мистер О`Коннор: похоже, почку не задело. О, и не нужно извинений. Уверена, если бы не крайняя нужда, вы бы не стали заливать кровью мой стол.
В негромком спокойном голосе женщины была слышна улыбка. Никакой суетливости или нервозности, движения точные и уверенные - будто не в первый раз к ней вваливается истекающий кровью человек. На фоне умиротворяющих, домашних ароматов выпечки, ванили и корицы, которые наполняли лавку, выглядело это довольно странно.
- Мое имя Эйлин Гилмор. Вы очень вовремя постучали, мистер О`Коннор. Еще пара минут, и я бы ушла. Скорее всего, в таком случае утром на крыльце констебли нашли бы ваш молодой красивый труп, и тогда уже никакие беан ши вам бы не помогли.
Выпрямившись, она на мгновение прикусила губу и сдвинула брови. 
- Вам придется лечь на живот и... хм... приспустить штаны. Рану нужно очистить прежде, чем начать лечение. А насчет мужа вам не стоит переживать. Я вдова, так что ваша совесть может быть спокойна.
На минуту выйдя из комнаты, она вернулась с ворохом чистых тряпиц, бинтом и тазом, над которым поднимался пар. Смочив одну тряпку в воде, она принялась быстро, но аккуратно смывать кровь вокруг раны.
- Потерпите буквально минуту. Сейчас я все промою, и потом сразу станет легче, обещаю.
Вода в тазу быстро окрасилась красным. Наклонившись, Эйлин провела ладонью над раной, и Эван почувствовал в районе поясницы легкое безболезненное покалывание , как будто слабые электрические разряды. Довольно улыбнувшись, женщина кивнула. Рана была чистой, инфекции внутри не было.
Тонкие пальцы накрыли рану, и с них потекла теплая волна, от которой в теле  появлялось ощущение странной легкости. Под мягким, но неумолимым напором этой волны боль разжимала ледяные тиски, растворялась без следа, оставляя чувство  сонливости. Когда спустя несколько минут женщина убрала руки, рана перестала кровоточить, ее края слегка стянулись и подсохли.
Эйлин устало провела тыльной стороной ладони по лбу, смахивая упавшую прядь волос, затем встряхнула кистями и отошла от стола.
- Я выросла в графстве Корк, мистер О`Коннор. Знаю, что такие беан ши. И пусть я не из их числа, но могу с уверенностью предсказать, что в ближайшее время от дырки в пояснице вы не погибнете. За что вы ее получили?

+1

6

Реальность все время пыталась ускользнуть, особенно когда моряк оказался в тепле и сухости, однако все еще продолжал беседу со своей спасительницей, которая судя по ее словам, оказалась ему еще и землячкой.
- Да уж, пожить мне бы еще хотелось… - усмехнулся ирландец, ощущая легкое покалывание в области раны. Женщина попросила его перевернуться, и он стиснул зубы, меняя положение и стягивая ткань мокрых штанов ниже, сейчас не думая иронизировать на эту тему.
- Мне и правда повезло, что я свалился под вашу дверь…но, кажется, это не дом врача…пахнет тут, во всяком случае, куда приятнее -  капитан подложил одну руку под подбородок, когда Эйлин вернулась.
Услышав о ее муже, ирландец мысленно чертыхнулся и тихо выдохнул.
- Извините…мои соболезнования…
Он хотел спросить что-то еще, ощущая, что покалывание в области поясницы становится ощутимее, а затем теплое разрастающееся тепло начало буквально опоясывать его, заставляя боль уйти, и он не удержал вздоха облегчения.
- Да вы прямо волшебница….  Мне все таки кажется, что вы из народа Холмов – уточнил ирландец, которому ощутимо стало лучше, хотя это возымело обратный эффект , веки стали тяжелеть.
Женщина спросила о том, каким образом капитан оказался так некстати продырявлен и за какие заслуги. Эван даже собирался ответить, но пробурчал что-то о том, что в Корке самые красивые девицы и после этого замолчал. Ровное глубокое дыхание выдало тот факт, что ее пациент, все же, уснул, так что все расспросы, а также возможность выпроводить его до утра у нее отсутствует.
Предложить мужчине перебираться куда-либо тоже особого смысла не имело, сейчас он представлял собой конкретную недвижимость. Так что лучше было оставить, как есть.
Утро после дождя выдалось ясным, что уже было в диковинку для Лондона и все, кажется, было хорошо.
Ровно до того момента, как звякнул колокольчик на входной двери, но приятными покупателями этих людей было назвать  трудно. Эйлин уже видела их месяц назад, двое мужчин приходили от мистера Фиджеральда. Он владел табачной лавкой и решил, что ему до зарезу необходимо помещение, которое занимала пекарня. Пытался купить, но цена была слишком низкой, на эти деньги вряд ли можно было найти что-то в приличном месте, а когда делец получил отказ, в духе нечестных на руку бизнесменов прибегнул к другой силе убеждения.
- Доброго вам утра, миссис Гилмор… - один из мужчин, чернобородый высоченный детина в потертой шляпе оперся о прилавок, разглядывая помещение так, словно уже примеривался, как будет выкидывать от сюда вещи.
- Мы зашли уточнить, вдруг вы решили не упрямиться и с радостью передадим мистеру Фиджеральду , что вы собираете монатки? – усмехнулся второй, закуривая.

+1

7

Когда вместо ответа на вопрос раздалось невнятное бурчание, сменившееся спокойным мерным посапыванием, Эйлин хмыкнула и устало опустилась на стул. Пусть он уже и не слышал, но она тихо сказала:
- Я не волшебница и не врач, мистер О`Коннор. Я всего лишь продала душу дьяволу.
Как обычно после  манипуляций с исцелением, кружилась голова, в ушах слегка звенело, а перед глазами мельтешили черные точки. Даже будь сейчас ирландец способен передвигаться, неизвестно, кто кого на себе тащил бы до кровати. Придется и впрямь его оставить на ночь здесь. Покушения на свою жизнь, честь или имущество Эйлин не опасалась: Эван потерял достаточно крови, и пока будет слаб, а после лечения гарантированно проспит до утра сном младенца. А вот при мысли об Эбби, которая придет завтра рано утром и обнаружит на столе незнакомого мужчину в окровавленной одежде, молодая женщина тихонько застонала. Ох, сколько всего предстоит услышать... Главное, чтобы темпераментная экономка не отправила беднягу к ши, о которых он все толкует, с перепугу приложив его скалкой.
Но это завтра, все завтра.
Убрав все окровавленные тряпки и воду, она укрыла Эвана принесенным покрывалом и подсунула ему под голову подушку, постаравшись устроить своего «пациента» с максимальным комфортом. После этого, слегка пошатываясь, поднялась к себе наверх и начала готовиться ко сну.
Утро обещало быть беспокойным...

- … весь стол кровью залил! Сколько мне его теперь отмывать?! И о чем вы вообще только думали, мадам?! А если бы за ним пришли те, кто его пырнул? Что бы вы тогда делали? Отбивались от них черствыми багетами? А если он вообще сам преступник?! Говорят, в Олд-Ничол орудует банда моряков, оставшихся без работы после того, как их капитана застрелили на дуэли. Может, он вообще один из них! Ууу, морда разбойничья, рыжая...
- Эбби, мистер О`Коннор всего лишь жертва случая. - Эйлин аккуратно вынула из рук разбушевавшейся экономки чугунный ковш на длинной ручке, которым та воинственно потрясала, и убрала с глаз долой в шкаф. - Он представился капитаном. Вряд ли человеку с собственным кораблем есть нужда грабить прохожих в Олд-Ничоле.
- Ха! Я тоже могу сказать, что на самом деле я правнучка Красавчика принца Чарли, и потребовать свою корону! - Эбигейл не собиралась сдаваться так просто.
- Ему нужна была помощь, - твердо ответила Эйлин. - Я не могла выбросить его на улицу умирать.
Как и ожидалось, рассказ о ночном происшествии вызвал у старой шотландки шквал негодования. Чтобы приличная леди ночевала в одном доме с каким-то пройдохой! Ну и что, что он ранен! Надо было вызвать констебля! А если соседи видели? А как же безопасность, не говоря уже о добром имени?!
Экономка помолчала, сверля грозным взглядом Эвана, который безмятежно спал и ведать не ведал, какая буря бушует над его головой.
- Эбби, даю слово, что как только он проснется, я попрошу его покинуть дом, - горячо прошептала Эйлин, увлекая экономку подальше от стола и спящего на нем мужчины. - Ничья честь не пострадает, обещаю.
- Дай бог, мадам, - вздохнула шотландка, сдаваясь, - но как бы не нажить с ним неприятностей.
Но неприятности пришли с другой стороны.

При виде вошедших голубые глаза женщины похолодели, но она вежливо улыбнулась в ответ на наглое заявление.
- Доброе утро, господа. Боюсь, мне нечем обрадовать мистера Фицджеральда. Мой ответ прежний: лавка не продается. Будьте добры, уберите локти с прилавка. И здесь не курят. - Она обожгла непрошеного гостя яростным взглядом.
- Очень печально, миссис Гилмор, - покачал головой с напускным сожалением тот, что был в потертой шляпе. - Мистер Фицджеральд очень расстроится. А его лучше не расстраивать, верно, Сэм? - он усмехнулся своему подельнику, запустил руку в стоящую на прилавке корзину с рогаликами, цапнул один и принялся жевать, нагло разглядывая Эйлин с ног до головы.
- Верно говоришь, Джимми. Поэтому мы не уйдем отсюда без вашего согласия, миссис Гилмор, добровольного или нет.
- Я уже ответила, - ледяным тоном сказала Эйлин, - что ни за что не соглашусь. Сколько раз нужно это повторять? Передайте мистеру Фицджеральду мои лучшие пожелания и просьбу больше не беспокоить меня ни своими предложениями, ни визитами своих ручных горилл.
- Зря вы так, миссис Гилмор, - усмехнулся Сэм, туша окурок в цветочном горшке. - Леди должна быть послушной.
Резко перегнувшись через прилавок, он схватил женщину за предплечье и дернул к себе. Вскрикнув, она занесла свободную руку, чтобы отвесить уроду пощечину, но он перехватил ладонь и сжал ее так, что хрустнули пальцы.
- Да как вы смеете! Я вызову полицию! Отпустите немедленно!
Она уперлась ногами в отделяющий ее от мужчин прилавок, пытаясь вырваться из медвежьей хватки, но замерла, почувствовав прижатое к щеке холодное лезвие.
- Отпустим, дорогуша. - Сэм сально улыбнулся, проводя острием ножа по ее щеке вниз, к шее. - Когда ты скажешь, что с радостью продашь свою забегаловку мистеру Фицджеральду за ту цену, которую он предлагает. Но по факту получишь на сто футов меньше — чтобы мы с Джимми тоже остались довольны.

Отредактировано Ailyn Gilmore (6 мая, 2019г. 17:54:11)

+1

8

Отличительной особенность Эвана было то, что если предоставлялась возможность поспать, он мог делать это где и как угодно. Хоть сидя, хоть стоя, привалившись к стене или чему-нибудь устойчивому. Не мешали ему также и бытовые звуки, будто то голоса людей, шум моря или что иное, что не представляло угрозы. Именно поэтому, ирландец спокойно спал, восстанавливая силы и только нос наморщил во сне, когда пришедшая по утру шотландка подняла буру в стакане виски, грозя ему ковшом. Когда растешь в доме с пятью женщинами, привыкаешь воспринимать их голоса как само собой разумеющееся, даже если они говорят все хором. Когда все стихло, Эван только перевернулся на здоровый бок, продолжая дремать.
Однако стоило вошедшим мужчинам заговорить, ухо капитана мигом уловило тон гостей, заставляя мозг проснуться и О`Коннор открыл глаза, продолжая тихо лежать, но теперь весь обратился в слух и припоминая внешний вид помещения, через которое вчера пришлось проходить.
От лавки его отделяла только плотно задернутая занавеска, а свет в окне помогал хорошо видеть перемещения незнакомцев. Когда тон беседы перестал быть безопасным, капитан медленно поднялся, благо хозяйка стащила с него сапоги, так что ступал он тихо. Его камзол как и пистолет лежали на лавке у стены и проверив патроны, ирландец также тихо подошел к занавеске, рассчитав момент, когда тот, кого назвали Сэм, зашел его спасительнице за спину, приставив лезвие.
Очевидно, мужчину уже ощущали быструю развязку, но тот, чьего имени капитан не слышал, сунул остатки булки в рот, но так и не успел прожевать, замирая. А вот Сэм услышал характерный щелчок, и в затылок ему уперлось дуло револьвера, заставляя выпустить хозяйку пекарни.
- Знаете, парни…у меня на родине мужчина, угрожающей безоружному не достоин называться мужчиной, а уж пугать женщину – так это последнее паскудство…так что мне ничего не стоит вышибить Вам обоим мозги…а леди потом подтвердит, что это была необходимая самооборона… -  ирландец ухватил Сэма за волосы и со всей силы приложил его лицом о деревянный прилавок, так что тот охнул и сполз вниз, а дуло теперь смотрело в грудь его приятеля.
- Но день сегодня хороший…поэтому ты, Отрыжка кашалота… Сейчас заплатишь этой милой леди за то, что сожрал… а потом заберешь эту паскуду… – капитан от души пнул в живот Сэма, так что тот тихо заскулил.
- И вы быстро унесете задницы из этого места и передадите хозяину, чтобы искал себе другое место, а если еще раз подойдете сюда хоть на пару ярдов, узнаете, чтобы бывает, если рассердить меня… даю десять секунд, чтобы заплатить и проваливать, а потом сделаю в Вас пару дырок… - он усмехнулся и добавил тише. – Девять, восемь….
Как и всегда, метод был очень эффективный и доходчивый.

0


Вы здесь » Brimstone » Недоигранные эпизоды » C легкой руки