Brimstone
18+ | смешанный мастеринг | эпизоды

Англия, 1886-1887 год. Демоны, дирижабли и лавкрафтовские чудовища

Brimstone

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Brimstone » Лондон и Англия » O tempora, o mores!


O tempora, o mores!

Сообщений 1 страница 29 из 29

1

https://i.ibb.co/w4dKG12/tumblr-p3zwxk-AZ2v1rzwvopo8-400.gif

https://i.ibb.co/vjY11Hy/tumblr-pf4c3sa1q61tbrdouo2-250.gif

https://i.ibb.co/FbKX13r/obrezala.gif

https://i.ibb.co/87txsdf/image.jpg

Violetta Bryant & Christopher Santar
Мрачный Лондон и окрестности , 2 декабря, 1886 год


Невольно изречёшь: o tempora, o mores! —
Когда поразглядишь, какая в жизни горесть

Отредактировано Violetta Bryant (31 января, 2019г. 16:36:28)

0

2

Буквы на бумаге были выведены с завидным изяществом, старательно наклоненные в одну сторону, с красивыми закорючками, выдающими женские руки, державшие ручку и надавливающие на нее не с той грубой силой, с которой обычно это делали мужчины. Кроме того, от конверта веяло сладостью дорогих духов, а мальчишка передавший ему письмо, ретировался также внезапно, как и возник. Разумеется, бумага сгорела сразу же, как взгляд Кристофера коснулся последних букв - подписи отправителя – письма от таких особ предполагалось сжечь после прочтения, так, на всякий случай.
Ему казалось, что он больше не увидит ее, выдохнет и не вспомнит, что есть кто-то еще, кроме обычных людей, окружающих его. Вот только их прошлая встреча была слишком яркой, как и обладательница рыжих волос, написавшая письмо, чтобы так просто отправить эти воспоминания в раздел «не нужные» и завалить грузом более актуальных мыслей.
К тому же, воспоминания иногда сами появлялись в голове. Например, когда он обнаруживает в одном из ящиков стола зачарованную булавку, задумчиво вертит ее в руках, словно бы примеряясь и прикидывая, что ему полагается чувствовать и что лучше теперь с ней сделать, но отвлекается на разложенные  на столе документы и очень скоро напрочь забывает о чем бы то ни было еще. Когда он вспоминает о ведьме в следующий раз, он с удивлением обнаруживает, что давно не был на скачках, да и сильного желания посетить их как ни странно нет, впрочем, вряд ли что-то сможет впечатлить его больше, чем тот раз.
Сегодня прошлое снова дало о себе знать, хоть и не самым ужасным образом, но опасения, таившееся где-то глубоко, уверенно всплыли на поверхность. Кристофер непременно ожидал какого-то подвоха, но это же и раззадорило его любопытство, ведь девушка написала ему явно не из-за того, что соскучилась. Любопытство и предвкушение новых впечатлений оказались сильнее рациональности, к тому же Сантару безумно хотелось узнать в какой же отчаянной ситуации она оказалась, решив встретиться с ним поздним вечером, скрываясь от взгляда мимо проходящих людей в парке.
Он принял решение, и он колебался. Когда стрелка часов подходила к восьми, он стоял, опершись о подоконник, смотрел, как включаются фонари, освещая лондонские улочки, по которым стремительно носились люди, опережая друг друга в попытках как можно скорее попасть домой. Он не спешил выходить, словно опасаясь подвоха, Кристоф понимал, что та женщина, которую он знал, не стала бы так идиотски врать, чтобы заманить его в ловушку, она бы сделала это более изящно, но прошло уже столько лет, люди постоянно меняются.
И все же в девять он покинул дом. Просто шел вперед, пытаясь отвязаться от ненавистного чувства предвкушения скорой встречи. Кристофер замедлил шаг лишь заметив фигуру, стоявшую в тени недалеко от фонарного столба. И хоть в темноте было не особо видно очертания лица, Сантар был уверен, что перед ним стоит его старая знакомая.
- Шарлотта, - Он не смог удержаться от ехидной ухмылки, нарочно упоминая вымышленное имя девушки. – Доброго вечера, надеюсь, вы не замерзли, пока ждали меня. - Вечная формальная вежливость не отступала даже сейчас, хотя смысла в ее проявлении в данный момент было не больше, чем использовать против сильнейшего пожара лейку для полива комнатных растений
- Не думал, что мы встретимся снова.

Отредактировано Christopher Santar (13 января, 2019г. 18:00:49)

+2

3

Ведьму последние две недели  преследовало состояние подозрительного неприятного отчаяния. И хотя вино она пила в тех количествах, что и раньше, оно казалось ей безвкусным, бесцветным и не влияющим на одолевающее ее голову неразрешимые задачки.  А у Виолетты в ее рыжей и такой с виду безобидной голове поселилась мучительная идея фикс, которая не давала ей покоя своей недостижимостью. Магия ведьм, как она до недавнего времени полагала, вещь практически всесильная, хотя возможно так оно и есть, если твой возраст перевалил за пару сотен лет, но для Летти несмотря на солидный стаж постоянно находились разнообразные препоны и недостижимые фокусы, о которых приходилось только мечтать, исходя завистью и ядом. Вот и теперь, стоило ей загореться желанием поговорить с давно отправившимися в мир теней коллегами, как она потратила несколько дней на поиск способов воплощения своего каприза, и сильно расстроилась, осознав, что для вудуисток – это легко и не принужденно, а вот для ведьм ее уровня крайне муторно, если конечно…А вот тут начиналось самое интересное и самое непреодолимое, как оказалось,  для Виолетты препятствие, которое в конечном итоге и привело ее в центральный парк в такой темный и поздний час да еще и в гордом одиночестве. Почти.
Обращаться за подобием помощи к Сантару она считала огромной глупостью еще на стадии написания записки и очень рассчитывала, что он просто не явится, хотя в глубине души  очень надеялась, что он придет, и ничего не могла с этим поделать. С его стороны приходить было таким же неразумным, как с ее стороны его звать. А парная неразумность, как известно, приводит к поразительным результатам.
Ведьма сидела на лавочке, откуда открывался прекрасный вид на главную аллею в компании своей очаровательной собаки-фамильяра, и задумчиво перебирала колечки на пальцах. И хотя на улице погода не располагала к долгим прогулкам, она пришла намного раньше положенного, что бы проверить это очаровательное место на наличие какой-нибудь коварной засады или других неприятных сюрпризов.
- Не смотри на меня так, я не собираюсь идти туда, я же не настолько отчаялась, - она косится на собаку и хитро улыбается. Виолетта вовсе не исключала, что Кристофер явится на встречу с керосином и факелами или револьвером или с компанией бравых молодчиков, у которых на лбу пропечатано «ведьмоненавистники». Осторожность ей редко изменяла, так что она великодушно решила предоставить радость первой встречи своему верному коротколапому слуге, которого легким движением пальцев и несложным заклинанием, обратила в свою полную копию, которая хоть и была иллюзией, но более чем правдоподобной.
-Принц, лапушка моя, иди встань где-нибудь в свете фонаря, а я буду наблюдать отсюда.
Благо ждать пришлось не очень долго, вопреки ее предположениям мужчина все-таки пришел и из укрытия даже казался вполне безобидным. Она естественно еще пару минут остается в тени и тихо посмеивается, наблюдая за односторонним диалогом, а после едва слышно приближается сбоку и насмешливо смотрит, чуть склонив голову к плечу.
- И Вам доброго вечера, мистер Сантар, - уголки губ на мгновение приподнимаются вверх, изображая улыбку, - Вы, конечно, можете  звать меня Шарлоттой, но мое имя Виолетта, - Летти хлопает в ладоши и фамильяр обращается обратно в маленькую низкопосаженную собаку с добродушным взглядом, - А я в свою очередь не ожидала, что Вы придете, - она хмыкает, - Познакомьтесь с моим верным другом Принцем, он Вас не тронет, если будете хорошо себя вести, - пес почти сразу исчезает в направлении, известном только им с ведьмой, оставляя за собой только звук шуршащей листвы.
- Столько лет прошло с нашей последней встречи, удивительно, правда? Возраст Вам, кстати, к лицу, - она усмехается уголками губ, прищуривая хитрый лисий взгляд.
- Надеюсь, это Вас не сильно расстроит, но я позвала Вас в столь поздний час в это темное жуткое место вовсе не потому, что соскучилась, - как ни странно в парке в это время действительно не было ни души, можно было творить любое беззаконие и никто не схватит за руку, какая соблазнительная возможность.
- А Вам не страшно? Или любопытство сильнее страха? Или…дайте угадаю…вам скучно? Вы поэтому пришли? –она даже позволяет себе немного похихикать, - Пойдемте прогуляемся, я и правда немного замерзла ждать Вас, - Летти довольно нагловато берет его под руку, их все равно никто не видит, а так он точно от нее никуда не денется.
- Кристофер, не для кого не секрет, что Ваша знатная фамилия почти гремит на весь Лондон, для Вас распахиваются многие двери, даже те, открывать которые у Вас нет никого желания, - она задумчиво протягивает фразы, смотря куда-то в сторону на тусклый свет фонарей, - Вы же слышали о леди Олфрид и ее ежегодном приеме? Мне очень-очень нужно туда попасть, но сама я не могу достать приглашение…- она едва сдерживается, чтобы не топнуть ножкой от все еще терзавшего ее по этому поводу раздражения. Как выяснилось, известность актрисы и хорошенькое личико и магия способны отворить не все двери в этом городе, так например двери надменной и своенравной леди Олфрид открывал только титул, которого у Виолетты не было и вот так запросто наколдовать его было невозможно.
-Я не могу, а Вы, конечно же, сможете…понимаете куда я клоню? – она останавливается и пристально на него смотрит, немного выжидательно,  с хитрым лисьим прищуром. Она могла бы, конечно, откровенно пофлиртовать, построить глазки, выдать пару льстивых комплиментов, как делала обычно, но что-то ей подсказывало, что для Сантара это не станет аргументом в ее пользу.

+2

4

Магнетизм - вот что отличает зиму от всех пор года. Снег особенно задумчиво кружится в порывах ветра - как-то очень медленно, будто заторможенно, усыпляя, убаюкивая. В отличие от людей он никуда не спешит - ему не нужно быть в нужном месте и в нужное время, все это он выбирает сам, независимо от чужих чаяний и желаний. Вот и сейчас ветер сменил направление. Кристофер слегка поежился: то ли от неприятного чувства холода, то ли от всего происходящего в парке.
Казалось, ветер подхватывал его слова и уносил прочь от женщины, которой они были адресованы, не вызывая реакции, оставляя после себя  лишь тишину. «Доброго вечера, мистер Сантар.» - звук женского в клочья разорвал вечернее спокойствие, Кристоф совсем немного вздрогнул, резко поворачивая свое лицо в нужную сторону. Он уставился широко раскрытыми глазами прямо на ведьму, позволяя молчанию затянуться чуть сильнее, чем ему того хотелось.
- Виолетта – Повторяет он, словно пробуя имя на вкус. – Летти, полагаю для близких кругов. – Женщина все еще стояла в тени, будто бы выйди она на свет фонаря, он бы обжег ее кожу. Он почти сделал шаг назад, когда она решила наконец выйти на свет, но смог остановить себя от неразумного действия. Кристоф сразу посмотрел на ее лицо, отмечая, что оно практически не изменилось, разве, что в лисьем взгляде появилось больше самоуверенности. Он не видел ведьму уже... А сколько? Чуть нахмурившись, Кристоф попытался вспомнить, сколько же прошло лет с момента из последней встречи, но этот элементарный факт ловко извиваясь, уходил из-под его цепких рук и взгляда.
Сантар  не ответил на комментарий про ее сомнения, потому что и сам до последнего момента думал, что не придет. К чему лукавить: друзьями они не были, не особенно много общих событий связывало их, а то, что было, давно потеряло большое значение. Каждый шел той дорогой, которой хотел или должен был, и их пути бы никогда не пресеклись, если бы не одно скверное "но", извечно приносящее проблемы каждому человеку – жизнь ужасно непредсказуемая вещь.
- Может  я как истинный джентльмен просто не смог проигнорировать письмо женщины, в котором явно проскакивали строки о помощи. - Он не спеша двинулся с Виолеттой по парку, уголком рта вздернувшимся вверх, отмечая ее незамысловатый жест. Летти словно боялась, что Кристофер передумает и решит уйти. Что ж, он же в ответ накрыл своей ладонью ее запястье, словно предупреждая, что если хоть одно движение Сантару не понравится, он с легкостью сломает тонкую кисть девушки. Парк опустел, оставляя этих двоих вести разговор, который вряд ли бы произошел в любом другом месте. Со стороны они, наверняка, выглядели молодой красивой парой, прогуливающейся по парку, а не двумя опасными хищниками, готовыми в любой момент атаковать друг друга.
- Леди Олфрид? -Последняя фраза ведьмы вызвала больше эмоций, чем все, что было до нее. Он усмехнулся, издал тихий смешок Ее слова удивляли почти так же, как письмо, что он держал в руках пару часов назад. Это не была постановка, ложь или проверка на прочность, это было что-то иное, но Кристофер пока не мог понять что.
- Скажите, Виолетта, вы же слышали, что все приемы леди Олфрид носят слегка… специфический характер?  Вы явно не похожи на человека, который разделяет ее увлечения. Сам я там, конечно, не был, но по рассказам знаю , что она умеет удивлять не в самом хорошем смысле этого слова. Если вы вдруг решили выйти в высший свет, я бы вам посоветовал выбрать менее экстравагантный прием. - Не без доли сарказма произнес Кристофер. Он понимал, что дело тут не только в желании покрасоваться перед простыми смертными,  для этого Летти могла бы выбрать любого мало мальски известного своей фамилией простака.
- Но, признать,  я польщен тем, что вы так доверяете мне свои сокровенные желание,-Кристофер одарил девушку улыбкой, зубы сверкнули в полутьме опасным оскалом.- Но почему я должен это делать? Уверен, у вас много друзей, Виолетта. Что насчет вашего демона-покровителя? Нет, вы конечно правы, я действительно могу провести вас на этот прием, но боюсь,  в тот день я буду очень занят. Разве что.... Разве что ты мне можешь предложить нечто особенное, то что меня заинтересует. Думаю, у тебя может получиться.

Отредактировано Christopher Santar (17 января, 2019г. 16:55:35)

+2

5

Ведьмы, такой уж у них нрав, к любым людским присказкам относились с нездоровым скепсисом, Виолетта не была исключением. Только сейчас ей почему-то вспомнилось, как она не раз слышала от коллег по театру или щебетливых девушек на приеме, что чем холоднее у человека руки, тем меньше в его сердце душевного тепла. У Сантара руки были даже холоднее ее собственных, и хотя в этом вполне разумно было бы винить погоду или позабытые дома перчатки, в ее голове промелькнула мысль, что беседует она с себе подобным, так что руку ведьма все-таки осторожно высвободила и даже немного отодвинулась в сторону.
В парке было на удивление тихо, настолько, что их голоса казались до безобразия звучными, словно бы разносящимися по всей территории, плутая между деревьями, запутываясь в опавшей листве, беспокойно шуршащей от поднимающегося ветра. Ведьма тяжелым взглядом посмотрела на кроны почти облетевших деревьев и наморщила нос, ловя на ладошку очевидно потерявшийся во времени неизвестно откуда появившийся желтый кленовый лист.
- А когда Вы говорите «специфический», что конкретно вы имеете ввиду? Что-то безвкусное? Жестокое? Паранормальное? – Летти вопросительно выгибает бровь, бросая на Кристофа заинтересованный взгляд, старательно скрывая свое любопытство, - Понимаете в чем дело, кому бы я не задавала этот вопрос, никто не смог дать мне вразумительного ответа, будто бы им память отшибло, стоило пересечь порок этого рокового дома, - она усмехается, едва качнув головой. Ведьма не лукавила, она и правда чинила допросы направо и налево всем знакомым лордам и графам и их неумным по темпераменту женщинам, но все они как-то глупо хихикали или заливались краской, иногда выдавали размытые и невразумительные комментарии, которые не давали ни малейшего понятия  о подноготной события. Впечатление складывалось, что все они дали слово молчать и боялись его нарушить или же не хотели рассказывать, а оба эти варианта ведьму немного напрягали. Она, конечно, могла бы заставить их говорить, для этого не требовалось сложных заклятий, всего лишь немного магии, но и тут у нее возникла неприятность. Виолетта последнее время испытывала странную неприятную слабость, ощущала себя чуть более  уязвимой и человечной, отчего периодически  озирались по сторонам немного взволнованно, будто ее внутри грызло непривычное беспокойство. Раньше Виолетта с подобным не сталкивалась, а мысль о том, что оказывается, ее магия может иметь какой-то вполне видимый придел, не давала ей высыпаться уже которую ночь.  Все эти обстоятельства и развитое ведьминское чутье ясно дали ей понять, что растрачивать колдовство на глупости вроде внушения смертным ради информации не стоит. Всякое может произойти, а она не знала, сколько продлиться ее бедственное положение, и хотя у нее была парочка козырей, что помогли бы ей восстановить силы, прибегать к ним раньше времени она не была намерена. Поэтому ей пришлось пользоваться привычными методами вроде обаяния и актерской популярности, ни один из которых результата в итоге не дал.
Виолетта краем глаза заметила собаку, замершую посреди аллеи метрах в пятидесяти от них, ведьма  слегка сердито  посмотрела вперед и резко свернула на узкую петляющую тропку, ведущую вглубь парка.
Она даже не повернула головы, только криво улыбнулась, услышав его вопрос.
-Знаете, если бы Вы согласились помочь просто так, я бы решила, что Вы нездоровы, или что это вообще не Вы, и тут же сбежала, но теперь я могу быть спокойна, - она бросает на него короткий взгляд, - А у вас еще остались друзья? Можем извести еще кого-нибудь из них… Могу приворожить для Вас кого-нибудь хорошенького, наградить ночными кошмарами кого-то из ваших недругов? – она насмешливо загибает пальцы, а сама напряженно думает о том, что ей чертовски нужно попасть на этот прием и заполучить проклятый морион, а какую цену назначит ей эгоцентричный Кристофер и предположить страшно. Нет, у нее конечно хватит сил на скромное проклятье и даже на пару, но выделывать акробатические трюки было бы неразумно даже ради достижения столь привлекательной цели.
- А чем ты можешь быть занят? – Летти цокает языком, подхватывая его язвительный тон, - Прежде чем написать тебе, я не поленилась поспрашивать у щебетушек про твою именитую персону, жив ли ты, не утратил ли рассудка. И вот удивительное дело, все в один голос пересказывают нехорошие сплетни. Я, конечно, сплетням не верю, но все и тут и там болтают, что у тебя неприятности, ты все меньше проводишь времени в свете, становишься нелюдимым и нервным, - она хмыкает, останавливаясь в свете тусклого фонаря.
- Так что очевидно в твоих планах было сидеть дома, жалеть себя и много пить? Да будет тебе известно, это можно делать и на приеме у мисс Олфид. А в компании такой прекрасной леди, как я,  тебе еще не доводилось нигде бывать и не доведется, - Виолетта вздергивает свой маленький носик и поправляет рыжие локоны, ни капли не растрепавшиеся на ветру. Даже не смотря на усталость и уязвленное самолюбие, она всегда оставалась ехидной и хитрой, с прищуренным взглядом, который под желтым светом, казался изумрудно зеленым.
- А еще ведьмы, как Вам, должно быть, доводилось слышать, отлично могут способствовать в разрешении любого рода неприятностей и пресечении сплетен. Думаю, теперь Вы просто не можете не согласиться, так? – она поплотнее запахивает полушубок и многозначительно на него смотрит. А потом едва ли не подпрыгивает на месте, услышав громкий собачий лай буквально в метре от них.
- Да чтобы тебя, - фыркает ведьма, - Иногда просто ненавижу эту псину…

+1

6

Погода была не рассчитана для встреч. Хотя, зависит от того, какого характера будут эти самые встречи. Под мелким снегом самое идеальное – вести подозрительные разговоры. Или же бегать за руку с любовью все своей жизни. Из крайности в крайность. И оба варианта казались Кристоферу достаточно сомнительными, и по-хорошему ему стоило бы прислушаться к голосу разума, уйти и забыть об этой встрече. Страшно представить, как отреагирует отец, узнав, что его наследник помимо демонов еще и с ведьмами время проводит. Но, вопреки всему, Сантар почему-то остается и продолжает вести разговор. Возможно Виолетта права – всему причиной банальная скука.  В последнее время он  словно был окутан проволоку гнетущей лени с примесью раздражения, из-за окружающего его карнавала таких простых и блеклых личностей.
А эта рыжая ведьма одним своим появлением разрывает липкую паутину скуки, слишком яркая на фоне остальных, несущая за собой хаус и полное отсутствие спокойствия, пробуждающая в Сантаре живой интерес.
- Занимательная формулировка, Летти, - он нарочно назвал ее сокращенным именем.  Фамильярно? Возможно. Но честно - просто плевать. - Я сделаю вид, что учел твою трогательную заботу о моем досуге. И конечно же до ужаса польщен, что такая «прекрасная леди», словно безумная почитательница, следила за моей жизнью. – Темные глаза смерили девушку насмешливым взглядом.  Это противостояние походило на осторожную битву Титанов. Высоких, прекрасных в своем воплощении. Каждый силен и каждый понимает силу другого. Они умны для этого, но временами сомневаются в том, что достаточно умны для сложной хитрости. Никогда точно не знающие о том, что у другого не имеется козыря в кармане. Они идут бок о бок почти как пара, но изредка кидают опасливые взгляды в сторону друг друга. Оценивают, глубоко вдыхают воздух в легкие, надеясь уловить тлетворный аромат страха и опасений.
Слова Виолетты  походили на мелодичное урчание, а она сама напоминала со стороны ничуть не менее ловкую хищницу. Лисицу, умеющую обманывать своим томным взглядом и безукоризненно огненным окрасом блестящей шерстки. В ее голосе отчетливо слышались хитрые ноты. Они же отразились в глазах. Она была смелой и кажется слишком многое могла себе позволить, чтобы получить желаемое. Вот только чего она хотела на самом деле? Дело ведь было не только в приеме.
- Я не могу точно сказать, что не так с этим мероприятием, знаю лишь .что каждый год все там совершенно меняется, в отличии от твоих предложений. Я думал за столько лет ты научилась чему то большему, чем привороту или наложению легкой порчи. Что ж, видимо я был слишком высокого тебе мнения. -  Копируя ее насмешливый тон и улыбку, произнес Кристофер, всем видом показывая как сильно разочарован в способностях девушки.
– Впрочем, может ты все же научилась творить более впечатляющие вещи: говорить с мертвыми, создавать артефакты, быть чуть более полезной, чем уличная гадалка. Тогда, возможно, мы сможем договориться. - Кристофер не сдержал тихий смешок и прищурился. – Я добуду приглашения, а цену назову по итогам вечера. – Тоном не терпящим возражений произнес Кристоф. Этой даме переодически явно было надо напоминать о том, что будут люди на ступень выше ее самой. Например, он. Может быть когда-то у нее и получится сравняться с ним. Но не здесь и не сейчас.
- Кстати, боюсь, твоего лохматого приятеля придется оставить дома, не думаю, что на прием пускают с животными. – Произнес он вместо прощания прежде, чем раствориться в веерной темноте.
***
Сколько себя помнил, Кристофер получал все, чего бы не пожелал получить. И это случалось не рано или поздно, как принято ожидать, а точно в срок, именно тогда, когда повелительные жест руки потянется за тем, что уже принадлежит ему. Поэтому ему не составило труда достать приглашения и в назначенное время появиться у особняка мисс Олфид, галантно пропуская свою спутницу вперед. Да, все-таки как же она великолепна. Кристофер даже поймал себя на мысли, что если бы он не был тем, кто он есть - давно бы утонул в ее чарах, став слепым пленником ее красоты. Но Сантар был слишком высокого мнения о себе и, согласившись провести с ней вечер, уже делал великое одолжение.
- Что ж, настало время удовлетворить твое любопытство, возможно слухи просто приукрашены для привлечения внимания. – Шепотом произнес Кристоф, оглядываясь по сторонам. Что ж, как оказалось даже Сантар может ошибаться. Все его доводы рассыпались буквально на входе, когда встречавший гостей слуга объявил, что всем участникам сегодняшнего вечера обязательно нужно выбрать маски. Паранойя тут же дала о себе знать,  а потому Кристоф замер, насторожился, недоверчивым взглядом прожег слугу, а после все же обратил взор на предоставленный им выбор.
- Позволишь? – Кристофер протянул Виолетте свой выбор. Это была легкая  изящная маска ручной работы в виде морды лисы с золотыми блестками у глазниц, которая для удобства закрывала лишь глаза, оставляя остальную часть лица свободной.
- Уверена, что точно хочешь участвовать в том, что бы здесь ни происходило? – Для надежности удостоверился он, понимая, что как только они вступят в зал, вряд ли им удастся так легко сбежать.

+1

7

Виолетта обладала талантом, недоступным многим богатым и знатным леди из лучших домов Лондона. Она, со своей копной рыжих волос и несменным выразительным прищуром голубых глаз могла  непринужденно и естественно вписаться в любую компанию, даже будь эта компания ей совсем не по рангу, не по нраву или даже не по интересам. Поэтому сейчас она вышагивала до невозможности уверенно, словно позабыв, что ее саму сюда не очень-то приглашали. Другая бы впала в смятение от одной мысли, что ей, девушке без рода и племени, придется несколько часов к ряду находится среди напыщенных лордов и графов и их вычурных обвешанных драгоценностями женщин, но Виолетте вот уже лет десять подобные мысли были просто не доступны, она априори считала себя лучше и достойнее всех присутствующих здесь дам и гораздо смекалистее и умнее каждого из прибывшего на прием мужчины, кроме разве что одного…Летти косится на шедшего рядом с ней Сантара и кривит губы.  Внешне они, впрочем,  ничем не отличались от многих других пар, приехавших на бал за пару минут до них и уже шествующих вверх по широкой мраморной лестнице, прямиком к огромным дверям из красного дерева, открытием которых заправляли два рослых швейцара, пристально изучающих всех проходящих внутрь немигающими холодными взглядами. Это ее вовсе не удивило, как и богато убранный холл, где собралась небольшая толпа, жаждущая попасть в большой зал, но замешкавшаяся с прическами, платьями или перьями, по нелепой случайности соскользнувшими с дамской шляпки прямиком на костюм заносчивого кавалера. А вот маски вызвали у ведьмы, если не удивление, то легкое недоумение. Хотя, это можно было объяснить яростным стремлением к приватности или к элементам венецианского карнавала, атрибутика и стилистика которого была так популярна пару лет назад.
- Если хотели, чтобы личности присутствующих остались нераскрытыми, следовало предложить гостям холщовые мешки, - говорит она еле слышно, не стирая с лица надменной улыбки. Она покорно соглашается с выбором Кристофера, исключительно потому, что ей было безразлично, да и лисья мордашка, была приятной насмешкой над ее истинной личностью, а так же идеально сочеталась с ее платьем и волосами. Летти бросает ленивый взгляд на поднос.
-А ты возьми черную, - она усмехается, легко качнув головой, - И не стоит так беспокоится, ничего страшного с тобой не произойдет, а со мной тем более, чтобы там не было за этими дверями, - она произносит это с непоколебимой уверенностью, которой естественно на тот момент не чувствует. Окажись она здесь, например, с Гидеоном, эта фраза звучала бы намного уместнее, ведь подле демона ей и правда ничего не угрожало, а сейчас нужно было все-таки поглядывать по сторонам для надежности. Виолетта, впрочем, не была беспечной, а потому прихватила с собой свою верную псинку, что сейчас наслаждалась красотами сада, но стоило ее позвать, нашла бы способ проникнуть в мрачные коридоры поместья, то ли через подвал, то ли через водосточные трубы. В этом был огромный плюс фамиляров, имея внутри бестелесную сущность, они легко просачивались даже в щели каменной кладки на помощь своим хозяевам, чем не могли похвастаться настоящие питомцы. 
- Если так тебе пожелается, сможешь раствориться минут через тридцать. Думаю, больше ты мне не понадобишься, - бросая на себя взгляд в зеркало, она поправляет пару непослушных рыжих прядей, неудачно попавших под атласные завязки маски, - А если совсем сильно испугаешься, можешь, так и быть взять меня под руку, - ей бы очень хотелось посмеяться, но их окружали такие напыщенные с виду благовоспитанные зануды, что она предпочла разумно смолчать.
Наконец, через высокие, увитые золотыми и серебряными вензелями, двери их пропускают внутрь огромного, по всем Лондонским меркам, зала. Если бы присутствующие были чуть менее чопорными, очевидно отметили бы, что сделано помещение было с королевским размахом, такими высокими были потолки, такими изящными своды и многочисленными витражи и окна, все полностью занавешенные тяжелыми шторами из бархата, лишь бы не пропускать ни капли пусть даже ночного, но света.
Спустя пару мгновений нахождения здесь, а если быть точным, спустя пару вдохов, можно было явно ощутить, что весь зал был окутан густым плотным дымом, разных ароматов и оттенков, можно было подумать, что ты попал в курительную, принадлежащую изобретательным на сорта табака туркам. Здесь слышались и ароматы дикой вишни, и мяты и даже нотки корицы, но все они своей яркой привлекательной свежестью скрывали за собой истинное назначение дымовой завесы, о которой, простые обыватели не знакомые с опиатами, просто не могли догадываться. В плотной дымовой завесе тут и там мелькали силуэты в красивых бальных платьях и дорогих костюмах и масках, из-за чего казалось, что зал наполняли тени, а не люди.
Виолетта вдруг понимает, что уже с минуту просто неподвижно стоит рядом с Кристофером и хлопает глазами, чего ранее за собой не замечала. Откуда-то справа появляется фигура официанта с позолоченным подносом, на которой стоит множество бокалов, украшенных металлическими фигурками диковинных птиц. Прежде чем взять бокал и благодарно улыбнуться, ведьма отмечает, что услужливый слуга одет только ниже пояса, а сверху представляет собой покрытый блестящей субстанцией идеальный образец из атласа по анатомии, и судя по атлетическому сложению, очевидно, имеет в предках кого-нибудь из спартанцев, римлян или гордых македонцев. У Виолетты хватило сдержанности просто взять бокал, хотя бы потому, что вино она любила много больше мужчин, а вот другие дамы смело оставляли на живой игрушке отпечатки своих пальцев, почему-то не стесняясь пришедших с ними кавалеров.
Вино же на поверку имеет какой-то неприятный и подозрительный привкус, отчего ведьма хоть и не морщиться, но тут же отнимает от губ бокал.
-Не пей это, - шепчет она Сантару, - Думаю, тебе вообще не стоит пить ничего, кроме того, что я тебе скажу. Черт знает что…вино то зачем портить? – избавляясь от приступа негодования, она тут же возвращает на лицо миловидную улыбку и идет прогуливаться по комнате, внимательно изучая взглядом почти скрытые лица присутствующих.
Ближе к центру зала на высоких постаментах заворожено двигаются тоненькие девушки, сжимающие в руках лоснящихся переливающейся в свете свечей чешуей змей. Танцовщицы обвивают их вокруг своей точеной талии, заключают в кольцо тонких рук, раскрашенных мехенди до самых предплечий. На теле их при ближайшем рассмотрении можно разглядеть многочисленные символы и татуировки, которые стали доступны любому даже не вооруженному глазу потому, что из одежды на девушках были лишь многочисленные нитки тяжелого белого жемчуга, диадемы и пару колец на пальцах ног.
- Сдается мне, что это Верховный судья, - умозаключает ведьма ехидно, кивая на мужчину, оцепеневшего от этого зрелища, и не желающего сдвигаться с места, несмотря на увещевания сопровождавшей его дамы. Летти злобливо отмечает, что все женщины, проходя мимо жемчужных гетер, как-то боязливо вцепляются в своих мужчин и шипят, даже громче, чем гадюки в руках танцовщиц. Однако, ведьме такое поведение было совсем не ясно. Ее интересовала только хозяйка вечера, которая пока не явилась на собственное мероприятие, и пожалуй, вино, которое здесь оказалось подпорчено каким-то хитрым экстрактом о происхождении которого оставалось только догадываться.
- Тебе необходимо немедленно раздобыть нам пару бокалов воды, - она загадочно улыбается, переводя взгляд на Сантара.

+1

8

Виолетта всегда была щедра на любезности, вот только Кристоф фильтровал ее сарказм достаточно умело, чтобы не позволить цепким  лапкам  обиды захлестнуть его, он просто коротко фыркал, осматриваясь по сторонам. Стоило признать, что это был вечер, полный абсурда. Между ними двумя не те отношения, не те расстояния: разрыв между статусом в обществе огромен, но все же у обоих  над головами блестят невидимые венцы, а горят глаза в немом превосходстве и уверенности. И эта схожесть даже нравилась Сантару.
- Исчезнуть через тридцать минут? Уверена, что хочешь оставаться здесь одна, ведь мы могли бы присоединиться к тем двоим молодым людям. – Кристофер кивнул на парочку, страстно прижавшихся друг к другу, они даже не успели войти в зал, но уже не вызывали какого-либо удивления в глазах гостей. – Такое ощущение, что дама была слишком говорлива, а юноша решил заткнуть ее лишь таким известным ему способом, а может она упала в обморок и тот делает ей искусственное дыхание. Хотя для того, кто в обмороке она как-то слишком активно водит руками. Кажется, она его сейчас съест. – Кристоф слегка улыбается уголками губ, отмечая про себя, что та же Лили за подобные сравнения прожгла бы его осуждающим взглядом. К счастью, сейчас он был в другой компании.
Они входят в парадный зал, удачно притворяясь кавалером и дамой, чувствуя как рябит в глазах. Вокруг разодетые люди, кто во что, но все яркие, стильные и, видимо, одетые по последней моде. Повсюду какой-то дым, что разносит по помещению сладкий запах с ноткой цитруса, немного деревом,  дорогой запах, рождающий ассоциации, связанные с чем-то далеким, неясным, волнующим. Слышится сигаретный дым, еще немного алкоголя и опиума. Одновременно со всем этим безумием по ушам бьет  дикая музыка, выколачивая из головы последние остатки ясных мыслей, заставляя поддаться общему неосознанному массовому психозу и помешательству: тут много таких… Через одного. Полуголые дамочки, стильные мужчины, а есть и такие, о ком сразу не скажешь, какого он пола… Или она…
- Ты предлагаешь мне пережить этот вечер на трезвую голову? – Морщится Кристоф, но от предложенного ему официантом вина все же отказывается. –Неужели на ведьм не действует алкоголь, опиум, что-то еще? – Вполголоса интересуется мужчина, стараясь занять удобную позицию, которая позволит расположиться в стороне, но обеспечит хороший обзор всего происходящего.
- Знаешь, в Индии я видел множество подобных представлений, люди там играют со змеями, словно они безобидные зверушки. У них буквально некий культ змеи. У них даже читается, что змея олицетворяет вечное движение, выступает воплощением души предка и хранительницей дома. Я вдоволь тогда насмотрелся на них – опасные твари, но кто бы мог подумать, что этих существ может усмирить музыка. – Кристофер медленно облизнулся, изучающе взглянув на постаменты скучающим взглядом. Не то чтобы ему было скучно. Просто он привык так смотреть. Безучастливо и равнодушно. Он редко показывал интерес. Тем временем шоу продолжалось. Красным - цвета бычьей крови – был костюм на теле появившейся танцовщицы. За ее убранными волосами алел большой цветок. Ее партнер - в черном - облачен лишь в набедренную повязку.  Музыка прерывистая, как возбужденное дыхание. Страстная. Яркая. В подобном освещении лица танцующих казались плотоядными, взгляд пожирал партнера.
- Неужели у тебя в горле пересохло от такого зрелища? Что ж, можно и воды. Все для прекрасной дамы, - не ясно, сколько в голосе иронии, сарказма или искренности, но ясно, что Летти не самый частый гость в подобных кругах, иначе сама бы добыла им воды, ведь все просто.
- Прошу принесите нам два стакана воды, у дамы слегка кружится голова от духоты. - Сантар для этого берет проходящую мимо официантку за локоть, чуть наклоняя ее к себе, и заглядывая той в глаза с каким-то слишком красноречивым выражением, словно говоря, чтобы та даже не думала что-то им подмешивать. И эта официантка, еще мгновение назад пожирающая пусто-восхищенным, каким-то бараньим выражением лица, вдруг словно бы оживает, любезно кивая, и уходит, стуча каблуками так, что даже на фоне всеобщего гама звук ее каблуков доносится неожиданно четко.
Музыка, долгое время бывшая исключительно фоновым инструментальным сопровождением для танцев, внезапно загремела фанфарами. Такой аудиальный акцент мог свидетельствовать только о том, что начинается официальная часть мероприятия.
- Что ж, сейчас мы узрим хозяйку всего этого безумия. – Поясняет Кристоф, принимая в руки два стакана с водой.
– Итак, Летти, напомни ка мне, для чего мы вообще сюда пришли?

Отредактировано Christopher Santar (9 февраля, 2019г. 15:54:43)

+1

9

Виолетта бросает на Кристофа недоуменный взгляд. Он довольно обыденно рассуждает о демонах покровителях, но некоторые его вопросы выдают его пробелы относительно всего, что касается ведьм, если он, конечно, не притворяется.
- Не все твои утверждения истинны, - пожимает плечами ведьма, изрекая фразу, попавшуюся ей на глаза в одной из книг, лежащих у нее на столе, которые она иногда просматривала, если страдала от бессонницы. Кажется, это был Аристотель или Платон, впрочем, какая разница, - Сочетание вина и алкоголя еще никому не приносило пользы, даже ведьмам, - ее сначала подмывает, раскрыть ему глаза на тот факт, что хмель любого рода, как и наркотики, на ведьм действуют также как и на прочих людей, так что потерять голову от вина она могла еще быстрее, чем сам Кристофер. Были, конечно, разные магические фокусы, позволяющие смягчить этот эффект, но какой тогда смысл браться за бокал, если его содержимое влияет на тебя не сильнее виноградного сока?
Летти лишь загадочно улыбается, но ничего не отвечает, пока услужливая официантка не приносит два стакана воды, а следом исчезает в пестрой толпе. Танцующие заклинательницы змей уже кажутся вполне уместным декором всего этого мероприятия, как и загадочные смуглокожие танцовщики, появившееся следом. Большинство гостей, сжимая в руках позолоченные бокалы и расслабленно улыбаясь,  все же были увлечены этим зрелищем, не обращая внимания на происходящее вокруг. Столько веков минуло, а все что нужно толпе это хлеб и зрелища – последние становятся все более извращенными год от года, впрочем, ведьме ли на это жаловаться? Виолетте такое поведение толпы было только выгодно, она непринужденно стучит пальчиком сначала по одному, а после по второму стакану, отчего их содержимое в мгновение становится густого красного цвета. Правда, таким нехитрым способом ведьма умела ворожить только простенькое мерло, чтобы получить что-нибудь поизящнее пришлось бы пользоваться медальоном, но такие фокусы на людях уже были делом опасным.
-Ведьминское вино, угощайся. Его влияние на организм человека непредсказуемо, но ведь риск дело благородное? – она усмехается, и забирает себе один из бокалов с долгожданным вином.
Когда фоновая музыка перестает быть расслабляющее спокойной, а откуда ни возьмись появляются музыканты играющие на таблах манящий и будто бы гипнотизирующий ритм, все на мгновение замирают, даже змеи, словно бы принимая участие в постановке перестают извиваться, обмякнув в объятиях своих повелительниц.
Появившаяся на лестнице леди, вызывала если не восторг, то благоговейный шепот. Хозяйка вечера представляла собой нечто среднее между Скарлетт О’Хара и Леди Батори, не только своей кричащей неординарной внешностью, но и поразительно уверенной манерой держаться. Длинные гладкие черные волосы, цвета вороного крыла, спускались по плечам и доходили едва ли не до талии, а на свету удачно расположенных свечей отливали глубоким лиловым. Глаза даже издалека казались загадочной черной бездной, в обрамлении густых ресниц. Никакой отталкивающей искусственности, никакой кричащей надменности, лишь тонкая талия, миндалевидный разрез глаз, острые скулы и бронзовый цвет кожи. Она не притягивала взгляды, она их скорее поглощала. И будь Виолетта менее завистливой, она бы сказала, что стоящая перед ней женщина была безупречно красивой. Нет, она не была одной из чопорных английских роз, которых было полно в зале, ее красота напоминала дурманящий ядовитый олеандр, прибывший из далеких краев. И это неспроста, поговаривали, что ее мать была родом с острова Ява, откуда богатый отец привез ее в качестве трофея. Дочка же, сочетав в себе лучшее от южной знойности и английской холодности, нынче заставляла мужчин дышать чаще, а женщин значительно нервничать.  Виолетта же просто оторопела и несколько секунд стояла неподвижно. Мисс Олфилд, по ее мнению, была женщиной без определенного возраста, и явно не случайно выглядела так хорошо. Платье одетое на хозяйке бала было покрыто тончайшей сеткой сусального золото и стоило явно дороже любого другого наряда в зале, а весь этот экзотический эпатаж венчала диадема поразительно искусной работы, украшенная крупным черным камнем, необычной огранки.
Прошло около минуты и словно по команде в зале все зашуршали и заговорили друг с другом, а ведьма, наконец, оторвала взгляд от заветного камня и глянула на Сантара.
- Еще раз назовешь меня Летти и я натравлю на тебя эту змею, - чуть ли не шипит она в ответ. Так ее называл только ее отец, а тот уже давно отправился к праотцам, только вот стоило ей это услышать даже спустя столько лет, как в ее душе шевелилось что-то давно позабытое, но крайне цепляющее, так что ей требуется немалых усилий, чтобы сохранить спокойное выражение лица и душевное равновесие.
-Что ты вообще знаешь о магии? – она кокетливо склоняет голову к плечу, - Дело в том, что у ведьм, есть нечто вроде своих реликвий, которые помогают нам делать нечто выходящее за рамки обыденного колдовства, - она ненадолго задумывается, опасаясь сболтнуть лишнего. Все же есть вещи, которые Сантару знать необязательно, иначе он поспешит воспользоваться этим против нее же, стоит ей потерять бдительность, - Обычно очень сильная ведьма, желая принести пользу своим последовательницам, помещает свою магию в предмет, что к ней наиболее восприимчив. Чаще всего это металл или камни. Таких реликвий осталось очень немного, чаще всего они передаются по наследству от ведьмы к ведьме, и заполучить их почти невозможно, но иногда они оказываются в непросвещенных руках, как например теперь…-она нетерпеливо облизывает губы, - Видишь диадему на голове мисс Олфид? Мне нужен тот большой черный камень. Морион. Говорят,  силу, что в нем живет, сотворила сама Моргана, - Летти прикусывает язычок, когда кто-то из рядом стоящих смотрит в ее строну слишком подозрительно.
- Мы должны подойти поздороваться. Ты первый раз здесь, поблагодари хозяйку, отсыпь ей пару комплиментов. А мне нужно убедиться, что это действительно то, что мне нужно. Если подойдем близко, я почувствую. А заодно проверим в действии твою хваленую харизму. А то может это просто блеф? – она крутит в руках стакан, кривя хитрую улыбку.

+1

10

Кристофер ловит на них с Виолеттой несколько заинтересованных взглядов. Вероятно, эта пара вызывает море ненужных и странных вопросов для тех, кто не в курсе их маленькой игры. Интересно сколько присутствующих успело подбить их постоянные острые замечания и недовольные реплики в адрес друг друга под клеймо "милые ссорятся - только тешатся"?
- Может ты и по воде ходить умеешь? – Кристофер с интересом наблюдает за превращение воды в вино, а после с некой осторожностью делает глоток, в конце-концов, когда ему еще удастся попробовать ведьмовское мерло.
- Прибереги угрозы для того, на ком действительно сможешь их осуществить. Ведь будет очень неловко, если натравливая на меня змею, ты ненароком выдашь свою сущность. Многие люди отнесутся не так добродушно, как когда-то к твоей тайне отнесся я.-  Мягко произнес Кристоф, снисходительным взглядом окидывая девушку, которая так старательно намекала, что шутки с ней вообще плохи, и глаза у нее не два, а целых десять. И вообще она страшная женщина. А потом она заговорила про ведьм. На лице Кристофа невольно появилась заинтересованная улыбка – слишком похожая на хищный взгляд змеи, уже учуявшей мышь и готовой сделать рывок, что бы вонзиться длинными ядовитыми клыками в мягкое тельце. Это была одна из причин, почему он согласился на эту авантюру – ему нравилось получать информацию о ведьмах и их силах из первых уст.
О нет, Сантар прекрасно понимает, что всю эту информацию Виолетта выкладывает не просто так, она яынно к чему-то подводила. Что она у него сейчас попросит? Насколько объемной будет проблема,в которую она его затянет? Очевидно, что проблемы будут.  Виолетта явно не из тех, кто зовет кого-то куда-то просто так. Она либо создает проблемы кому-то, либо просит помочь устранить ее собственные. И она действительно просит … сущую мелочь, если быть честным. Она просит то, что не будет стоить ему ничего, ни единого шага через себя, даже полшага стоить не будет. Подойти и выразить свое почтение, Кристоф и так собирался это сделать, но теперь ситуация приобрела совершенно иной оттенок. Какая бы мелочь это не была, Сантар совершенно точно решил, что не позволит ведьмой так легко им пользоваться.
- Пытаешься втянуть меня в свои проблемы, - Кристоф в легком движении склонил голову чуть на бок, вновь одарив вопросительным взглядом из-под полуприкрытых ресниц, блуждая прохладным и умиротворенным одновременно взглядом по лицу Виолетты. – Не помню, чтобы мы договаривались, чтобы я помогал тебе в этом. Моя часть сделки привести тебя на прием уже исполнена. - Он поджал губы, задумчиво кусая, словно в кульминации сомнений, -А, Летти? 
Насладившись вызванной реакцией он расплывается в улыбке. Не в обычной фальшивой, которая используется на бесконечный приемах, встречах и переговорах. Это что-то другое, что видеть позволено далеко не каждому. А после медленным шагом направляется к только что появившейся даме, через пару шагов все же оборачиваясь к своей спутнице.
- Так ты идешь?, - словно делая огромное одолжение подал ей руку, ехидно сверкая карими глазами.
- Мисс Олфилд – Кристоф одаривает женщину очаровательной улыбкой, не слишком навязчиво рассматривая ее.  Бронзовая я кожа, яркие глаза – затягивающие, словно бездна, - рубиновые губы. Она красива. Мисс Олфилд действительно очень красива, тут уже можно говорить о «породе» - и все детали аристократии на лицо. Такие дамы как хозяйка вечера словно коллекционное вино.
– Я бесконечно рад, что мне выпала честь посетить ваш примем. Позвольте выразить мое восхищение всем происходящим. Если бы я мог положить к вашим ногам звезды, я бы сделал это, - Кристоф позволяет себе поцеловать ее руку. Этот флирт никого ни к чему не обязывает, и к счастью полумрак и маски скрывают его истинный облик и имя. Кристофер ловит взгляд Виолетты, и усмехается краем губ, словно спрашивая хватит ли демонстрации харизмы или та желает еще.
За этим мимолетным отвлечением Сантар пропускает, как в руках мисс Олфилд появляются два бокала с ее фирменным вином.
- Это только начало, мой дорогой друг. То ли еще будет. Прошу вас и вашу спутницу поддержать мой тост за этот вечер полный наслаждения. – Он требовательно вручает бокалы ведьме и виконту, и Кристоф уже думает, как быстро их отсюда спровадят,  если он сейчас заявит, что является абсолютным трезвенником.

+1

11

Летти едва сдержалась, чтобы не закатить глаза, наблюдая театральные дифирамбы Сантара, которые почему-то последовали за скромной просьбой продемонстрировать харизму. И неужели девушки на это ведутся? С ней бы такое точно не сработало, и вовсе не потому, что она умела отличать лесть от искреннего восторга, но и потому что чрезмерность в принципе не любила. Странно, но на холеном лице хозяйки бала не проскользнуло не единой эмоции. Она была единственной, на ком не было маски, но она ей была не нужна, лицо женщины казалось  было вылеплено из высококачественного воска, настолько на нем не отражалось никакой реакции на происходящее вокруг. Теперь, оказавшись в непосредственной близости от нее, Виолетту не отпускало странное ощущение темной, тягучей и потусторонней ауры, исходившей от мисс Олфилд. Она совершенно точно не была ведьмой, но вполне вероятно играла с какой-то более тонкой материей, о которой Летти приходилось много раз слышать, но никогда не наблюдать в живую. Ей была знакома магия Вуду, напоминавшая сильное проклятье, утягивающее в пучину ее обладателя, но это была и не она тоже. Как-то ей рассказывали про колдовское искусство шаманов, обитающих на далеких островах в Тихом океане, навыки передаваемые по наследству закрытой кастой, не раскрывающей своих секретов, эти люди жили поразительно долго, умели заклинать ветер, и владели даром убеждения, которому мог позавидовать любой рыночный торговец. Но это ведь только мифы, не так ли?
- Благодарю Вас,  - ее губ касается елейная улыбка, когда она берет в руки бокал. Виолетта чересчур крепко сжимает ножку из тонкого стекла, прокручивая в голове все доступные отговорки, позволившие бы ей отказаться от напитка, но не одна из них не кажется ей подходящей случаю. Она многозначительно смотрит на Сантара, поднимает взгляд на диадему, красующуюся на голове виновницы торжества и успокаивает себя тем, что делает это ради великой цели.
- Буду рада выпить с Вами за этот воистину прекрасный вечер, - ее улыбка на мгновение вздрагивает, когда она подносит бокал к губам, явно ощущая неприятный привкус неизвестной примеси, недоступный  восприятию большинства обывателей. Ей охота было бы поморщиться, но она лишь надеется, что от одного бокала, не будет чересчур много неблагоприятных последствий.
-До дна, - немного надменно провозглашает мисс Олфилд и салютует бокалом сначала Летти и Кристоферу, а потом всему залу, прежде чем в одно мгновение опустошить его. К концу тоста ведьма все еще стоит на ногах, да и Сантар тоже, значит все не так плохо для них обоих.
- Прелестное вино, откуда оно? – она изображает нечто вроде живого интереса, ища способы перебраться на интересующую ее тему.
- У меня свои виноградники и свои виноделы и своя технология неизвестная никому на всем свете. Считайте, что этот вечер единственный шанс вкусить этого напитка, - в ее глазах неожиданно проскальзывает пугающий дьявольский  огонек, - Вам нравятся танцовщицы?  Я привезла их с острова Шри-Ланка, там они занимались вещами похуже…вообще забавное место. Вам не доводилось бывать там? – она как-то пространно окидывает взглядом своих собеседников, но Летти на всякий случай отрицательно мотает головой. За всей этой болтавней ей удалось понять одну важную для нее вещь – камень в диадеме хоть и напоминал внешне тот самый морион, на деле им не был. От него не исходило должной энергетики – он был мертвой пустышкой, от которой не было никакого толка.
- У Вас невероятной красоты диадема, мисс Олфилд, - ведьма придает своему голосу медовую певучесть, которая обычно так нравится именитым напыщенным людям, к которым она смело относила хозяйку бала, как впрочем и стоящего подле нее Сантара, - Вы делали ее на заказ? Просто я никогда не видела черного камня столь идеальной огранки и окраски, а мой….дядя собирает разного рода ювелирные редкости, нечто подобное бы вызвало у него истинный восторг, - Летти чуть склоняет голову к плечу и внимательно смотрит на бесстрастное лицо женщины, которая делает задумчивую паузу, прежде чем все-таки раскрыть свой прелестный ротик.
- Да, Вы правы, вещь эта действительно единственная в своем роде. И уникальная. Для истинных ценителей, способных понять ее. Но это всего лишь копия. Было бы страшной небрежностью надевать столь ценную вещь, она создана не для того, чтобы ее носили, я предпочитаю хранить ее в надежном месте…  - она как-то мечтательно улыбается, касаясь пальцами украшения и уже было собирается продолжить, как вдруг на весь зал разносится оглушающий удар гонга. Ведьма едва ли не подпрыгивает на месте, а хозяйка мероприятия делает слуге знак рукой, подхватывает тяжелые юбки и, пожелав своим собеседникам, хорошо повеселиться, спешно убегает в один из коридоров.
- Проклятье, - фыркает Виолетта, - Так и знала, что она его запрячет. И еще это вино. Ты слышал, что она сказала? Единственный шанс попробовать…будто бы эликсир бессмертия, а не самое гадкое вино в моей жизни, - она прыскает ядом от досады, но тут же берет себя в руки, потому что на них начинают посматривать. Тумана в голове она пока не ощущала, но поймала себя на престранном ощущении – хотелось выпить еще, пару глотков, а может даже один, возможно вино не такое уж и мерзкое, как показалось на первый взгляд, возможно, ей показалось…Она встряхивает головой и тянет Кристофа куда-то в толпу. Стоило им отойти, как через минуту на том самом месте появляются мулаты в красных ливреях и забавных шляпах с перьями, они вместе несут два огромных подноса, на которых фигурно разложены блестящие фрукты, половину из которых ведьма даже раньше не видела, а под всем этим великолепием, раскинув в стороны руки распластались две белокожие тоненькие девушки, с раскрашенными странными символами лицами и шеей. Стоит носильщикам остановится, как девушки начинают медленно подниматься, выбираясь из фруктового плена, а откуда-то сверху начинает звучать гулкая и тяжелая органная музыка. Стоявшая недалеко от Виолетты дама в зеленой маске попугая, подпрыгивает, дергает за рукав своего кавалера и восторженно пищит: «Игра скоро начнется! Игра скоро начнется!».
Ведьма закатывает глаза и поворачивается к Кристоферу, пожав плечами. Музыка становится еще громче, поглощая все остальные звуки, пытаясь что-то спросить, Летти поняла, что не слышит собственного голоса. В толпе начинают скользить многочисленные официанты, разнося бокалы, а диковинные альбиноски уже стоят на коленях, угощая гостей деликатесами.

+1

12

На мгновение Кристоферу становится интересно: понимали ли Виолетта до конца в каком мире ей предстоит провести этот вечер? Безумно дорогие костюмы, безупречные платья. Прически. Манеры. Бездушность. Цена, а не ценность. Этот мир обладал ненасытным голодом и рядами острых зубов. Кристофер был частью этого мира, где каждое слово, каждое действие - ход на шахматной доске. Или партия в покер. Кажется, что никто не смотрит. Но все не только наблюдают, но и принимают участие в игре. Нельзя забываться, когда вокруг рыщут голодные волки. Каждая встреча, банкет, торжество, прием... как это еще можно обозвать? Это показательное выступление. Вызов. Игра. И мисс Олфилд сейчас показывала, что все в этом доме играют только по ее правилам. И это странное вино – одно из них.
Кристофер зябко поводит плечами, приказывает себе не сжимать пальцами бокал так крепко. Конечно, ему не хватит силы, чтобы он лопнул прямо в его руках. Но все равно, руки выдают его состояние лучше всего. Он одаривает обеих женщин легкой улыбкой и, кивнув головой, тоже выпивает содержимое бокала, чувствуя на губах неприятный сладковатый привкус. Ему было не впервой выпивать алкоголь с подмешанными в него препаратами – еще одна особенность его мира. Только в прошлый раз Кристофер слишком поздно распознал лауданум, сегодня этого не повторится что-бы там не было подмешано.
Он обратил свой слух к Виолетте. У нее был приятный голос. Звучный тембр, выливающийся медовым сгустком изо рта, используй она это против какого-нибудь недалекого богача ( которых здесь было полно), который думает только своими естественными желаниями – он бы непременно отдал ей эту диадему и пару колец в придачу. Но увы, лисица напала на добычу, которая была не по зубам. Девушка ходила по тонкому люду, грозясь своими расспросами вызвать нежелательное подозрение.Пару мгновений он сомневается, что лучше естественность и риск или неестественность и почтительность, а потом все-таки наклоняется, и касается губами скулы Виолетты – совсем легко и быстро, не входя за грань приличий.
- У тебя есть не менее впечатляющие вещи, но если этот камень тебе так приглянулся, уверен, мы сможем добыть тебе точно такой же. -  Кристофер играет роль кавалера, желающего просто впечатлить свою не в меру падкую на украшения даму с такой же виртуозностью, как и дышит. Мисс Олфилд, которая с некой задумчивостью глядела на ведьму тут же оживает и продолжает лепетать про то, что эта вещичка единственная на свете, что именно у нее находится неповторимый оригинал, а все ваши дяди и спутники могут найти лишь жалкую копию. Их разговор прерывается, И Кристофер не сдерживает легкого смешка, наблюдая за негодованием ведьмы.
- Дядя собирает ювелирные изделия, ты бы еще сказала, что он владеет антикварной лавкой. – Мужчина кривит губы в еле заметной усмешке, сомневаясь, что девушка поймет всю иронию этой фразы. – И что ты теперь собираешься делать? Проберешься в ее комнату, словно девчонка-домушник?  Что ж, я подожду тебя здесь и понаблюдаю за «игрой». - Что гости подразумевают под "игрой",  Сантар не знал. Несмотря на то, что он купался в этой среде, жил и рос, он не посещал подобного рода мероприятия  слишком часто (читай, что никогда), а потому был слишком смутно знаком с развлечениями, которые можно было назвать достойными этого безумного приема. Именно потому это вот радостное перешептывание заставило молодого мужчину ощутимо поднапрячься, ожидая какого-то подвоха... возможно, и не зря.  На самом деле в тот самый момент Кристоф отчетливо понял, что деятель в нем не то, что умер - он не рождался, а потому он с облегчением посмотрит на мучения других людей с искренним выражением сочувствия на лице со стороны.
- И никогда не ешь это. – Вдруг замечает он, жестом отклоняя протянутый слугой Виолетте дуриан. – После этого фрукта даже еда в какой-нибудь захудалой таверны в доках покажется райским нектаром, лучше ка попробуй вот это. – Он насыпает в ладошку ведьмы горстку фиников, отправляя себе в рот пару из них.
- В Индии их так много, что через какое то время я даже не мог на них уже смотреть, теперь я даже… скучаю. – Кристофер чувствует, как фрукты буквально тают во рту, приятная сладость обволакивает вкусовые рецепторы, до тех пор пока не становится слишком сладко - даже для самых спелых фиников, сладко настолько, что хочется выпить, можно даже того самого мерзкого вина, бокал которого так услужливо оказывается в руке. Кристофер не осознает, как делает еще пару глотков.

Отредактировано Christopher Santar (10 марта, 2019г. 20:51:36)

+1

13

Виолетте не то чтобы не понравились финики, она скорее ожидала от них другого. Чего именно, она вспомнить уже не могла, особенно после того, как они показались ей настолько сладкими, что начало сводило зубы и захотелось запить их. Вином. Очевидно, Летти стоило бы подумать о том, что на этом вечере даже такой простой процесс, как угощение экзотическими фруктами, просто обязан быть сдобрен толикой извращения. Но она так беззаботно увлеклась своим природным любопытством, что упустила этот важный момент, а когда вспомнила о нем, уже развязно заявляла какой-то незнакомой даме о несоответствии ее внешнего вида общепринятым стандартам красоты. В это время в зале происходила странная ни на что непохожая суета – несколько человек с завязанными глазами искали в толпе свою пару, чем вызывали неуемный хохот окружающих. После того как ведьму  дважды ухватили за юбку, она не поленилась заявить, что это развлечение для слабоумных, чем вызвала бурю негодования и реку вопросов, один из которых был крайне закономерным – куда подевалась ее, Виолетты, сопровождение? А ведь она действительно пришла сюда не одна. А с кем? А главное, зачем? Она озадаченно хмурит бровки, пытаясь припомнить все обстоятельства вечера, и нехотя выпускает из рук нетронутый бокал вина. Который по счету? Пятый? Ведьма обводит зал придирчивым взглядом и, наконец, замечает Сантара в компании укротительниц змей и их питомцев, ну и само собой пресловутого бокала.
Летти отмахивается от болтливых леди, которые ей вовсе и не нравились, и раздумывает надо ли ей вообще  забирать Кристофа от новых знакомых? Возможно, его укусит ядовитая змея и это избавит ее от необходимости с ним расплачиваться. С другой стороны, она не зря была отменной актрисой, почему бы этим не воспользоваться. Она расправляет плечи, задирает нос к потолку с богатой люстрой и широкими шагами пробирается через толпу, едва сдерживаясь от смеха, но сохраняя лицо полное холодной решительности.
- Что это еще такое?! – она останавливается рядом с Кристофером, а голос ее истерично подлетает вверх, - Нашел себе компанию получше, да? – Летти топает ножкой, сурово глядит на полуобнаженных девушек и змей, которые в ответ начинают недружелюбно шипеть. Только стоило ведьме на них зыркнуть, как ядовитые твари пугливо сворачиваются на руках своих хозяек.
- Какой ужас! Кошмар! Я повсюду тебя искала! А ты здесь отлично проводишь время, какое нахальство! – она с удовлетворением отмечает, что на них уже обернулось достаточное количество народу, которых сцена ревности явно поразвлекла.
-Сейчас я твой пыл быстро охлажу, - Летти едва ли не выдирает у мужчины бокал и отдает его одной из девушек, а потом с абсолютно невозмутимым видом начинает толкать в сторону балкона, игнорируя любые протесты и возмущения, а успокаивается только, когда за ними закрываются стеклянные двери, к разочарованию зрителей.
На балконе было еще несколько человек, очевидно, пытающихся привести головы в порядок после душного дыма помещения, так что ведьма пару раз хлопает в ладоши, отводя  от них любопытные взгляды и только потом начинает заливисто хохотать. 
- Видел бы ты свое лицо, недоумение было очень правдоподобным, - Виолетта усмехается, и делает пару глубоких вдохов, избавляясь от тумана в голове. Если бы не ее маниакальное желание заполучить камень, она бы и дальше припиралась с гостями, пила вино и своеобразно развлекалась, если этот праздник был вообще предназначен для этого.
-А я ведь говорила, что нельзя пить это вино, - протягивает она многозначительно, - Разве я не была права? – она перегибается через парапет вниз и долго смотрит куда-то в пространство между деревьями, - Принц, маленькое чудовище, появись сейчас же, - собака обнаруживается под балконом уже через секунду, правда сложно установить откуда именно, - Отправляйся внутрь и найди, где она хранит проклятый камень. А потом сообщи мне, - она снова поворачивается к Сантару, сложив руки перед собой, - Итак, я вовсе не намерена ограничивать твои перемещения, но одно правило все-таки будет. Раз уж мы пришли сюда вместе, то вместе и должны уйти. Я здесь, чтобы раздобыть нужную мне вещь, и вовсе не собираюсь тратить драгоценное время на твои поиски и тому подобное, - Летти манерно кривит губы, - Ах да. Вино на празднике больше не пей, - она щелкает пальцами у него перед лицом и хитро улыбается, - Теперь точно сработает.
Она на всякий случай снова смотрит вниз – пса под балконом уже давно не было.
- Пойдем обратно? А то пропустим все «веселье», - фыркает ведьма, снова проскальзывает в зал, где уже вовсю развернулся следующий акт театральной постановки. В центре соорудили импровизированный ринг, по которому разгуливала мускулистая пятнистая кошка, компанию ей составлял высокорослый мулат в пугающего вида маске и парочке шкур, очевидно изображавших наряд туземца. Сменившая платье Мисс Олфилд уже восседала на неком подобие трона, созерцая эту сцену и похлопывая в ладоши с азартом игрока, а не аристократки.
-Это ягуар? Или леопард? – Виолетта недоуменно выгибает бровь. В хищниках она разбиралась настолько плохо, что могла единственно отличить тигра от остальных, ведь у него были полоски и рыжая шерсть.  А еще ее посетила мысль, что каким бы не был результат сражения, она расстроится – если убьют животное, ей станет его жаль, если человека – слишком много крови пропадет зря.

+1

14

Глоток. Стены сходятся вокруг сознания, и в голове мелькает последняя здравая мысль — «зря». Что именно зря — постичь не получается, да и Кристофер уже не пытается. Бокал преподносится к губам в который раз, и опять новый виток надежд, что это в последний раз, что скоро ему настолько удастся взять себя в руки, и больше этого не повториться. Но с каждым разом — пить хочется все сильнее и сильнее, а звуки музыки, приторный запах и отблески огоньков в горном хрустале  лишь все усугубляют. А еще эти стены. Эти проклятые вычурные стены с искусной лепниной, Кристоферу кажется, что он почти стал их пленником.
Еще бокал - приятное послевкусие заставляет губы растянуться в улыбке. Нет, Кристоф не пьян, Кристоф просто расслаблен. Мужчина чувствует, как алкоголь разливается по его мышцам, по его телу, по его мыслям, туманя все живое, что там осталось.И в небытие уходят все недавние проблемы, все мысли о том, как Сантар будет проводить ближайшую неделю и что ему вообще нужно успеть сделать, сейчас этому не место и не время. Все казалось таким естественным и нормальным, будто бы ему было не привыкать развлекаться подобным образом в подобной компании.  Ему срочно найдо выйти на воздух, но какой-то голосок внутри  упорно шепчет: ну зачем оно тебе надо. Танцуй, пей, отдыхай, к черту всех.
В какой-то момент  мужчина ловит себя на мысли, что никакой опасности нет, и глупо думать об этом. Приятный дом и люди, с которыми ты общаешься вот уже третий час. Они могли за это время выкинуть что угодно, но вместо этого все перешло в... искренний смех.  Кто-то предлагает незамысловатую игру. Никто не собирается расходиться, почему бы и нет. Кристофер лишь на миг закрывает глаза, а когда открывает, оказывается среди  толпы, любующейся танцовщицами. Музыка в ушах уже давно звучит слишком отдаленно и приглушенно. Белын змеи резко контрастируют с бархатной шоколадной кожей танцовщиц, и свет прорисовывает мышцы обнаженного тела. Чистая эстетика правильных движений, наполненных ли смыслом или чем-то еще, совершенно не важно: Кристофер просто прикрывает глаза и смотрит, находя представление зрелищем можно сказать прекрасным.
- Это… - Кристоф хочет обернуться к своей спутнице и  продолжить начатую мысль, но та явно не хочет этого, всеми усилиями избегая быть выброшенной в воздух. Так странно: в голове на удивление чисто, но тело как-то чрезвычайно расслаблено. Из этой плены его вырывает резкий женский голосок.
Виолетта.
Сантар не знает, как выглядит его лицо сейчас - но он, кажется, был глубоко потрясен представленной сценой. Он даже открыл рот, чтобы произнести что-то в ответ: такое же колкое и ядовитое, но не успевает. Летти останавливается на полушаге, проходят считанные секунды, а его уже толкают в сторону балкона.
- Что ты… — начинает он, но также быстро затыкается, ведьма слишком уж резко тянет его за собой. И Кристофер решает, что, наверное, стоит послушаться.
Выйти наружу было не такой уж плохой идеей. Воздух казался таким свежим. Как водопад. Кристофер не мог надышаться, чувствуя, как ночной ветерок прогоняет из головы этот чертов туман. Воцарившуюся тишину разрушает громкий женский смех, на что Кристофер удивленно моргает, а после одаривает спутницу искренней, действительно искренней улыбкой, увидеть которую удается далеко не каждому.
- Напомни мне в следующий раз снова взять тебя на прием, кажется у тебя просто талант избавляться от надоедливых дамочек. Не повезет мужчине, которого ты выберешь в спутники жизни, точнее не повезет дамам, если те решат обратить на него интерес. – Кристофер усмехается, мысленно сочувствуя тому бедолаге, который попадет под эти лисьи чары. - И кто бы говорил про вино, Летти, у тебя на верхней губе виднеются его остатки. – Он вынимает из внутреннего кармана чистый платок и протягивает его девушке, а после резкого щелчка обнаруживает, что от одних только мыслей о вине его начинает подташнивать.
- Спасибо, но надеюсь, это только на время приема – Бросает он, открывая дверь внутрь, жестом приглашая ведьму войти. Их сразу же вновь окутывает сладковатый дым, желающий проникнуть в мысли.
- Это леопард, довольно жестокий хищник, он раздерет этого глупца в считанные минуты. – Фыркает мужчина, с удивлением отмечая, что на импровизированной арене творится нечто странное. Человек и хищник кружились друг подле друга, медленно сближались, леопард оголял клыки и неистово рыча, но ни разу не замахнулся на человека. Как будто бы он тоже был под воздействием наркотиков или магии? Этот безумный танец продолжался около двух минут, пока укротитель не заставил хищника смиренно лечь у его ног, словно послушного пса.
- Для следующего трюка мне нужен доброволец!  - Объявил мужчина, и зал замер в ожидании – Как насчет вас? –вдруг проговорила мисс Олфилд, изящным жестом указывая на Виолетту и слуги тут же стали подталкивать девушку к сцене. – Вы явно обладаете достаточно храбростью не так ли? Уверена, вы как никто другая сможете помочь моим диким друзьям развлечь публику.

Отредактировано Christopher Santar (18 марта, 2019г. 19:51:34)

+1

15

Развернувшееся перед ней на импровизированной сцене зрелище ведьма назвала бы вульгарным и абсолютно ее не интересующим, поэтому она с алчным взглядом все еще посматривала на фальшивую диадему мисс Олфилд, лишь изредка каясь взглядом красивой шкуры животного, что кружилось на ринге. Может ей стоит подумать о том, чтобы превратить своего фамильяра в хищную кошку вместо корги? Тогда он будет вызывать у подобных Сантару нахалов праведный ужас, а не смех, а она точно будет в безопасности.
- И тем не менее он его не тронул, - ехидно парирует Летти, лениво аплодируя вместе со всем залом, когда кошка улеглась у ног мужчины, а вот следующие события вызывают у нее искреннее недовольство. Разве доброволец не подразумевает желание участвовать в этой бутафории?  Она вот вовсе не желает, даже, напротив, протестует.  И уже даже хочет высказаться, но ловит хитрый и властный взгляд хозяйки бала и тут же умолкает, прикусив острый язычок и недобро зыркнув на Сантара, который хоть и не был виноват, но как-то злорадно улыбался.
Виолетта была приучена к сцене, поэтому ее внимание толпы никоим образом не пугало, а даже привлекало, только к импровизации она относилась с натянутой настороженностью. В театре это не приветствовали, а тренироваться на людях в подобных делах Летти не любила. Но как и положено в таких случаях засмущалась, приложила ручку к щеке, демонстрируя, как польщена подобной честью, и горделиво направилась в нужную сторону. Разукрашенный странными символами мужчина, что столь ловко повелевал хищником,  подал ей руку, помогая подняться по небольшим ступенькам на мягкий ворс сцены. Ведьма как-то неожиданно для себя встретилась с ним взглядом и поразилась его черноте, а что главное – пустоте. На его лице отражались разнообразные эмоции, а во взгляде не было абсолютно ничего – огромные расширенные зрачки, покрасневшая линия радужки и ничего человеческого. Такое могли только демоны, но он к ним явно не относился. Впрочем, она видела такое еще в одном месте, у своей коллеги ведьмы, которая превращала зверушек в своих слуг. Красивые налитые мускулами мужчины с пустыми взглядами слонялись по ее дому, исполняли ее прихоти, а в перерывах пили воду из миски и поедали сырое мясо, скучая по своим усам и хвостам. Летти отвернулась, ощутив неприятный холодок, но с лица улыбки не стерла. Мулат предложил ей погладить по голове леопарда, что неподвижно замер, прижавшись к ворсу, но почувствовав рядом незнакомый запах сразу недобро ощетинился и вильнул хвостом. Ведьма наверняка знала, что животные чувствуют магию, в отличии от смертных людей, особенно кошки. А эта кошка была под стать своему хозяину с таким же мертвым взором. Ей отчего то вспомнились, слова Сантара, про то как легко такое животное может разорвать человека. Нет, она вовсе не боялась, но где-то в тонком пространстве воздуха вокруг трех действующих лиц маленькой пьесы витало напряжение, которое можно было как толстую шерстяную нить намотать на пальцы. И Виолетта знала такое заклинание, древнее колдовство народа Майя, о котором узнать можно было лишь из дневников странников и очень старых записей.  Она бросила взгляд на руки мисс Олфилд – они были скрыты под меховой муфтой. Это впрочем глупости, она возможно все еще под действием винного яда и душного наркотического дыма. Летти еще раз проводит рукой по жесткой шкуре, поворачивает рыжую голову к людям, которые радостно аплодируют ей, встречается взглядом с Кристофером, что стоит ровно на том же месте, где она его оставила, а  в следующее мгновение откуда-то раздается истеричный лай собаки. Она отдергивает кисть и отскакивает в сторону, и очень вовремя – животное уже через секунду оказывается на лапах, в охотничьей стойке, а его налитый кровью взгляд останавливается на ней. Летти видит оскал белых зубов и замирает, покуда в голове проносятся все известные ей заклинания способные прогнать прочь эту опасность. Только не приходится. Мисс Олфилд подскакивает на ноги и кричит что-то на непонятном языке, отчего и хищник и мужчина тут же неподвижно падают на пол. Виолетте остается только напряженно улыбнуться.
-Если это часть вашего шоу, то это поразительно, - она посмеивается, но по лицу хозяйки дома и ее подозрительному взгляду, видит что ее предположение полностью неверно. Принц, однако, очень сознательное животное, не хотел остаться без хозяйки, иначе не предупредил бы столь вовремя.
Мисс Олфилд тем временем берет себя в руки, навешивает улыбку и начинает толкать речь звонким и властным голосом.
- Мой бал проводится ежегодно, и его завсегдатаи знают, что он вобрал в себя традиции многих незнакомых нам южных и островных народов, большинство из которых стали  жертвами колонизации и навсегда утратили себя и свое достояние. Сегодня мы почтим их память по обычаю малазийских племен, которые благодарили своих духов нехитрым ритуалом, дающим им силу и приносящим удачу на целый год. Наше мероприятие только началось, впереди все самое интересное, но чтобы оно не утратило своего шарма, мы должны отблагодарить всех тех, чья культура дала нам почву для такого душевного обогащения. Прошу вас, - она делает жест рукой и тут же появляются слуги, один из которых несет в руках большую золотую чашу, а второй большой кинжал, поблескивающий в свете свечей.
-Наша отважная гостья поможет нам провести ритуал, не так ли? – после этих слов Летти в руки отдают чашу, показывая ей, что она должна остановится посередине сцены, а оружие вручают в руки мужчине-мулату, который уже покорно склонив голову, стоит в углу. Откуда-то начинают тихо постукивать многочисленные барабаны, а недавно раздававшие фрукты  девушки затягивают странную песню на непонятном языке. Мисс Оллфилд усаживается обратно на свое кресло и пристально смотрит на происходящее. Пение нарастает, становится насыщеннее и эмоциональнее, а мужчина, словно войдя в транс раскачивается туда обратно, увлекая в свой странный танец животное.
Ведьма расправляет плечи, поглядывая на раскрывших рты людей, а после обводит глазами стены зала и только сейчас замечает на одной из них  многочисленные пятнистые и полосатые шкурки, развешенные в два ряда. Она поворачивает голову на мулата и к своему ужасу замечает в его всего некоторое время назад безэмоциональных глазах настоящую панику.

+1

16

Они все по натуре хищники - это было видно по горящим глазам толпы и далеко не милым улыбочкам. И этим хищникам хотелось зрелищ, поэтому они с животным восторгом смотрели, как молодая девушка выходит на сцену к леопарду.  Будь на месте Виолетты кто-то другой, возможно Сантар поморщился от неудовольствия, но сейчас публику развлекала его знакомая, и Кристоф испытывал некое наслаждение. От одного воспоминания о том, какое выражение замерло на лице Виолетты, когда ту пригласили на сцену, заставляло губы Кристофа растягиваться в улыбке довольного кота, а сердце трепетать от триумфа. Он не сомневался, что поменяйся они местами, на лице женщины  красовалась точно такая же улыбка.
Она не была приятна Кристоферу. Но и неприятна тоже не была. Это было странное неопределенное чувство, которое он редко испытывал к людям, и если подбирать к этому описание, то это можно было бы назвать… интересом? Если задуматься, они в чем-то даже похожи, нет? Они оба знают, чего хотят от жизни, и добиваются этих целей, будучи готовыми, если что, идти напролом. Было что-то еще, но... Если честно, настроения оценивать это в данный миг у Кристофера не было, и про себя он считал Виолетту не настолько важной фигурой, чтобы каждую свободную минуту своего существования занимать попыткой расшифровать ее мотивы, распознать, что в ней настоящее, а что напускное. Хотя да, стоило признать, на сцене она была хороша, безусловно хороша. Она явно владела искусству театра, где играть нужно было не только словами, но и вообще всем телом, особенно лицом. Если бы Сантар не знал ее, то действительно мог поверить, что девушка крайне польщена и довольна всем происходящим.
Он смотрит на нее спокойно, не поддаваясь общей волне бурных аплодисментов, до тех пор, пока помещение не оглушает звонкий собачий лай. Все происходит слишком быстро: вот Виолетта отдергивает руку, а вот хищник тут же принимает боевую стойку, готовясь показать, кто на самом деле правит балом. Толпа испуганно охает, а сам Сантар непроизвольно бросается вперед, влекомый таким привычным чувством ответственности, привитым ему еще с детства. Несмотря на далеко не ангельский характер, у Кристофера были свои твердые принципы: если он уж привел девушку в этот бедлам, с ней же он отсюда и уйдет, будь она хоть трижды ведьма со взаимными с ним корыстными мотивами. К счастью, судя по всему, Виолетта применяет одно из своих заклинаний, животные успокаиваются, успокаивается и Сантар, ожидающий, что после подобного его спутницу все же отпустят. Но хозяйка мероприятия явно не могла позволить, чтобы ее задумки были испорчены.
Ритуал. Если все происходящее до этого Кристофер мог принять, то последующие действия, по его мнению уже выходили за рамки. Нет, он не был ярым защитником животных, он ни один раз принимал участие в охоте, но там по крайней мере у каждого из участников были шансы как победить, так и погибнуть, происходящее же в зале было простым убийством. Оглашать вслух он не стал, хотя хмурая складка все-таки вырисовалась между его бровей, выдавая некоторое недовольство ситуацией и судя по всему Виолетта испытывала схожие чувства. Что ж, может пора немного изменить эту традицию.
- Я слышал, что на самом деле убийство леопарда принесет несчастье, говорят , что это наложит проклятье на всех присутствующих. Ведь неспроста зверь недавно взбрыкнулся, и неспроста у мисс Оллфилд до сих пор нет мужа и детей. – Вкрадчивым шепотом проговорил Кристоф на ухо одной особо впечатлительной дамочке, глаза которой тут же округлились, а звонкий истеричный голосок разнес по округе одно простое, но такое действенное на людское сознание слово. « Проклятье». После чего дама, приложив ладошку ко лбу эффектно падает на пол. Толпа, которая находится ближе центру зала расступается,  кто-то роняет бокалы, кто-то вскрикивает, кто-то бросается к хозяйке приема, с просьбами немедленно прекратить и оказать даме первую помощь.Все внимание теперь приковано не к сцене, а к слишком впечатлительной бедняжке. Недовольный гул усиливается, в воздухе повисает угроза недовольной толпы, и мисс Оллфилд  не остается ничего, кроме как подать знак  о прекращении действия. Мужчину и внезапно осмиревшее животное тут же уводят в неизвестном направлении, а Кристофер перехватывает свою спутницу.
- Думаю развлечений с нас довольно, я не хочу. Чтобы в следующий раз убивать кого-то пришлось нам или того хуже – одного из нас, так что давай уже заберем твою побрякушку, пока слуги и гости слишком заняты, а наша мисс Оллфилд негодует настолько .что предпочла уединиться. – Мужчина кивает на силуэт хозяйки, который быстрым шагом направляется к одной из дверей.

+1

17

Виолетта не без удовольствия выпускает из пальцев дорогущую золотую посудину, позволяя той с грохотом упасть на пол перед ее ногами. Она не боялась того, что должно было случиться, смерть любая кроме своей собственной ее почти не пугала, только к животным она испытывала сочувствие, а  к людям безразличие, но в этом случае ощутила явное облегчение. Любые ритуалы несли в себе определенную цель, взывали к определенным силам, пробуждали определенную магию, а с этим ведьма была незнакома, и это несомненно доставляло ей некий дискомфорт, не от пробела в собственном образовании, а от катастрофичности возможных последствий. Более того взгляд мисс Оллфилд ей совсем не понравился, когда женщина не скрывая собственного раздражения покидала зал, ее глаза стали невообразимо черными и чересчур злыми, будто бы эти эмоции вытеснили из нее всю показную учтивость, которой светились ранее.
В зале стоит невообразимый раздражающий гул, заглушающий даже музыку, так что когда Летти все-таки встречает на своем пути неизвестно откуда возникшего Кристофера, решает, что в сложившейся ситуации это очень даже кстати. Возможно, сама она бы искала его очень долго, если бы еще захотела. Она была вынуждена признать, что среди всего этого беспорядка Сантар был если не островком спокойствия, то некой столь необходимой связью с психически здоровым обществом, к которому гости этого мероприятия явно не относились. Не относились настолько, что были противны даже ей, а ведь Летти приходилось общаться с демонами и другими ведьмами, и они во многом были человечнее присутствующих.
- Развлечений…- фыркает Виолетта, - Я многое в жизни повидала, но с таким мракобесием не сталкивалась ни разу. Теперь понятно, почему гости этого праздника так усиленно молчат о его программе и носят маски, у меня бы не возникло желание хоть с кем-то делится подобным опытом, будь я представителем снобисткой аристократии, как, например, ты, - она усмехается, ловко лавируя между бурно обсуждающими произошедшее людьми, и в какой-то момент все-таки берет Сантара за руку, чтобы его не отрезало толпой. Несмотря на случившуюся вакханалию, ведьма все же запомнила, откуда был слышен истерический лай ее собаки, так что теперь уверенно направлялась туда, - Имей ты хоть малейшее представление о том, что может эта вещь, ты бы не называл ее побрякушкой. Жаль, что ты не имеешь, - она, наконец, разжимает пальцы и останавливается возле начала одного из темных коридоров, где обнаружилась только еще одна парочка, которым благо было совсем не до них, как, впрочем,  и не до всего этого мероприятия в принципе.
-Уверен, что хочешь со мной? А то ведь это не самое праведное и законное дело гулять там, куда не приглашали, - Летти прищуривается, прекрасно понимая, что отвязаться от столь любопытной и навязчивой компании ей не удастся, так что она вглядывается в темноту, где по ее мнению их должен ждать фамильяр. Ведьма оглядывается по сторонам, убеждаясь, что никто не планирует последовать за ними, а потом идет вперед, оставляя позади яркий свет и гулкий шум бального зала. Коридор освещается небольшими лампами и на поверку оказывается вовсе не таким жутким, как могло бы показаться. На стенах висят небольшие картины, явно принадлежащие кисти одного художника, а эхо шагов поглощала мягкая дорожка ковра на полу. Им встретились несколько дверей , каждая из которых была закрыта, но к огромному облегчению Виолетты не попалось ни одной живой души. Собака терпеливо ждала их возле развилки,  а стоило им приблизиться, сразу же углубилась в один из коридоров, показывая дорогу.  Летти могла похвастаться тем, что частенько ввязывалась в подобные авантюры, но все это было давно, на ранних стадиях ее ведьмовства, когда получить что-то было не так легко, за неимением опыта в магии, теперь же это казалось ей каким-то кощунственным. Кража. Право слово, на какие только меры ее не вынуждают жестокие времена. В какое-то мгновение ей даже захотелось развернуться, но как бы она объяснила это Сантару? Не заявлять же, что испугалась, она же благородная колдунья, а таким не позволено испытывать чувства страха.
Тем временем один коридор сменялся другим, и каждый следующий становился все более узким и все менее привлекательным, а в сумме все эти хитросплетения напоминали катакомбы или лабиринт.
- Очень надеюсь, что нас в конце пути не ждет какой-нибудь минотавр, - усмехается Летти, отчего-то нервозно передернув плечами. Мельтешащая впереди собака внезапно останавливается возле большой тяжелой двери и выжидательно смотрит на ведьму.
-О нет, только не говори, что нам туда…- она подходит и касается пальцами шершавой поверхности дерева, через маленькое окошко было видно, что за ней скрывается лестница, а не долгожданный приз, но другого пути очевидно не было.
- А Вы случайно не умеете взламывать замки? – она вопросительно выгибает бровь, расстроившись, что даже не подумала о том, что на их пути могут оказаться подобные препятствия, - Вы же должны были получать всестороннее образование.

+1

18

Главный мотиватор великих дел, скорее всего скука. Скука и чертово любопытство, которое Кристофер хоть и умел искусно скрывать, но в душе был подвластен этому чувству не меньше, чем близнецы. Иначе как еще объяснить, почему он ввязался в подобную авантюру. Перед тем, как его вновь схватили за руку, он успел задуматься о том, как пришел ко всему этому абсурду. У нее сильные пальцы, и кажется, что она знает, что делает, пока тащит его за собой, Кристофер спешно идет следом, даже не думая сопротивляться. Пока ведьма очень красноречиво распиналась, что она думает обо всем этом мероприятии, Кристоф успел выкурить мысль о том, как вечер, обещающий стать неудачным, превращается в воистину фатальный.
- Воровство ведьмовских побрякушек прельщает меня больше, чем нахождение в подобном обществе, мне теперь даже индусы не кажутся настолько диким народом.К тому же мне теперь интересно насчет этой твоей вещички.  – Усмехается он, всем видом давая понять, что так просто Летти от него не отделается.
Они идут по какому то коридору мимо, но не заходят внутрь, а вновь устремляются в коридор, чертовски похожий на тото, из которого только что вышли. Девушка передвигается так резво, что Сантар невольно задается вопросом не работает ли она случайно на энергии лунного света? Как бы то ни было, ему определенно не стоит терять ее из виду хотя бы потому, что Виолетта разбирается в этом мрачном лабиринте получше него. Так что Кристоф оглядывается по сторонам и осторожно следует за спутницей, стараясь не впечататься своим очаровательным лицом в очередной поворот. Оставалось надеяться, что ее уверенность не напускная бравада, а реальное понимание их перемещений. Они дважды поворачивают  и как-то непонятно резко оказываются около массивной двери.
- У меня, конечно, была бурная юность и родители  постарались дать мне лучшее образование, но к сожалению на в Оксфорде, ни на флоте взламывать замки меня не обучали.— С едва заметными отзвуками смеха в голосе отвечает он. – Но разве ваши ведьмовские наставники не учат вас взламывать замки по щелчку пальцев? – Для показательности он резко проводит пальцем по пальцу, издавая характерный звук, но вместо отрывавшейся двери они получают отголоски приближающихся к ним шагов.
- Черт, вот только обвинений в ограблении чужого дома мне не хватало. – Сантар оглядывается, ища куда им можно отступить, а после толкает девушку в темный угол со знанием, словно проделывал подобное множество раз (что, впрочем, не далеко от истины), встает перед ней, почти закрывая собой, упирается ладонью в шершавую стену рядом с ее головой и прикладывает палец к своим губам, тихо шипя, призывая особо не привлекать внимание.
-Меня гости и слуги вряд ли запомнили, а вот ты на выступлении произвела фурор. В лучшем случае они пройдут мимо, тут подобной сценой никого не удивишь, а если нет, — Сантар не удерживается и хмыкает, — Им будет неловко, если они подумают, что помешали нам. Когда людям неловко, они не вглядываются и вообще стараются как можно быстрее уйти. — Шаги все приближались, а судя по голосам - людей было как минимум трое. Он оборачивается через плечо, не предпринимая никаких попыток сделать их близкую позу еще более двусмысленной: зажимать красоток возле стен Кристоф предпочитает исключительно с обоюдного согласия, а не из-за необходимости разыграть небольшой спектакль, чтобы слуги, наверняка не желающие носиться с пьяными гостями дольше положенного минимума, прошли мимо.

Отредактировано Christopher Santar (9 апреля, 2019г. 20:58:50)

+1

19

Виолетта знала как минимум три беспроигрышных способа сделать их незаметными для непрошенных гостей, но не один из них не работал по щелчку пальцев и даже отдаленно не напоминал тот, что пришел на ум Кристоферу Сантару. И Летти бы подобный героический порыв возможно даже польстил, не будь в нем, как и во всех прочих действиях мужчины львиной доли эгоцентризма. Ему, видите ли, не нужны обвинения в ограблении чужого дома, можно подумать, ей только их и не хватало для полноценной жизни. Она, впрочем, не сопротивляется, лишь только морщит свой маленький носик, когда лопатками упирается в холодную шершавую стену и кривит губы. У нее осталось время, на то, чтобы, несмотря на свое крайне стесненное положение, приподнять руку и погасить несколько ближайших к ним ламп, так чтобы жалкие пятна огня высвечивали массивную дверь, а они оставались в полной темноте, максимально не привлекая к себе внимания. Не могла же она оставить эту сомнительную идею на самотек, покуда это, прежде всего, касалась успеха исполнения ее плана. Она лишь многозначительно закатывает глаза на его тираду, но ничего не отвечает.
Шум шагов тем временем становился все ближе, пока, наконец, не замолкает в непосредственной близости. Из-за чересчур широких плеч Сантара, Летти ничего не может увидеть, так что вся сцена за его спиной для нее напоминает лишь низкопробный театр теней, которые подрагивают в свете немногочисленных ламп, что пощадила ведьма минутой ранее. Язык, на котором общаются между собой мужчины ведьме абсолютно незнаком, а судя по количеству гласных звуков и странной интонации, он выходил далеко за рамки языковых семей европейского континента. Удивительно, впрочем, было другое, вместо того чтобы звенеть связкой ключей возле многострадальной двери, они подходят к той самой стене, на которую не повезло опираться Виолетте, останавливаются в паре метров, от того места, где уже не дыша замерли Крис и Летти  и шарят руками по каменной кладке, где-то около минуты, пока, наконец, ведьма не ощущает странное подрагивание, а после стена начинает куда-то медленно исчезать, а Летти почти потерявшая равновесие от такого  поворота всей своей изящной фигуркой вжимается в Кристофера, параллельно вцепляясь пальцами в мягкую ткань его дорого пиджака.  И если бы не пришлось брать в расчет всю ситуацию, со стороны это бы очень напомнило крайне настойчивое исполненное чувства приставание или способ заполучить расположение, к которому прибегали многие, только вот Виолетта к их числу не относилась, да и провалиться в пустоту для нее показалось перспективой менее привлекательной, чем оказаться с Сантаром ближе, чем позволяли правила приличия. Виолетта правда неловкости к своему стыду от этого особо не испытывала, с ней подобное происходило не раз. Почему-то многим представителям мужского пола очень нравилось вытирать ее платьем стены самых разных комнат, называя это проявлением чувства и  поступком истинного романтика. Правда, ведьме оказаться в подобной близости с Кристофером в полутьме, показалось приятнее, чем с кем бы то ни было при свете. Прежде всего по тому, уверяла она себя, что он думал в первую очередь о себе, и вовсе не проявлял интереса ни к ее красивым глазам, ни к тонкой талии, ни к прочим очевидным и не очень достоинствам.
Мужчины тем временем продолжали шумно галдеть, очевидно, ожидая пока лаз полностью откроется, но неожиданно из коридора послышалась еще одна порция спешных шагов – сюда спешили едва ли не бегом.  Новое действующее лицо к огромному облегчению ведьмы вполне сносно говорило по-английски, это стало ясно после смятого приветствия в адрес его коллег.
-Она сказала, что ничего не нужно и велела немедленно вернуться, - пока парнишка пытается отдышаться, мужчины начинают переговариваться между собой на повышенных тонах, явно выражая свое недовольство, потом снова возятся с каменной кладкой, и не дожидаясь пока лаз закроется, спешно удаляются. Летти даже со второго раза не смогла разглядеть, куда следует надавить или обо что постучать, дабы вызвать столь желанную цепную реакцию, так что ей на ум приходит весьма опрометчивый план, который не учитывал ни последствий, ни возможных опасностей, не уж тем более не подчинялся никакой логике – стоит теням исчезнуть из поля ее зрения, как она шагает назад в пустое пространство за стеной, пока оно не успело закрыться и, покрепче обняв Криса за шею, тянет того за собой.
Первые несколько мгновений она еще может видеть отблески света из коридора, но стоит стене вернуться на место, как все вокруг погружается в кромешную темноту. К своему сожалению Виолетта, пытаясь отстранится от мужчины на более менее приличное расстояние,  обнаруживает за своей спиной еще одну стену, вынуждающую их стоять все так  же тесно. Имей она хоть сколько-нибудь достойные представления о математике и медицине, она бы сейчас смогла с малейшей погрешностью вычислить его пульс, так близко они вынуждены были стоять. В темноте лишаясь зрения, ему на замену медленно приходят другие органы чувств. Так что она отчетливо слышит его дыхание, а еще как где-то под ногами шуршит и цокает когтями собака. Очевидно, сбоку от них было свободное пространство, а значит, они оказались в неприлично узком коридоре, а не подписали себе смертный приговор, хотя последнее предположение можно было назвать вполне сомнительным.
- Темновато здесь…у тебя случайно не найдется в кармане парочки свечей или хотя бы спичек? – она максимально тактично, если так вообще могло получиться, протискивается мимо него и шарит рукой перед собой в пустоте, никаких препятствий ей не попадается, по началу, а вот стоит сделать пару шагов, как она снова натыкается на стену.
-Вот проклятье, - рычит она себе под нос, проводя ладонью по холодному камню, - С этой стороны прохода, как мне кажется, нет….

...

...и ваш квест начинается прямо сейчас /место для злобного смеха/

+1

20

Их лица находятся так близко, что Кристоф внезапно понимает, что ему надо бы немного отодвинуться  для правил хорошего тона, которыми он обычно славиться, и он уже и правда собирается это сделать, дав девушке чуть больше пространства, когда за спиной раздаются неразличимые голоса, а чужие руки направляются в их сторону.
Мужчина и женщина буквально замирают, почти забыв как дышать, а после за спиной Виолетты начинает разрастаться дыра. Рука, ранее упирающаяся в стену, перемещается на чужую спину в попытках удержать от падения, осторожно устраивая ладонь между лопаток, касаясь оголенного участка спины, не скрытой тканью.
Когда звуки голосов замолкают вдалеке, Кристофер отстраняется, выпуская Летти из кольца рук, отступает назад. Собираясь уже оглядеться, чтобы точно определиться с тем, что они остались одни в коридоре и никто не наблюдает за ними из-за угла. Но вдруг ее руки обвивают его шею. По коже проскальзывают подушечки пальцев, оставляя отпечаток мягких прикосновений, пропуская невесомые разряды тока. Сантар, не мигая, уставился на Виолетту, совершенно не ожидая от нее таких действий, а после нырнул в черноту следом за девушкой.
Кристофер не заметил как, задышав чаще,  вновь сжал в объятиях девушку невольно вплетая пальцы в разбросанные ореолом волосы Летти. Специфичные методы преодоления преград.
- Когда я предлагал последовать той парочке на входе, я не совсем это имел в виду. – Кристоф невольно улыбнулся, а после тихо посмеялся. Ему срочно надо было отстраниться от спутницы, чтобы не терять самообладания и восстановить ровный сердечный ритм, ибо в голову стали закрадываться предательские, совсем не подходящие для их дела, мысли.
- У меня есть спички, но они во внутреннем кармане пиджака, так что мне не особо удобно их доставать, но разве твоя магия не способна осветить нам путь? - с легкой добродушной усмешкой замечает Крис, думая, что он был сейчас бы не прочь закурить.
- Твоя недособака не может случайно учуять в какую сторону нам передвигаться? – Интересуется он, ощупывая стены по периметру, и словно ответом в небольшом помещении раздается громкий лай. Кристоф вздрогнул от неожиданности и по инерции шагнул назад, тщетно пытаясь сохранить фокусировку в этой темноте. Небольшое тельце животного, словно нарочно подвернулось под ногу, и Сантар почувствовал, что падает. Все реальное действо происходит в течение пары секунд, только успевай считать удары и двигаться в такт – он беспомощно потянулся вперед, тщетно пытаясь зацепиться за что-нибудь в воздухе, в последний момент его руки касаются опоры, которая впрочем, следует за ним на пол.
Пятке было больно, спине - еще больнее, лопатки ощутимо ударились об каменный пол. Однако это было только полбеды - в этом крылось "во-вторых" - Виолетта, которую он похоже зацепил, рухнула сверху.
- Чертова псина, разве она не должна приносить пользу? – Недовольно прохрипел Кристоф, понимая, что голова не упирается в стену, а явно лежит в проходе. – Впрочем, хорошая новость, я нашел коридор, если тебе все еще нужны спички, самое время их вытащить.  –Кристофер приподнимается на локтях, изо рта вырывается тихий смешок, более абсурдного положения было сложно представить. Как только Виолетта все же скатывается с него, дышать становится как-то легче, и  вряд ли дело было в весе – хрупкая ведьма для служащего флота не весила практически ничего.
- Знаешь, шутка про лабиринты минотавра становится уже не такой забавной. – Неуверенно замечает он, приобретая вновь вертикальное положение и, пропуская вперед пса, делает пару шагов по коридору.
- Я понимаю, что в те времена, когда строился этот особняк было очень модно добавлять в каждое строение кучу подземных и потайных ходов. Но сейчас люди такими катакомбами не пользуются, если они, конечно, не контрабандисты или дамочки с жуткими интересами. – Кристоф не сразу замечает, как изо рта появляется облачко пара, а пальцы касаются уже далеко не теплых стен узкого прохода.
- Тебе не кажется, что похолодало? – Он слегка повернул голову, желая встретиться с Летти взглядом, но вместо ответа девушки услышал странные звук, напоминающий ни то сквозняк, ни то завывание вековых приведений, ни то отчаянный вой животного или человека.

Отредактировано Christopher Santar (15 апреля, 2019г. 18:01:53)

+1

21

Будь у них сейчас хоть сколько-нибудь достойный источник света, на лице Виолетты было бы заметно возмущенное удивление, но в нынешней ситуации она могла только фыркнуть, демонстрируя свое недовольство.
- Напомни мне потом развенчать твои посредственные представления о магии. А то такое впечатление, что ты меня считаешь чем-то между феей из сказки и уличного фокусника.
Виолетта не была ни тем ни другим, как впрочем не была и каменным изваянием, способным выдержать вес мужчины и не дать ему упасть. Так что ведьма, едва слышно чертыхнувшись, упала следом.
-Кристофер …– она уж было хотела высказать свое недовольство текущим положением, намекнув на бесконечную неуклюжесть Сантара, но внезапно все слова у нее из головы куда-то улетучились. Для нее такое состояние было крайне непривычным, она ведь всегда знала, что сказать, особенно когда требовалась парочка язвительных замечаний, но в данный момент и на них у нее фантазии не хватило. Это показалось ей непривычным и возможно даже приятным, совсем немного. Она для порядка немного поерзала, поперебирала пальчиками, будто высвобождая руки, но лицо у нее было нетипично растерянным, так что ей очень повезло, что кратковременную утрату горделивого хладнокровия скрыла темнота, только собака на нее все равно осуждающе посмотрела своими ярко желтыми глазами бусинками. 
- Во-первых, она должна приносить пользу мне, во-вторых разве не благодаря ей мы нашли проход? – Летти максимально осторожно сползает на пол, сетуя на то, что пообтирала своим дорогим платьем все возможные поверхности в этом ужасном доме, так что его придется однозначно выбросить, а лучше даже сжечь. Она по-хозяйски лезет в карман мужского пиджака, выуживая оттуда коробок спичек, а затем, не дожидаясь помощи, поднимается на ноги, безрезультатно отряхивая юбку от вековой пыли.
Летти хмурится, воздух, которым ощутимо тянуло из прохода,  и правда показался ей более холодным, или лучше сказать леденящим? Пес убежал вперед,  отлично ориентируясь в темноте и без посторонней помощи, а она высыпает на ладонь содержимое коробка, предусмотрительно оставляя в нем только одну спичку, шепчет что-то маловнятное, а потом  бросает все оставшиеся вперед. Падая на пол, они тут же вспыхивают, составляя нечто вроде яркой горящей полоски, немного освещающий узкий коридор, стены которого вдали поблескивали голубизной инея. А потом она слышит полный отчаяния вой и дергается, только почему-то вперед. Очевидно потому, что эти звуки совершенно точно исходили от ее фамиляра - она бы смогла узнать это даже запой он фальцетом.
Теперь стало ясно, что ей совершенно точно нельзя туда идти. Но она, конечно же, пойдет.  Не наполняй ее до макушки множество противоречий, она бы не была собой. Но сейчас она все-таки колеблется и косится на Кристофера. Было бы здорово оказаться здесь с кем-нибудь более героичным и отверженным, тогда бы ей лишь стоило изобразить гримаску страдания, и спутник бы уже был в конце коридора, спасая ее собаку, добывая камень и не подвергая ее опасности, но в этой компании подобный сценарий был невозможен в принципе. Более того, Летти была уверена, что имейся у них за спиной выход, она бы уже мерзла тут в гордом одиночестве, но для нее все складывалось как нельзя удачно.
Она делает пару шагов вперед, ведя рукой по холодной стене, просто чтобы отследить разницу температур, по открытым плечам сразу же побежали мурашки, она даже немного позавидовала скромницам, что предпочитают чехлы вместо платьев.
- Ума не приложу, что там может быть, - умозаключает Летти, - Вся эта древняя и чертовски языческая магия только и делает, что путается под ногами. Знала я одну вудуистку, так вот от нее не было ничего кроме проблем. А откуда там эта полоумная? С острова Ява? Там же тепло…почему тут тогда так безумно холодно, - она ежится, обняв себя руками, но упрямо идет вперед. Коридор на поверку оказался таким узким, что Кристофер просто вынужден идти позади, а Летти прокладывать путь, пока огоньки света за ним жалостливо гасли один за другим. Проход заканчивался широкой аркой, за которой открывался вид на большое помещение, представляющее собой нечто вроде огромного ледяного озера, на середине которого было нечто вроде островка с беседкой, в которой с трудом можно было разглядеть пару кресел и стол, на котором пристроилась огромная золотая ваза на тонкой ножке. И по этому островку с бешеными глазами металась собака, периодически издавая истеричный лай. 
Ведьма цокает языком, но заходить внутрь не спешит - в воздухе стоял странный металлический привкус, такой всегда ощущался в местах с сильной, но чуждой ей аурой. Если у нее, конечно, нет паранойи, то здесь явно обитает сильная и крайне недружелюбная магия, о которой Летти не знает ничего, кроме того, что ее фамильяр перед ней оказался бессилен.
- Никак не возьму в толк, как он вообще туда забрался? – островок находился далеко от места, где они стояли, допрыгнуть до него было бы проблемно. Хотя вероятно, собака могла проплыть это расстояние. Виолетта же на такие подвиги была неспособна, хотя бы потому что плавать не умела совершенно. Тем временем в коридоре за их спинами погасла последняя спичка.
Она всматривается в темную воду, местами подернутую черным грубоватым льдом и передергивает плечами – из глубины на нее как будто смотрит что-то пугающе хищное. Девушка делает шаг назад и врезается в стоящего там Кристофера, а потом они слышат ничего хорошего не предвещающий скрип и предупредительный лай пса.

+1

22

Идя по коридорам Кристофер то дело смирял взглядом спину Виолетты, с неудовольствием отмечая, что девушка невольно ёжилась от дуновений ледяного сквозняка. Он поджал губы, когда совершенно очевидная мысль пришла ему в голову: отдать свой пиджак. Странная дилемма диктовала абсурдные аргументы. С одной стороны ему было крайне неловко стоять в этом пиджаке перед девушкой, которая ежится от холода, а с другой - они явно не были приятелями, и даже не испытывали к друг другу дружелюбного радушия. Как ему предложить ей одежду? Бросить в лицо? Кристоферу не хотелось выглядеть глупо, если Виолетта откажется принять мантию. А он был почти в этом уверен. Почти... Он не привык к отказам, поэтому даже не спрашивая накинул пиджак ей на плечи, всем видом показывая, что не собирается застревать здесь только потому, что способная вывести их отсюда ведьма, замерзла насмерть.
- Не хочешь последовать примеру своего питомца и переплыть? – с легким сарказмом в голосе интересуется он, глядя воду и пробуя носком ботинка крепость льда. – Знаешь, я слушал, что в Российской Империи люди зимой купаются в прорубях или выходят после мытья и сразу же прыгают в снег. Уверен, если выживают они, то и у тебя получится. Ну или ты просто могла бы… - Он не успевает договорить, где-то поблизости раздается скрип, а дурной пес вновь заливается лаем.
- Прикажи своей собаке спрятаться под кресло, быстро. – Командует он, а  после хватает Летти за руку, утягивая за собой обратно в коридор. Мужчину и женщину тут же окутывает тьма, скрывая их от глаз двух людей, появившихся из двери, скрытой в стене.
- Вы до сих пор ее не нашли? – разнесшийся по помещению голос нельзя было спутать ни с чем другим.
- Нет,  мисс Оллфилд, возможно она просто ушла. – Неуверенно произнес невысокий мужчина с нервно бегающим взглядом. Он как то опасливо шел за своей госпожой то и дело ежась от холода или страха.
- Дворецкий сказал .что дом никто не покидал. Я не допущу, чтобы кто-то шарился по моему дома, ее нужно найти. И нужно завершить ритуал, чертова истеричка все испортила. – Женщина вплотную подошла к воде, требовательным жестом схватила руку своего спутника и, произнеся какие-то слова резко резанула ножом по чужой ладони. Несколько капель упали в воду и тут же растворились в темноте, словно жуткая глубина жадно впитала их в себя.
- Н-но как проводить ритуал, если в-ваши гости считают, что на них будет наложено проклятье. – Мужчина жалобно всхлипнул и собирался было попятиться назад, но поймав взгляд хозяйки смиренно последовал за ней по мгновенно окрепшему льду.
- Прикажи принести еще «угощений» и вина, это должно будет успокоить тех, кто со страху умудрился протрезветь. – Женщина подошла к стоящей на столе вазе, вновь выдавливая из руки несчастного капли крови, а после опустила внутрь какой то предмет. – Подготовь все что требуется и найдите ту девку, мне пора выйти к гостям, пока не началось беспокойство.
Когда дверь за их спинами закрылась , Кристофер недолго думая схватил Виолетту за руку и чуть ли не бегом ринулся ко льду, который после странный действий жуткой женщины все еще был крайне крепок.
- Надеюсь, они говорили не про тебя, впрочем, не думаю ,что кто-то еще был способен так сильно вывести из себя нашу знакомую. Давай забирай свою шавку и уходим, если, ты конечно не хочешь присесть и завести душевный разговор. – Сантар криво усмехнулся, кивая на пару кресел, но внезапное потрескивание, доносящееся от воды, напрочь стерло эту ухмылку с его лица.

+1

23

Виолетта поправляет на плечах чужой пиджак. Она уже было решила, что Кристофер никогда не додумается предложить его ей, ведь более самовлюбленного человека она еще не встречала, а толпы способной оценить столь яркое проявление великосветских манер возле них не наблюдалась.  И хотя теперь ей было гораздо теплее, чем раньше, она все еще не могла отделаться от зудящего непонимания всей ситуации и мотивов поступка Сантара.
Она пристально наблюдала за каждым уверенным шагом хозяйки, прислушивалась к ее словам и едва ли не рычала от недовольства. Мало того, что эта надменная стерва умела творить что-то непонятное Виолетте, так еще смела столь фривольно называть ее «девкой». Не будь она в крайне щекотливом положении, не пожалела бы сил, чтобы отомстить и показать любительнице спецэффектов и расправ над животными, как выглядит настоящая магия.
-Зачем я вообще ей нужна, не возьму в толк? – бурчит Летти, едва поспевая за Кристофером, который с неожиданной прытью рвется на еще не успевший потрескаться лед. Собака выбирается из укрытия и теперь пристально наблюдает за действиями двух отчаянных на всю голову людей.
-Не стоит обзывать Принца шав…- она не успевает договорить, зато успевает услышать крайне громкий и говорящий звук, а потому резко опускает взгляд себе под ноги, где еще несколько секунд назад крепкий на вид лед расходится тысячами мелких предательский трещинок, как дорогой фарфор при нагревании. До «берега» было еще далековато, а любое лишнее движение могло способствовать тому, что они просто проваляться в ледяную воду и хорошо, если внизу нет ничего кроме воды, вот только упорно смотрящая вниз Летти совершенно точно видела какое-то движение под ногами.
-Не двигайтесь…а лучше не дышите, - усмешка касается ее губ и тут же исчезает. У нее не было с собой ножа, она ведь собиралась на светский прием, а не на кровопролитные столкновения, но имелось лезвие на браслете, как раз на такой случай или если захочется сотворить какое-нибудь смертельное проклятье или срезать пучок шалфея. Она делает резкий надрез на своей ладони, едва морщась от ставшей привычной за время ведьмовства боли, и даже наклоняется вперед, лишь бы кровь быстрее попала в воду и сработала. Красная жидкость издает едва слышное шипение и тут же растворяется, поверхность под ними вздрагивает, будто от сильного подземного толчка и тут же замирает, уничтожив все до единой трещинки. Она срывается с места, придерживая длинную юбку, уже через мгновение оказываясь рядом с радостным псом.
- Кстати, судя по всему выйти через главный вход у нас не получиться, но ведь в поместье должна быть парочка черных проходов? Например, для прислуги?  - она поправляет рыжие волосы и приближается к вазе, содержимое которой, напротив, представляло собой большую непробиваемую глыбу льда.
Она хмурится, ей вовсе не хочется повторять это снова, но это и правда был последний рывок, а они должны поторапливаться, так что Виолетта поднимает уже порезанную руку и разжимает кулак, позволяя крови попасть на лед, и он, словно поддаваясь беззвучной команде, тут же превращается в темную воду, пусть и чуть более густую, чем обычно. Вся эта физика вполне могла бы вызвать восторг у простого обывателя, но Летти к таким не относилась, а Сантара даже фокусы Виолетты не вдохновляли, так что стоило ли надеется хотя бы на тень эмоций на его лице в связи с этим маленьким событием? Едва ли. Она, впрочем, колеблется, чуть прикусив губу, а пес прижимается к ее ногам, ласково утыкаясь носом и поглядывая на мужчину несколько настороженно. Ведьма медленно опускает руку в воду, нащупывает дно неглубокой вазы, проводит по нему пальцами, и, наконец, натыкается на небольшой предмет, слишком небольшой, чтобы быть тем самым камнем. Она шарит еще и еще, но не обнаруживает, к своему сожалению, ничего кроме небольшого медальона на длинной цепочке, который вытаскивает наружу. На медальоне можно было с трудом разглядеть необычные незнакомые ей символы и витиеватые узоры. Ведьма вертит его в руках и раздраженно встряхивает волосами.
- Это совсем не то, что я искала, не понимаю, - она бросает сердитый взгляд на фамильяра, но потом решает, что возможно камень утащила приходившая недавно хозяйка. Летти была так расстроена этим, что, пытаясь на свету получше разглядеть находку, случайно задела вазу, отчего она упала на пол, разливая темную воду. Плиты под ногами тут же покрылись инеем, а потом заросли льдом, который стал стремительно обращаться обратно в воду, она медленно добиралась до носков туфель и поднималась все выше, так и норовя оплести своей странной густотой. В какой-то момент, когда по воде мазнул свет лампы со стены, ее цвет показался не черным, а темно бордовым, она казалась тягучей, липкой и пока жидкость медленно заполняла пространство, стало понятно, что передвигаться по ней станет задачей не самой простой.
-Вот черт! Давай, уходим скорее, - она подхватывает на руки почти увязшего в странной субстанции пса, который оказывается чересчур тяжелым для хрупкой Виолетты, но не бросать же столь полюбившееся чудище здесь. Она спешит к выходу, хотя бежать на поверку оказывается очень тяжело. Стоит им выскочить из комнаты, как они снова оказываются в темном коридоре, куда несмотря на разницу в уровнях, вопреки законам физики, за ними медленно следует и их аморфный враг. Ведьма делает несколько шагов, все больше углубляясь в темноту и останавливается. Свет им нужно хоть немного света или ловкости рук…
- Ты попробуй открыть ту проклятую дверь, а я ненадолго остановлю эту дрянь. Только возьми пса! Ах даа… спичка, я оставила тебе одну, как раз на такой случай, – Летти возвращает ему коробок, - Она не будет гаснуть, пока ты ее не уронишь, -  она немного отходит, пропуская мужчину вперед, а сама согревает холодные ладони и начинает медленно водить руками в воздухе, будто обрисовывая невидимую стену.

Отредактировано Violetta Bryant (23 апреля, 2019г. 23:20:06)

+1

24

Наверное, Кристоферу стоило бы испугаться. Спохватиться, развернуться и бежать без оглядки, чтобы больше никогда не вспоминать об этом инциденте, сделать вид, что он не коснулся чего-то  странно-потустороннего, которое, в общем то не являлось его делом. Но, быть может, жажда познать и контролировать все, что его окружает пересиливала любые разумные нормы.
Наблюдая за действиями Виолетты, Кристоф поймал себя на мысли, что возможно, ему стоило бы повести себя как настоящему джентльмену и предложить пожертвовать свою кровь. Но Сантар слишком сильно ценил себя и предпочитал лишний раз не рисковать и по возможности не участвовать в сомнительных действиях. Сострадание, понимание, готовность помочь. Готовность подставить свое крепкое — явно крепче, чем у девушки — плечо. Все эти прекрасные и высокопарные слова для него были пустым звуком, поэтому он даже не повел глазом, когда Летти резко резанула по своей ладони.
Капля крови падает на лед, и ему не кажется — мгновенно исчезает в темноте вод, не оставляя ни следа.
- Ничего не хочу об этом знать. Совершенно ничего. – Произносит он, наконец достигая берега и кидая на медальон в руках ведьмы плохо скрываемый заинтересованный взгляд.
Вообще-то знать он хотел бы. В другой ситуации, в другом доме, в другой обстановке он обязательно бы засыпал Летти вопросами, но не тогда, когда этот странный дом с его хозяйкой играет с ними в свои игры. А потом все происходит слишком внезапно.
Что за… — вопрос в голове, но с губ не срывается, срываются ноги и несутся вслед за Виолеттой в надежде выбраться из этого безумного помещения целыми. Медленный и жуткий гул, будто бы от роя пчел сквозь дерево или металл, пробивается откуда-то из воды и становится все громче и громче. Из коридора прямо вырывается сильный и обмораживающий до зубного стука поток ветра, а за ними тянется эта непонятная жидкость.
- Знаешь, когда я говорил, что сопровожу тебя на это безумное мероприятие, я имел в виду немного не это. – Слегка нервозно бросает Сантар, принимая из рук Летти коробок спичек, и начинает шариться по стене в попытки понять, как открывается эта чертова дверь. Казалось, что этот дом, впустивший вечером гостей, больше никогда не выпустит их обратно; пожалуй, не зря высокие двустворчатые входные двери показались Кристоферу прожорливой, кровожадно распахнутой пастью. Не зря ему сейчас кажется, как эти стены скалятся, облизываются, предвкушая то, как поглотят их без остатка. Наконец руки нащупывают нужный выступ и проход, словно нехотя, медленно открывается.
- Виолетта! – Кристофер окликает спутницу, он даже не уверен, слышит ли она его, поглощенная своим занятием. Он пропускает фамильяра в дверь, а после снова обращается к девушке.
- Идем, давай! – Он смотрит в спину ведьмы, но проходит еще несколько секунд, прежде чем Кристоф забывает о каких-либо принципах, и просто сгребает ее в охапку, буквально затягивая в открывшуюся дверь.
Облегчение затопило его в тот самый момент, когда он увидел оказавшуюся  рядом целую  и вроде бы невредимую Виолетту.  Вдохнув хрипло, Сантар с неприязнью посмотрел через плечо, и бросил:
- Нет, мне точно надо будет сводить тебя на нормальный прием. - Уголок рта дергается в усмешке. – Надеюсь этот медальончик того стоил. Что дальше? Успокой меня и скажи, что ты не собираешься нападать на  мисс Олфид в ее же доме? Это было бы крайне невежливо с нашей стороны.

Отредактировано Christopher Santar (3 мая, 2019г. 23:07:47)

+1

25

Летти безуспешно пытается вернуть своему внешнему виду былую опрятность, поправляет платье, приглаживает волосы и все никак не может избавиться от ощущения, что эта липкая черная вода осталась где-то на коже или одежде.
-И с чего ты только взял, что я с тобой пойду? – вторит она его интонации и кривит губы, присаживаясь возле пса и закрепляя медальон на его ошейнике. Прочие вопросы Сантара она решает оставить без внимания. Она сама толком не знала, стоила ли безделушка несколько мгновений назад зажатая в пальцах, всех испытанных ради нее трудностей. Она ведь явилась сюда за абсолютно другой вещью, но с другой стороны, не стала бы хозяйка особняка тратить столько сил на сокрытие и охраны вещи, не представляющей никакой ценности. Ведьма последний раз сжимает прохладный металл в пальцах, прежде чем подняться на ноги. Нет, у него определенно была какая-то темная сильная магическая аура, но для какой цели он использовался, она не имела ни малейшего понятия. Предстояло покопаться в паре десятков гримуаров, чтобы выяснить. Этим она и решила заняться по возвращению домой.
- Выбирайся отсюда, Принц, - она машет на собаку рукой, и та исчезает в коридоре, а ведьма поворачивается к Кристоферу и недоуменно выгибает бровь, - Ты лучше меня должен знать, что нападать на врага на его территории, дело априори проигрышное. К тому же зачем мне это? Я лучше придумаю, как нам отсюда уйти незамеченными, - она перебирает многочисленные браслеты на руках, пока все же не снимает один из них, - Дай руку. Не  бойся, я не превращу тебя в канарейку, хотя могла бы…- она насмешливо улыбается, одевая ему на руку свой золотой браслет и пряча его под рукавом пиджака.
-Не забудьте потом вернуть, а сейчас идемте. Все в зале будут видеть в нас совершенно другую пару, если вообще обратят внимание, правда недолго, но нам хватит времени, чтобы добраться до двери, - она решительно берет мужчину под руку и быстро идет сквозь лабиринт коридоров, надеясь поскорее выбраться из него. Как ни странно парочка мимо которой они проходили, отправляясь на поиски медальона, была все на том же месте, как впрочем и все атрибуты приема, которые уже были поперек горла и без того разнервничавшейся ведьме. Музыка была до невозможности громкой, слышался гул голосов и методичные удары барабанов.
- Не поворачивай головы, - предупреждает Летти, отчего то переживая, что стоит встретиться глазами с управляющей всем этим безумием, как ее собственные чары рассеяться, и они окажутся в крайне щекотливой ситуации, хотя ее все-таки самую капельку съедает любопытство относительно того, что происходит там в гуще толпы, особенно когда над сводами залы разносится пронзительный женский крик, но она только сжимает пальцами руку Кристофера и еще ускоряет шаг, пока они наконец не добираются до массивной двери, которую перед ними распахивают два стоящих подле слуги. Облегченно выдыхает ведьма только когда, получив свое любимое манто, оказывается за пределами проклятого особняка вне досягаемости хоть кого-то из его обитателей. Она отпускает руку и довольно улыбается, откидывая на спину волосы и едва ли не сбегая по мраморной лестнице прямиком к подъездной дорожке.
-  Поймаешь нам экипаж? И можешь считать, что с этого момента твоя часть сделки выполнена, - произносит она в пол оборота, и плотнее кутается в шубу. Несмотря на истинно декабрьский холод, Летти никак не может надышаться, будто бы воздух в том здании был каким-то испорченным и ядовитым, - Когда решишь, что хочешь взамен, дашь мне знать. Надеюсь, что понятие соразмерности тебе знакомо, но если нет, я всегда тебе подскажу, - она ловко забирается в кэб, не стирая с лица ехидной улыбки.
-Что-то вы рано уходите, прием то поди еще не закончился, - простодушно заявляет кэбмен и оборачивается на парочку, которую ему предстоит подвезти.  Виолетта закатывает глаза, явно мечтая заткнуть ему рот, а не участвовать в светской беседе.
- Оу, у меня разболелась голова, так что нам пришлось спешно уйти и отправится домой. Я понимаете ли страдаю от жутких приступов мигрени, а лекарство оставила дома, такая напасть, - она трагически кладет ладонь на лоб, ловя сочувственный взгляд мужчины и еще более блеклым усталым голосом называет свой домашний адрес,  а потом многозначительно смотрит на Кристофера, сидящего рядом. Им обоим не занимать нахальства и проницательности, чтобы возникла необходимость наполнять этот момент лишними словами.  Так что Летти поворачивает голову к окну и смотрит на удаляющиеся в ночи огни злополучного особняка. Однако есть в этом злачном городе места, которые даже ведьмы стремятся поскорее покинуть.

+1

26

Века назад таких женщин сжигали.
Кристофер наблюдал глубоко в зеленых  хрусталиках опасность, и как никогда чувствовал уверенность в том, что будь его спутница в прошлом, первый же священник отправил бы ее на костер. Заглянув в бесстыжие глаза, в которых страшно не утонуть, проследив изгибы порочных губ в явно проклятой усмешке, скользнув взглядом по красивым, но видимо таящим неизвестную опасность чертам лица. О да, она бы точно сгорела, а ее рыжие волосы слились с языками костра. А он,Кристофер Сантар, не стал бы ее спасать… Если бы только, не получил взамен небольшую магическую услугу.
Вообще, на самом деле, это было безумно сложное и легкое одновременно поле отношений, в котором существовало негласное соглашение о взаимном использовании друг друга в собственных корыстных целях. И в этом было что-то откровенное, настоящее, не требующее масок, ведь каждый из них и так знал наглую, эгоистичную натуру другого. И это Сантару в какой то степени даже нравилось. Ему нравилось то, что им не нужны были длинные пафосные речи и куча каких-то несуразных фраз, достаточно было немного сарказма, толики ехидства и щепотки магии.
- Удивительно, - мягко произнес он, улыбаясь с покровительственными нотами удовлетворенного зрелищем зрителя, - Надеюсь мой новый образ в глазах других такой же прекрасный, как и основной. – Снеким смешком произнес Кристофер, ненавязчиво приобняв девушку за плечо, чтобы вывести из клетки спертого воздуха, полнящегося дурманящей вонью ароматических дымов.
- Должен признать, я видел много разного безумства в Индии, но приятно осознавать, что что-то в этой жизни меня еще способно удивить. - Стоило ему подтолкнуть дверцу, выводя Виолетту на улицу, как сноп свежего морозного воздуха приятно выдохнул на лицо, охлаждая кожу. Кристофер прикрывая веки, с облегчением вздохнул в себя зимнюю ночь, отмечая приятные ноты духов, исходившие от Летти. Приятный контраст на фоне вечно задушенных в петле собственного парфюма дам.
- Насчет ответной услуги не волнуйся, ты об этом узнаешь первая. - Повернувшись к Летти, Кристоф вдруг улыбнулся. Но не натянуто в сухой формальности. Это был невольный порыв, который возникал по глупой непонятности ежесекундно, стоило ему обратить пару карьих  глаз на ведьму. Но тут же встряхнул головой, сбрасывая это мимолетное наваждение и отвернулся, вытянув руку в намерении поймать экипаж.
- И вот так каждый раз, - Кристофер сокрушенно покачал головой, обращаясь к удивленному извозчику. – Как только вечер начинает набирать обороты, ей сразу становится дурно и приходится поспешно уходить. Один раз она потеряла сознание и упала прямо на банкетный стол, слуги еще долго убирали разлетевшиеся по залу угощения. – Кристофер не сдерживает нахальной улыбки, не превратит же она его в конце-концов в жабу. С такой же самодовольной улыбкой он выходит из экипажа, расплачивается и с нескрываемым интересом осматривает дом, находящийся по названному адресу.
- Так вот оказывается, где живут ведьмы, а я ожидал увидеть пряничный домик из сказки или мрачный замок. Ты так и не расскажешь,для чего тебе понадобилась эта волшебная вещица, ради которой мы видели то, чего видеть бы не хотели? И кстати о магии, если твое антивинное заклинание больше не действует, я был бы не против закончить этот вечер парой бокалов чего-нибудь качественного, если, конечно, ты пьешь что-нибудь помимо наколдованного из воды  мерло.

+1

27

Виолетта стояла неподвижно, не сводя взгляда с входной двери. Ничего сложно в этом нет, всего лишь пара щелчков пальцами и Кристофер Сантар даже не вспомнит про то, где она живет, о том, куда отправился после приема, да и про само мероприятие. Она уже вытворяла подобное раньше, у нее отлично и безболезненно выходило стирать людям память ради собственного благополучия. Она и с Шоном такое проделывала, и это было так легко и непринужденно, вот только сейчас ее взяла какая-то нетипичная оторопь, вынуждающая ее упрямо смотреть на тусклый свет фонаря возле дома и ничего не предпринимать. Летти не могла себе в этом признаться, но ей не хотелось, чтобы Сантар забыл хоть что-то из этого вечера, а уж тем более ее саму, она хотела послушать его ехидные комментарии и многочисленные вопросы, понаблюдать искры живого любопытства в темных глазах и чуть вздернутые в вечной усмешке уголки губ еще немного, она даже была не против угостить его вином. Впрочем, Летти давно привыкла делать в основном то, что ей хотелось, даже если это противоречило здравому смыслу, а это однозначно было так. Ведьма вздыхает, избегая анализировать мотивы своего странного поступка и , наконец, оборачивается, ненадолго встречаясь с мужчиной взглядом. На ее губах дрогнула кривоватая улыбка и тут же пропала.
-Идем, не разговаривать же о таких вещах на улице, - только и произносит она тихо, избегая отвечать на вопросы.
Гостей у Виолетты, сказать по правде, не бывало. Демон не в счет, он ведь являлся без приглашения. Так что будь хозяйка не Виолеттой Брайант, а гость не Кристофером Сантаром, можно было бы с уверенностью сказать, что это шаг на пути  к доверию. Но она была не из тех, кто мог хоть кому-то довериться, а он не из тех, кому в принципе можно было доверять. Тем не менее, чтобы это не значило, она предоставила ему возможность вслед за ней переступить порог ее апартаментов. И если бы в Лондоне нашлось хоть одно живое существо, хорошо знающее Виолетту, оно бы очевидно отметило, что этим поступком, она явно противоречила всем своим принципам.
Ведьма, впрочем, предпочла подумать, что без бокала вина ей с этим не разобраться,  и бросив манто на небольшой диван в прихожей, исчезла, оставив Сантара на несколько мгновений почти в полной темноте. А после вдоль коридора витиеватой дорожкой в ближайшую комнату стали одна за другой загораться многочисленные свечи, пристроившиеся на множестве канделябров, настенных полках, столах, стеллажах и кое-где даже на полу. Составляя местами странные рисунки, кое-где расставленные хаотично, имея разный размер, толщину и даже цвет, все вместе они наполняли пространство достаточно ярким и уютным светом.
- Можешь трогать и смотреть, все, что тебе нравится, только возвращай на место. И осторожнее, у меня вчера сбежал ядовитый паук…- она появляется в руках с двумя полными бокалами вина,  и проскальзывает мимо него в сторону большой комнаты, которую у обычных людей называли бы гостиной, Летти же предпочитала творить в ней все свои ритуалы, что и объясняло ее сумбурную обстановку, - Шучу, у меня нет никаких пауков и даже летучих мышей, только дождевая лягушка. Понимаю, ты расстроен…ты ведь ради них и пришел, так? – она посмеивается, придирчивым взглядом окидывая комнату. На всех свободных поверхностях, кроме дивана глубокого винного цвета, лежали в большинстве своем раскрытые  гримуары и старинные книги, на окне ровным рядом пристроились горшки с лавандой, мелиссой и прочим нужным для колдовства разнотравьем, а под потолком, заботливо перемотанный многочисленными лентами красовался букет засушенных красных роз.
-Кажется, здесь немного беспорядок, я не ждала сегодня гостей - она озадаченно цокает и делает глоток вина, - Дело в том, что моей экономке строго настрого запрещается прикасаться к магическим книгам. Тебе можно, если хочешь, только будь деликатнее, возраст многих из них давно перевалил за сотню,  - она протягивает ему бокал и едва заметно улыбается, -Присядь пока, Кристофер. И кстати, раз уж ты здесь, мне любопытно все же, как тебя называют дома? Крис? Кристиан? Золотце?  – ведьма заливисто смеется, сгоняя с дивана пса,  и снимая с его шеи безделушку, ради которой и случился весь сегодняшний вечер.
- Ладно, теперь  расскажу тебе про камушек, раз уж тебе довелось поучаствовать в его…добыче, - она разглядывает черные драгоценности, спрятанной внутри серебряного медальона, поднеся его к одной из свечей, - Это морион…Если легенды не врут, этот артефакт принадлежал Моргане, которая его и создала, - Летти опирается на один из журнальных столиков, разглядывая забавные блики на стене, - Моргана была очень сильной и умелой ведьмой, но это, как говорит легенда, не защитило ее от того, чтобы влюбится. И возможно они даже жили вполне счастливо, пока однажды он, изрядно выпив, не проболтался, что она ведьма. И это предательство она ему, конечно же не простила, и как и положено хорошей ведьме, свершила акт мести – вонзила ему в сердце нож. И хотя болтун получил по заслугам, она так страдала и тосковала по нему, что создала артефакт, позволяющий им общаться, вопреки смерти, - она говорит, то театрально касаясь пальцами лба, то игриво понижая голос до шепота, то продолжая чуть громче, смотря на медальон на длинной цепочке, - Этот камень был с ней до самой смерти, а после начал передаваться из рук в руки, дабы однажды оказаться у Мисс Олфилд. И хотя вся эта история вызывает сомнения, тем не менее морион все же позволяет любой ведьме связаться с миром мертвых, чтобы, например,  получить ответы на мучающие ее  вопросы, - она хитро прищуривается и снова берет в руки бокал с вином, а потом подходит к Кристоферу, демонстративно покачивая медальоном у него перед лицом, - И что скажешь? Нравится тебе такая история? А вино?

+1

28

День, когда они встретились. Хотел ли он, чтобы этого дня никогда не было? Чтобы она никогда не возвращалась и каждый продолжал бы жить своей жизнью? Столько лет прошло и тут эта встреча в темном парке, и словно бы не было этой пропасти в десять лет между ними.  Словно они расстались только вчера, вдоволь набаловавшись магией и обменявшись ехидными замечаниями. За десять лет многое изменилось: в мире, в них самих, но глупый поступок провести время в компании ведьмы или Сантара, в случае Виолетты, повторяется вот уже второй раз. Они оба, словно, запирают интуицию в клетку, где она бьется в судорожных рыданиях, крича, никем неуслышанная. Вопрос лишь в том, кто из них безумней. Впрочем, а оно важно? А оно нужно ему это знать?
Кристофер ухмыляется, слушая про правила хозяцки этого дома, впитывает каждое слово, и долго молчит. Что он ожидал увидеть? Змей и пауков, части тела, кровь в баночке, все те ужасы, которые описываются в детских сказках? На деле тут были лишь книги, цветы и свечи, но даже это произвело на него должное впечатление.
У Кристофера всегда было все в идеальном порядке - дома, в каютах и даже на столе. Это хорошая привычка, которая экономит время и приводит мысли в порядок. Он не мог терпеть нерях, окружающий мусор и непорядок сеет хаос, который распространяется в саму жизнь, а соответственно и в мысли. Обычно он  недовольно морщился при виде беспорядка, но в этом месте все вещи, хаотично лежавшие на полу и полках, казалось, были на своих местах.
- Помнится, ты как-то жаловалась мне, что свечи очень дорогие, судя по их количеству, денег у тебя все же прибавилось. А ведь здесь могли бы стоять свечи и о меня, если бы ты тогда не отказалась от выигрыша. -  Кристоф надеялся, что это как-то скрасит его неожиданно колкий взгляд, в котором читалась красноречивая гамма недоверия. Кто бы угодно почувствовал себя сконфуженно в логове того, кто одним лишь щелчком пальцев может превратить воду в вино или изменить твой облик. Эта власть и сила дурманила, очаровывала не меньше, чем ее обладательница, чьи густые ресницы скрывали сверкающий топаз голубых глаз, а точеные черты лица ублажали взгляд.
- Кристоф, дома меня зовут Кристоф, в Индии с непривычки местные жители плохо выговаривали наши буквы и иногда у них получалось чуть ли не Христос, но ты можешь  звать меня просто О Великолепный. - фыркает Крис поворачиваясь к Летти и принимая из ее рук бокал вина. Он смотрит на женщину перед собой. Она красива.  В ней есть стать, в ней есть грация, и если бы он не был Кристофером Сантаром, то он просветлел был лицом и улыбнулся от восхищения, но в глазах не отразилось ровным счетом ничего, кроме столь привычного любопытства.
- А я думал, что у каждой ведьмы в доме стоит портрет ее демона-покровителя, на который она молится, словно на икону. – Усмехнулся он, аккуратно проводя рукой по одному из  гримуаров.
В старых вещах, сказал бы романтик, есть свое очарование: потрепанные, хранящие на себе отпечаток мыслей, воспоминания прежнего владельца, память времен и событий, которые интересны только госпоже Истории и случайным любопытствующим, в чьи руки попали древние артефакты. Кристоф романтиком не был, но эти старые мистические книги по-своему привлекали его. Отец бы заинтересовался всем этим и точно был бы не прочь получить кое-что в свои руки, но несмотря на весь свой характер, Кристофер все же знал кое-что о благородстве и откинул все мысли, предлагающие ему утащить хотя бы страничку.
- Что ж, в очередной раз это доказывает, что все эти любовные чувства- самая большая иллюзия и самая жестокая болезнь на свете, столько великих людей она загубила. Можешь, кстати с ними связаться, думаю, они тебе расскажут или с кем ты там собираешься связываться? – Сантар отпил вино, а после ловким движением схватил, раскачивающийся у его носа медальон и одарил девушку хитрой вызывающей улыбкой.
- Вот только не боишься ли ты повторить судьбу его первой хозяйки, а, Летти?

+1

29

Она была прекрасной актрисой, умеючи играла любые роли и не только на сцене,  и действительно получала от этого удовольствие – ей нравилось притягивать взгляды, видеть кивки одобрения и слышать звуки восторженных аплодисментов. Но сейчас, она впервые поймала себя на мысли, что сейчас,  ей, напротив,  нравилось вести себя свободно, открыто и самобытно, ведь здесь на них не были обращены несколько десятков любопытных глаз, никто не мог составить о них неправильно мнение, никто не мог сочинить грязную сплетню, они не должны были играть на публику, и хотя она, будучи актрисой делала это постоянно, иногда, стоило себе признаться,  ей все же хотелось побыть самой собой. Он тем временем знал, что она ведьма, высказывал свои едкие замечания про свечки и демонов, прикасался к ее драгоценным книгам, а ей было внезапно безразлично и даже немного приятно.
Виолетта насмешливо выгибает бровь . Это он что же, серьезно? Ей даже захотелось рассмеяться, но это бы стало чересчур театральным, так что она  лишь выпускает из пальцев цепочку медальона и присаживается на диван, оставляя между ними приличное на ее придирчивый взгляд расстояние. 
- Пару недель назад, я наткнулась на статью в газете про грозовые камни, а по научному называют их кажется…метеоритами, так вот, словоблудливый автор предрекал скорое падение этого немаленького камня на наш чудный город, якобы такое уже случалось в Африке,- она подцепила с журнального столика свой бокал с вином, - Впрочем, Парижская академия отрицает их существование, но суть не в этом…Я прочитала статью и решила, что это меня не пугает. Я никогда не встречала никаких метеоритов, более того я даже не уверена, что они существуют…- уголки ее губ игриво вздернулись вверх, - А какой смысл бояться того, чего не встречал и возможно никогда не испытаешь? – она делает глоток вина, не сводя с него пытливого взгляда, - Понимаешь, о чем я?
Она любила намекать и говорить загадками, хотя конечно, могла бы сказать ему прямо, что в любовь не верила, никогда в жизни не видела искреннего чувства, где-то кроме сцены или книг, а уж сама тем более жертвой подобной лихоманки не становилась. Хотя вероятно, не сделайся она высоконравственной ведьмой сейчас бы вздыхала по какому-нибудь богатенькому эгоцентричному нахалу, на подобии сидящего подле нее Сантара, но ее от подобной печальной участи уберег сладкоголосый демон, так что теперь она могла лишь посмеиваться и рассказывать странные сказки о том, чего по ее мнению не существовало – любви, метеоритах и бескорыстии.
- А вот кстати судьбу его предпоследней владелицы я была бы не против повторить, - она задумчиво прикусывает губу, - Слава, всеобщие восторги, популярность, много сплетен, ареол загадочности, огромный особняк, толпа слуг, невероятная внешность, вещи, заслуживающие зависти, что может быть прекраснее, - Летти откидывается на спинку дивана и через полуприкрытые веки наблюдает за мужчиной, за его излишне уверенными повадками, бесстрастным выражением лица, умело скрывающим любопытство в глубине ореховых глаз,  накрахмаленным воротничком рубашки и непослушной прядью волос, которую так и хочется поправить, несмотря на все правила приличий.
Ведьма бросает взгляд на страницу гримуара, по которой он не так давно проводил пальцами и кривит губы, подавшись вперед.
- Знаешь, что это за заклинание? Оно на санскрите, как это не иронично…ты ведь был в Индии? И что же? Довелось тебе видеть местную магию? Она сильнее многих, в этом гримуаре содержаться одни из самых зловещих и сложных заклинаний, большинство из которых я не могу повторить, как впрочем и это…- она тянет на себя книгу, - Оно позволяет переместить душу из человека в любой другой сосуд, например, тот же медальон, брамины же частенько наделяли душой змей, оттого они и были таким податливыми. Ты же видел  там танцующих змей? – Летти склоняет голову к плечу, смотря куда-то в сторону, - Это магия бывает очень полезна демонам-покровителям,  на которых ведьмы молятся, как на икону, и которые тебя так интересовали, - она усмехается, - У меня нет портрета, если тебе все еще интересно, но ты вполне можешь лично с ним познакомиться, он частенько заглядывает на огонек, уверена, тебе бы он понравился. Мой демон нарочито вежливый любитель красивых вещей и антикварных ценностей.
Виолетта само собой блефовала, и очень надеялась, что никто третий к ним не явится. Гидеону бы пришлось объяснять зачем ей сдались смертные гости, Кристофер вполне мог ему не понравится, да и в тонкости взаимодействия между демонами и ведьмами, очевидно не стоило посвящать посторонних .
- У каждого свои боги, Кристофер, и свои идолы…одни сбивают колени в соборах, другие….впрочем, поклонение портретам – это не совсем то, что демоны требуют от своих ведьм,  - она задумчиво прищурилась, - Они скорее корыстные щедрые меценаты или ласковые сутенеры. Стоит ли объяснять, как это работает? Они дают своим ведьмам все, начиная от магии и заканчивая красивыми платьями, а взамен просят лишь пособничества в своих делах, исполнения ритуалов и прочие мелочи и не очень… - она резко прерывается, вскидывая голову, отчего прядка рыжих волос предательски падает на лоб,  - Только вот знаешь, что мне любопытно, почему ты так осведомлен о демонах, но совсем ничего не знаешь о магии? Откуда такие пробелы в твоем образовании?

0


Вы здесь » Brimstone » Лондон и Англия » O tempora, o mores!