Brimstone
18+ | смешанный мастеринг | эпизоды

Англия, 1887 год. Демоны, дирижабли и лавкрафтовские чудовища

Brimstone

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Brimstone » Архив анкет » Ailyn Gilmore


Ailyn Gilmore

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Эйлин Гилмор (Ailyn Gilmore)

http://sd.uploads.ru/t/APHhl.jpg

О персонаже

1. Полные имя и фамилия персонажа, возраст, раса
Эйлин Брайан Гилмор, 33 года, человек

2. Род деятельности
Хозяйка домашней пекарни «Яблочный пай» в Ковент-Гардене

3. Внешность
Невысокая женщина с мягкими, женственными формами и миловидным округлым лицом. Все самое нужное при ней: покатые плечи, высокая грудь, крепкие бедра. Талию обычно подчеркивает корсаж или широкий пояс, благодаря чему получается фигура «песочные часы».
Эйлин нельзя назвать эталонной красавицей, и она об этом прекрасно знает. У нее нет ни точеных скул, ни тонкого, изящного носика, ни чувственных пухлых губ. Зато у нее теплая, очень искренняя улыбка, светло-голубые, яркие глаза, и копна густых темных волос.
У Элли очень подвижная, выразительная мимика. Все мысли легко читаются на лице и во взгляде. То же самое касается жестикуляции.
В одежде предпочитает элегантную практичность, делая выбор в пользу простых, хорошо сшитых платьев спокойных тонов.
Прототип: Эми Ли

4. Способности и навыки
- прекрасная хозяйка. Легко и умело справляется с тем, чтобы содержать в порядке большой дом и пекарню
- готовит – пальчики оближешь. Особенно выпечку.
- неплохо ладит с бухгалтерией и финансовыми оборотами
- хорошо управляется с иглой и ниткой, и речь идет не только о шитье одежды
- прекрасно разбирается в травах и снадобьях. Любит экспериментировать, изобретать собственные составы и зелья
- хорошо знает строение человеческого тела
- обладает способностями к эмпатии. Умеет слушать, чувствовать настроение собеседника, в зависимости от этого подстраивается под него, если это необходимо
- с помощью простого прикосновения может облегчить боль, принести успокоение, понять, что именно за болезнь точит тело
– после английского второй родной язык – французский, также немного владеет итальянским
- сносно ездит верхом
- обладает красивым, ясным, чистым голосом. Прекрасно поет.

5. Общее описание
Эйлин родилась в семье английского обнищавшего аристократа и французской танцовщицы. Некогда богатый и влиятельный род Вудворт отказался от беспутного сына, женившегося на девице сомнительного происхождения и профессии, поэтому те сбежали из шумного, суетливого Лондона и купили на скромные сбережения дом в графстве Корк, в Ирландии. Укрытый между зеленых холмов, с увитой плющом крышей, дом был для маленькой Элли самым прекрасным местом в мире, где царили любовь и забота друг о друге. Отец учил ее грамоте, этикету, географии и математике, мать – французскому языку, пению и танцам. Помимо них, у девочки была еще Ба – пусть и не родная, но горячо любимая. Ба жила одна в полумиле от дома Вудвортов, в крошечном домике на побережье. Говорили, что раньше она была лекаркой при дворе знатного шотландского лорда, но тот выгнал ее за то, что не пожелала разделить с ним ложе. Сама Ба не распространялась на эту тему, лишь усмехалась и попыхивала короткой ясеневой трубочкой, которую порой любила покурить. Именно она научила любознательную, живую девчушку готовить, различать полезные травы и корешки, варить разнообразные пахучие отвары. Может, она была ведьмой, потому что строго-настрого запрещала Элли брать некоторые из ее книг, обшитых потемневшей кожей. А может, просто была умной женщиной, которая знала, что может пригодиться девочке в жизни, а что нет.
Когда Эйлин исполнилось пятнадцать, ее мать подхватила чахотку. Несмотря на все усилия Ба, женщина таяла на глазах. Через несколько месяцев она тихо скончалась в своей постели, а убитый горем отец словно утратил волю к жизни. В их доме словно погас свет, и Элли все больше времени проводила у Ба, которая практически заменила ей семью. Поэтому спустя какое-то время известие о том, что отец продает дом и они переезжают в Лондон, к его двоюродной сестре, было страшным ударом для девушки. Она не представляла, как будет жить в большом, незнакомом городе, где нет ни холмов, покрытых сочной зеленой травой, ни маленьких тенистых рощ, ни свежего морского ветра. И, разумеется, там не будет Ба.
Поначалу Эйлин думала, что сумеет уговорить отца, чтобы он оставил ее на попечении Ба, а сам ехал в Лондон. Но та неожиданно сама воспротивилась этой идее. С глубоким сожалением глядя на всхлипывающую девушку, пожилая женщина объяснила ей, что отцу сейчас очень нужна ее поддержка. Кроме того, она больше ничему не сможет научить ее, а Лондон – это огромные возможности. Да и негоже ей, молодой девице, жить на берегу в Богом забытом месте с полубезумной старухой. Настало время расстаться.
Так Эйлин и покинула Ирландию и Ба, сидя вместе с отцом в ветхом дилижансе, и проплакала всю долгую дорогу до Лондона.
Город оглушил и привел ее в ужас. Огромный, темный, с узкими грязными улицами, укрытый туманом и смогом, он будто пожирал пространство и воздух и переваривал в своей вонючей утробе. В еще большее отчаяние девушка пришла, познакомившись с сестрой отца. Та приняла их в своем доме, который  отныне стал и их домом тоже – небольшой особняк в восточном Вест-Энде. Сухопарая, с тонкими губами и волосами, затянутыми в гладкий пучок, и с такой прямой спиной, словно проглотила палку, Элизабет Вудворт являла собой классический образец чопорной старой девы. Она недовольно цыкала, когда Эйлин забывала оттопырить мизинец, взяв чайную чашку; шипела, как рассерженная кошка, увидев девушку в очередной раз возящейся с цветами в саду, и вечно выговаривала брату, что тот совершенно не занимался воспитанием дочери.
Не удивительно, что Эйлин предпочитала большую часть времени проводить вне дома. Чтобы не выслушивать бесконечные теткины нотации и не видеть безучастно кивающего им отца, она брала шляпу, зонтик, и отправлялась бродить по улицам Лондона, исследуя их на свой лад.
Именно там, в одной из уютных маленьких пекарен, над прилавком со свежими булочками она познакомилась со своим будущим мужем.
Ричард Гилмор был старшим подмастерьем уважаемого пекаря, который поставлял свою выпечку ко двору нескольких высокопоставленных особ. Юноша был высок, светловолос и обладал необыкновенно доброй улыбкой, которая покорила Элли вместе с яблочными булочками, которыми он угощал девушку. Спустя три месяца встреч в парке и совместных прогулок молодые люди объявили о помолвке. Тетушка Элизабет была в ужасе, отец рассеянно покивал и чмокнул дочь в лоб. Эйлин решила воспринять это как благословение, и они с Ричардом сыграли скромную свадьбу.
Вскоре после этого Ричард получил расчет в пекарне, где работал прежде, и на накопленные сбережения смог выкупить небольшое помещение для будущей семейной пекарни. Он научил жену всем кулинарным таинствам, которые знал сам, и через несколько лет она могла управляться на кухне не хуже, а может, даже лучше него. Маленькая пекарня «Яблочный пай» начала обрастать постоянными клиентами, и когда Эйлин исполнилось двадцать пять, они уже были хозяевами вполне преуспевающего дела, которое приносило хороший доход и удовольствие. Им удалось выкупить комнаты над пекарней, и теперь у них был собственный уютный дом, о котором Эйлин мечтала с тех пор, как переехала в Лондон.
Это было чудесное время. Даже весть о смерти Ба лишь ненадолго омрачила безоблачную жизнь молодой женщины.
Но, как известно, ничто не вечно под луной.
Однажды осенью Ричард подхватил простуду. Поначалу все выглядело безобидно: легкое недомогание, кашель, головокружение. Эйлин вспомнила все, чему ее учила в свое время Ба, чтобы выходить мужа. Но Ричарду становилось все хуже, через два месяца он слег и уже больше не вставал. Эйлин с ужасом наблюдала у него те же признаки болезни, что когда-то погубила ее мать. Молодая женщина приглашала в дом самых лучших докторов, каких удавалось найти, тратила уйму денег на любые лекарства, но все попусту. Несмотря на все усилия, Ричард угасал, кашлял кровью и отказывался от еды. Будто что-то темное, злое высасывало из него силы и жизнь.
И тогда она пошла на крайние меры.
О демонах, как и любому жителю Лондона, ей было известно уже давно. В силу воспитания Эйлин нельзя было отнести к ревностным католикам, поэтому такое явление, как Посольство ада, открывшееся в городе, она воспринимала… спокойно. Как нечто чужое, чуждое, с чем приходится существовать рядом, но не более того. Демоны и возможности, которыми они могли одарить просящего, не привлекали ее, поскольку ее полностью устраивал текущий порядок вещей. Она была счастлива в своем мирке, но сейчас этот мир рушился, как песочный замок под безжалостным приливом, и не в ее силах было остановить волну.
Значит, нужно было найти эти силы, даже не взирая на то, какой может быть расплата.
Эйлин заключила сделку с демоном, и условие с ее стороны было лишь оно: дать ей возможности, чтобы исцелить больного мужа. Все прошло гладко, и с того момента все что она делала для Ричарда, будто многократно увеличивало свой эффект. Если же его мучила боль, ей достаточно было положить руку ему на грудь, чтобы облегчить страдания. За месяц она смогла поднять мужа на ноги, а через два уже ничего не напоминало в цветущем здоровом мужчине о пережитой болезни.
Открывшиеся способности неожиданно захватили Эйлин. Обладая по природе мягким, открытым сердцем, она не могла пройти мимо больного ребенка или нищего, баюкающего сломанную руку. Она старалась помочь всем, надеясь, что добро, которое она делает, сможет уравновесить то, чем был источник ее силы.
Так продолжалось год. А потом Ричарда убили. Ночью, на улице, ограбили и закололи ножом, как теленка. И никакая сила уже не могла вернуть его.
Эйлин долго оплакивала его. Но рано или поздно любая скорбь тускнеет и превращается в глухую тоску, которая грызет сердце долгими ночами. А жизнь настойчиво и неумолимо стучится в двери и зовет окунуться в беспокойный, шумный мир.
После смерти мужа Эйлин решила продолжить семейное дело. Пекарня по-прежнему приносила доход, и бросить ее или продать казалось предательством по отношению к Ричарду. Чтобы не оставалось времени на печаль, она полностью взяла на себя заботы о лавке, оставив на долю поверенного лишь самую малость. Спокойная, приветливая, сердечно встречающая каждого посетителя теплой улыбкой, день за днем она старается принести в этот мир чуточку добра, сделать его хоть немного лучше. А зачтется это где-то по ту сторону жизни или нет – неважно.

Об игроке

6. Способ связи
ЛС. Если возникнет необходимость, дам ссылку на вк.

7. Пробный пост

Свернутый текст

Город плавился в тигле безжалостного солнца.
Тяжелый, воняющий рвотой, кровью и испражнениями воздух дрожал над мостовыми, и казалось, что стены домов оплывают и текут, будто сделанные из воска. Слабый бриз со стороны моря почти не приносил облегчения, теряясь в путанице узких улиц. Лишь добавлял к царящему смраду запахи гниющих водорослей и рыбы.
Духота льнула к телу горячим мокрым одеялом, в котором вяз звон копыт о мостовую. Лошадь устало шагала по пустой улице. Большинство ставней в домах были наглухо закрыты. Некоторые двери – забиты крест-накрест досками. На побеленных стенах рядом с такими дверьми виднелся намалеванный темно-красным знак, похожий на перевернутую вверх дном круглую колбу. «Смерть». Чем рисовали - то ли краской, ли кровью, издали было не понятно. Приближаться, чтобы изучить отметины, не возникало никакого желания.
Элан вытерла покрытый испариной лоб концом темно-зеленого шелкового шарфа и сжала коленями лошадиные бока, понукая кобылу идти быстрее. Та лишь вяло махнула хвостом и недовольно фыркнула. Ей не нравился лежащий в горячечном бреду город. Не нравились пустые площади и улицы, на которых иногда попадались раздувшиеся от жары трупы. Не нравился унылый колокольный звон, несущийся со стороны главной ратуши. Не нравились бродячие собаки, собравшиеся в стаю и преследовавшие всадницу несколько кварталов. Обнаглевших псин удалось отпугнуть только пущенным в них комком зеленого огня. От него в воздухе остался легкий запах дягиля, который быстро растворился в окружающей вони.
Колдунья вполне разделяла чувства лошади. Таким, как сейчас, Маграб ей тоже не нравился. Она помнила его веселым, пестрым, беззаботным. На улицах в любое время года продавали цветы и фрукты, на центральной площади шумел рыбный рынок, где можно было купить креветок величиной с ладонь. На холме за городом дети запускали воздушных змеев, а по вечерам отовсюду слышалась музыка…
Наверное, все города, в которые приходит болезнь, похожи друг на друга. Висящий в воздухе страх и гнетущее напряжение, которое вот-вот лопнет, как перезревший нарыв на коже. Смрад разложения, люди, испуганно жмущиеся к стенам домов. И тишина.
Вспышка холеры началась три недели назад. После того, как в порт пришел корабль из Сарона. Через два дня в городе заболело шесть человек. Через неделю – тридцать четыре. Дальше болезнь начала косить людей со свирепой жадностью. Когда количество умерших перевалило за сотню, власти установили карантин, перекрыв все выходы из города.
Все это Элан знала из письма, которое пришло от мастера Киркена, старого друга отца. Средней руки торговец специями, у которого последние семь лет закупались жгучий перцовник и коричная кора для семейных аптек, умолял помочь вывезти и принять под крыло своего сына, пока болезнь не перестанет терзать город. 
Отказывать в этой просьбе колдунья не стала. Получив в одном из отделений «Фабьен Клеменз и сыновья» прохладный на ощупь конверт, на котором значилось лишь одно слово: «Алмира», она галопом пронеслась через Витильска и через неделю оказалась в Маграбе.
Лезть в рассадник холеры хотелось меньше всего. Но сделать вид, что ее это не касается, Элан не могла. Толстый, добродушный Киркен не был чужим. Может, удастся вытащить из зараженной зоны не только отпрыска, но и самого торговца.
Свернув на перекрестке, она наткнулась на очередной труп. Творожисто-белое тело в лохмотьях лежало у стены, скорчившись в луже собственной рвоты. Девушка слегка дернула поводья, объезжая мертвеца. Увиденное не вызвало ни брезгливости, ни отвращения. К подобному привыкаешь, когда занимаешься целительством,. Далеко не все отправляются в мир иной на пахнущих лавандой простынях, в печатью одухотворения на лице. Гораздо чаще люди умирают вот так – в грязи, крови и муках, которые уродуют до неузнаваемости.
Возле двухэтажного дома с тяжелой вывеской «Приправы и пряности» она остановилась. Ставни были закрыты, как и в большинстве домов в квартале, но двери не заколочены, и знака на стене не было. Легко спрыгнув на мостовую, девушка привязала кобылу к столбу под навесом и окинула себя критическим взглядом. Узкие кожаные штаны, в которых она предпочитала ездить верхом, до колен покрывала пыль. Темно-серая тонкая рубашка промокла от пота и неприятно липла к спине. Волосы, заколотые на затылке в небрежный пышный узел, растрепались.
Слегка поморщившись, Элан щелкнула пальцами – и вся одежда мигом приняла такой вид, будто ее только что выстирали и отгладили. Бытовая магия всегда давалась колдунье отлично, и это частенько выручало. Заодно помогало сэкономить кучу времени, которое не надо было тратить на стирку, уборку и прочие сомнительные прелести ведения хозяйства.
Пригладив волосы, девушка толкнула дверь и вошла в лавку.
Внутри сильно пахло специями – перцем, шафраном и мускатным орехом. К терпким, щекочущим ароматам примешивался слабый запах нечистот и ладана.
- Мастер Киркен?
Над ладонью вспыхнул бедно-зеленый огонек, разгоняя душную полутьму и освещая помещение, заставленное шкафами с коробками и мешками. За пустым прилавком виднелся короткий коридор, ведущий в глубину дома. Из-за приоткрытой двери в дальнем конце сочился тусклый свет
- Эй, есть кто-нибудь?
- Лавка закрыта, – слабо донеслось из-за двери.
- Мастер Киркен, это Элан Алмира. – Колдунья двинулась вперед, обходя какие-то тюки, раскиданные по полу. – Я приехала за вами с Магнусом.
В коридоре на полу вперемешку валялись книги, одежда, еще какой-то скарб. Тут же стоял стул, на который девушка чуть не налетела. Создавалось впечатление, что кто-то в спешке собирался в дорогу, но потом вдруг все бросил.
За дверью оказалась просторная комната, заставленная приземистой мебелью. У стены стояла кровать, на которой в ворохе одеял лежал человек. При виде вошедшей он попытался приподняться, но тут же со стоном упал обратно.
- Элан… Все-таки дождался… Думал, вы не получили письмо.
- Все хорошо, мастер Киркен, - ответила девушка, шагнув в комнату. – Мы вытащим вас вместе с Магнусом и…
Тут она прикусила язык, потому что увидела в комнате еще одного человека. Быстрым взмахом руки погасив огонек, она слегка прищурилась, глядя на незнакомца:
- Кто вы такой?

Отредактировано Ailyn Gilmore (15 февраля, 2019г. 20:55:00)

+1

2

Добро пожаловать в Brimstone!
Приятной игры, и да будет море милостиво к вам

Заполнение профиля   ●   Координаця игры   ●   Вопросы к АМС   ●   Шаблон игрового эпизода

0

3

На переработке по просьбе игрока

0


Вы здесь » Brimstone » Архив анкет » Ailyn Gilmore